Передозировка

Услугами секретаря я больше не пользовалась — всем занималась сама. Ездила по объектам, встречалась с застройщиками и инвесторами. Вот только всё было впустую — эйкеры перекрыли мне воздух, спокойно собирая и преумножая плоды моих трудов.

Единственный человек, который хоть как-то мне помогал, был Чанёль. Он постоянно успокаивал меня, вселял веру в лучшее, не оставлял надолго одну. Иногда помогал разбираться с бумагами, педантично объясняя мне каждый нюанс подписываемых мной договоров. Обычно он приходил по вечерам, когда офис пустел, а я продолжала сидеть в кабинете и смотреть в одну точку остекленевшим взглядом. Отбирал стремительно пустеющую бутылку, заменяя её чашкой горячего кофе, а затем вставал за спиной и массировал уставшие плечи.

— Ты решила спиться? Идеальное решение проблемы! — любил повторять он.

— Я не знаю, что мне делать. Эйкеры связали меня по рукам и ногам. Они не успокоятся, пока я не продам им свою часть акций, — в глазах предательски щипало, и я едва сдерживала слёзы.

— Ну, этот вариант мы оставим на крайний случай!

— Спасибо, что не оставил меня, — целуя длинные пальцы, шептала я.

Когда Чанёль принёс мне в очередной раз на подпись несколько документов, я лениво прервала его подготовленную речь и взяла ручку.

— Я подпишу.

— Но…

— Я тебе доверяю, — слабо улыбнулась я, ставя размашистую подпись напротив карандашной галочки.

Так летели дни, к столице плавно подбиралась осень, принося вместе с собой прохладу, затяжные дожди и оранжевые россыпи листьев на деревьях. Я увядала вместе с природой, всё сильнее теряя веру в себя.

Несколько попыток связаться с Ифанем окончились провалом. Я действительно успокоилась и хотела поговорить с ним, выявить мотивы его поступков, а вместо этого узнала, что он сменил номер телефона и переехал на другой адрес. Какой — неизвестно. Сам Чанёль отмалчивался и не говорил о результатах беседы с другом. Да и была ли она?

В один из дождливых сентябрьских дней, я листала записную книжку в поиске номера одного из старых партнёров, а вместо этого наткнулась на телефон детектива О. Блокнот выпал из расслабленных пальцев, а сама я едва не вскрикнула от изумления — как я могла забыть?! Прошло уже больше месяца с момента нашей последней встречи с Сехуном, а он до сих пор со мной не связался, и я сама с этой беготнёй совершенно забыла о слежке за Бэкхёном.

Извинившись перед О, я назначила ему встречу всё в том же кафе и сжала под столом дрожащие руки. Внезапная мысль, что Бэкхён и есть ключ от всех моих проблем, неожиданно отрезвила меня и вернула надежду. Бэк — талантливый дизайнер, и если мы объединим наши усилия, то сможем заполучить выгодный проект! А там и новую команду наберём, и дела пойдут в гору… Единственное, нужно подготовить Чанёля, чтобы он не воспринял в штыки моё предложение. Ведь кому, как не ему, знать, что после конфликта с эйкерами, на работу ко мне никто не устраивался, какие бы баснословные деньги я не предлагала. Но ведь Бэк, после всего, что между нами было, не откажет? Он ведь не продастся этим денежным мешкам?

***

— Извините, но вы неважно выглядите, — дежурно улыбнулся Сехун, стоило мне присесть напротив него.

— Простите, что задержалась — пробки.

— Ничего страшного, — пригубив кофе, отмахнулся детектив. — Давненько от вас не было вестей. Я уж думал, что пора прекращать слежку.

— Простите, была занята.

— Не стоит так много извиняться, — лукаво прищурился блондин, сложив ладонь на толстую кожаную папку. — Не закажете кофе?

— Давайте сразу к делу! — настояла я.

— Хорошо, — легко согласился мужчина. — С чего начать?

— Как он сейчас? — спросила, и сердце в груди предательски сжалось.

Сехун замялся — то ли подбирал нужные слова, то ли не знал, что сказать. Вместо этого вытащил из папки несколько фотографий и протянул их мне. На снимках я увидела Ифаня и Бэка. Они сидели в ресторане и подписывали какие-то документы, бросая друг на друга внимательные взгляды.

— Эти снимки были сделаны во время вашего отъезда в Испанию, — достиг моих ушей голос детектива. — Они встречались тет-а-тет, мне удалось записать фрагмент их беседы.

Я машинально приняла протянутый диктофон и поднесла его к уху.

— Приятно было сотрудничать, господин Бён! — полный яда, голос Ифаня. — Передать привет Уне?

— Нас с ней больше ничего не связывает. Что было, то прошло, — сухо отрезал Бэк. — Да и не думаю, что моё приветствие хоть как-то изменит ситуацию.

— Ваша правда!

— Я переведу деньги на днях. И не нужно ни о чём ей говорить, сама догадается.

Запись на этом обрывалась, но я не сразу поняла, всё ещё удерживая диктофон рядом с ухом. Сехун осторожно его отобрал и перепрятал к себе в карман.

— Сейчас Бэкхён числится штатным сотрудником «AKER SOLUTIONS». Ему доверили очень хороший проект, связанный со строительством жилого комплекса в Каннаме. Кроме того, его неоднократно видели в обществе Шерил Кэтфилд — судя по слухам, она является одним из акционеров компании. К слову, очень симпатичная американка.

В доказательство своих слов детектив предоставил мне несколько фотографий, где Бэкхён шёл в компании миловидной блондинки и ярко ей улыбался. В груди защемило, воздуха стало резко не хватать. Неужели и он тоже меня предал? Я отказывалась верить в то, что Бэк заодно с эйкерами. Я смогла пережить предательство Ифаня, но его…

— Прекратите слежку! Достаточно! — ударив узкими ладошками по столу, приказала я.

Вытащив из сумки дрожащими руками конверт с деньгами, я протянула их Сехуну и резко поднялась.

— Там даже больше, чем нужно. Пусть всё останется между нами!

Я ушла, не оглядываясь, ничего перед собой не видя и не слыша. В большом холодном городе я была совершенно одна, впервые не зная, чей номер набрать и кому выплакаться.

***

«Тэцуру — замечательный мужик!» — думала я, когда японец, собрав длинные чёрные волосы в пучок, готовил для меня онигири, любовно вылепляя каждый треугольник.

Я сидела на его навороченной кухне, пила зелёный чай и уже почти не плакала, убаюканная его спокойным, чуть хрипловатым голосом с лёгким акцентом.

Пару раз в столовую заплывала молоденькая японка в кимоно, лениво целовала мужчину и, прихватив с собой чего-нибудь вкусненького, вновь уплывала на второй этаж.

— Твоя любовь? — хитро прищурилась я, когда мимо меня вновь прошествовала симпатичная брюнетка, от которой исходил божественный запах эфирных масел и цитрусов.

Что это за духи такие?

— Нет, моя муза! Корейский совсем не понимает, но преданно примчалась ко мне из Токио. Минет делает хорошо, да и в постели огонь. Вот протолкну девочку в какое-нибудь модельное агентство, и объявлю кастинг на место новой пассии, — рассмеялся японец, вытирая руки о полотенце.

— И не надоело тебе? Уже полвека прожил, а за ум никак не возьмёшься! — беззлобно подцепила я его.

— Уна, радость моя, я прожил пять десятков лет, но так и не встретил своего человека, — Тэцуру с грустью улыбнулся и сел напротив меня. — Зачем мне связывать жизнь с женщиной, которую не люблю? Я буду страдать и её измучаю. Нет, это не для меня. Жизнь — слишком коротка. В пределах Вселенной это ничтожная миллисекунда миллимгновения! И смысл тратить эту крупицу на заведомо нелюбимого?

— А если любимый предал? — опустив голову, спросила я.

Не говоря ни слова, Тэцуру пересел поближе ко мне и крепко обнял, позволив вжаться носом в свою футболку и заплакать.

— Не делай никогда поспешных выводов. Правда и ложь всегда неразрывно связаны. Иногда целой жизни не хватает, чтобы разгадать эту непростую загадку, — всё так же обнимая меня, тихо говорил японец. — Задавая миру вопросы, не придумывай сама ответов — жди, когда тебе ответят. Ты понимаешь, о чём я толкую?

— Да! — шмыгнув носом, улыбнулась я. — Спасибо, что приютил меня сегодня. Больше не к кому было идти!

— Ты мне как дочка, Уна! — прищурив хитрые глаза, Тэцуру протянул мне онигири, и я с благодарным кивком его приняла.