Страница 29 из 35
Первый порыв — бежать, убивать и рвать на части, оказался с трудом подавлен. Для начала нужно было выяснить о чём секретничают эти двое. Крепко прижав к груди бумажный пакет с яблоками, Рихунна напрягла слух, стараясь даже не дышать, чтобы не вспугнуть затаившуюся парочку.
— Я же тебе говорила, что Ри влюблена. Сам виноват, что не поверил!
— И у меня реально нет шансов?
— Прости…
Несколько мгновений царила тишина, а после шепотки продолжились.
— Ты ведь понимаешь меня, да?
— В смысле?
— Я же видел, какими глазами ты на её братца смотришь.
— Ты думай, что говоришь! Мы с Сехуном друзья!
— А вот и не ври! На друзей так не смотрят! Он тебе нравится и только слепой дурак, как О, этого не видит!
Ча Ён не ответила, лишь сопела обиженно, и с каждым мгновением тишины в груди Сехуна что-то мучительно обрывалось и умирало.
— Ну?
— Ну люблю я его, и что с того?!
Отшатнувшись и выронив пакет с яблоками, О выбежал из кустов и помчался в сторону дома. Плевать, если его увидят. Главное, унести ноги. Забыть, что услышал. Выкинуть из головы. Иначе как потом с этим жить?
— Ри, посидишь со мной? — улыбнулась Чиа, едва Рихунна появилась на пороге гостиной, но тут же умолкла, наткнувшись на шальной взгляд.
Едва не сбив с ног шедшую навстречу Суон, Рихунна поднялась на второй этаж и заперлась в своей комнате, уже подумывая, чтобы забаррикадироваться изнутри.
— За тобой стадо слонов гналось или кто?
Резко обернувшись, брюнетка увидела невозмутимую Да Хэ и поджала губы:
— А ты здесь что делаешь?
— А что? Мне нельзя здесь находиться? Эта комната наша общая.
— Я не про это. Я думал, что ты на съёмках… — резко замолчав, Рихунна прижалась к стене и в ужасе округлила глаза.
Только сейчас до неё дошло, что она не только сказала о себе в мужском роде, так ещё и обычным голосом, без ставших привычными женских ужимок.
— Что, трудно притворяться? — понимающе поинтересовалась Да Хэ.
— В смысле? — вновь забыв смягчить тон голоса, просипел О.
— В смысле, даже если бы Кёнсу мне ничего не сказал, мужика в тебе можно разглядеть, О Сехун!
Пол зашатался под дрожащими ногами, и парень повалился в стоящее рядом кресло, чтобы перевести дух. Да что ж это творится-то! Мало ему одного откровения, так на, получай второе! А может ещё и третье откроется? Да, пожалуйста! Бейте! Пинайте! Гнобите!
— Ну, ну, успокойся. — Да Хэ села на ручку кресла и коснулась чужого плеча. — Из тебя получилась очень красивая девушка и ты хорошо держишься.
— И давно ты знаешь?
— Почти с самого начала. Кёнсу сам попросил меня приглядывать за тобой, когда его нет рядом.
— Кёнсу? Вы как-то слишком близки, нет? — испытующе прищурился Сехун.
— Не волнуйся, я никому ничего не расскажу. Просто хочу, чтобы ты знал, что я знаю, и мог на меня положиться. Я вот подумала, как бы чувствовала себя, если меня отправили на мужское шоу в образе парня. Это ведь сложно, верно?
— Мне плевать. Можешь пойти и рассказать об этом во всеуслышание! Плевал я на этот конкурс и на всех вас! — в сердцах выкрикнул Сехун, спрятав лицо в ладонях.
— Эй-эй! Что-то случилось? — Да Хэ миролюбиво подняла руки и всмотрелась в подавленного О. — Не хочешь мне рассказать?
— Да меня просто бесит, что все вокруг знают, что я не девчонка, и при этом пытаются доказать мне обратное. Вот только в дураках остаюсь я! Небось уже и зрители догадываются, что у меня член между ног болтается!
— Не истери, — строго припечатала Нам. — Никто ничего не знает, кроме меня, Кёнсу и Чондэ. Ну и Пак Чанёля, как оказалось. Для всех остальных ты… немного мужественная девушка. И Тао до сих пор видит в тебе своего ангела. Не думал об операции по смене пола?
— Да иди ты! — прошипел Сехун.
— Ладно, не злись. Так что стряслось, раз на тебе лица нет?
— С чего ты взяла, что я вообще буду с тобой откровенничать?
— А с того, дорогой мой, что тебе больше не с кем поделиться своей проблемой. А я тебя выслушаю и, быть может, дам хороший совет. Я ведь не только в шмотках и макияже разбираюсь!
О лишь покачал головой и понуро отвернулся в сторону. Да Хэ не стала настаивать и перебралась на свою кровать. Щёлкнула настольной лампой, вытащила из тумбочки книгу и принялась читать. Словно всё нормально. Будто ничего не случилось. И то, что Рихунна на самом деле парень с членом — это так, пустяки, не достойные внимания.
И Сехуна это невероятно злило — что все вокруг его обманывали, недоговаривали. Он думал, что все люди для него, как на ладони. А в реальности оказалось, что это из него все вокруг делали дурака. И хотелось выть от несправедливости и обиды на весь мир. И из того тупика, в который его занесло течение жизни, он не видел никакого выхода.
— Я думал, что мы друзья. А она взяла и влюбилась в меня! Как будто её кто-то просил! — прошипел О, комкая в пальцах подол платья. — И как мы теперь должны общаться? Она была для меня единственным человеком, который всегда меня понимал! Почему она не может понять, что мне нужен друг, а не ещё одна дырка!
Да Хэ со вздохом отложила книгу и внимательно посмотрела на взбешённого парня перед собой. Ей с одинаковой силой хотелось дать ему затрещину и погладить по голове. Вот пойди и выбери, что сейчас будет полезнее?
— Она тебе совсем не нравится? — Нам не озвучивала имени, но Сехун прекрасно догадывался, что она знает, о ком идёт речь, раз уж даже о его половой принадлежности была в курсе.
— Я никогда не смотрел на неё с такого ракурса. Меня устраивало, что мы дружим. И я, как дурак, надеялся, что и её тоже!
— Понимаешь, наши желания не всегда нам подвластны. Мы можем чего-то отчаянно не хотеть, но никто не даст гарантии, что с нами этого не случится. Я думаю, что и она не хотела в тебя влюбляться. Просто так вышло. Вам нужно сесть и поговорить обо всём. Не руби сгоряча!
— Как я теперь должен смотреть ей в глаза?!
— Что значит как? Она никого не убила! Она просто влюблена в тебя, и это нормальное состояние в двадцать лет. Все мы в этом возрасте и любим, и ненавидим, и ошибаемся. То, что твоя подруга в тебя влюблена — ещё не конец света. Ты можешь не любить её в ответ, можешь перестать общаться. Но она заслужила, чтобы о своём решении ты сказал ей, глядя в глаза. Как ты вообще обо всём узнал?
— Подслушал, — пробурчал Сехун.
— Подслушал! — передразнила его Да Хэ. — Так дела не делаются! Подумай о ней, что сейчас с ней происходит! Если она тебя увидела, то наверняка в данный момент переживает и накручивает себя. Подумаешь, устроил проблему на пустом месте! Что, она хуже одной из твоих многочисленных подружек? Да ты сам к ней неровно дышишь, потому что ревнуешь к каждому столбу!
— Я не ревную! Я подбираю ей нормального парня!
— А сам им стать не можешь? Кишка тонка?
Вспомнив, что они не одни в доме, Да Хэ резко замолчала и нервно прошлась по комнате. После чего остановилась напротив Сехуна и грозно сложила руки на груди:
— Однажды, года два назад, когда я резко стала популярной и мне казалось, что весь мир лежит у моих ног, мне в любви признался скромный мальчишка, который работал у Чондэ рядовым стилистом. Я посмотрела на этого коротышку, покрутила пальцем у виска и послала его куда подальше. Потому что была уверена, что достойна гораздо лучшего — более красивого, богатого, умного, мужественного. А потом я заболела. Подхватила какой-то вирус, обернувшийся осложнением. У меня распухло всё лицо, я покрылась сыпью, тем самым сорвав несколько важных контрактов. У меня была температура под сорок, меня лихорадило, про меня писали гадости в Интернете, мол, модель Нам подхватила СПИД, сделала неудачную пластику и ещё много чего! И именно Кёнсу оказался рядом со мной в этот момент. Не мои обеспеченные поклонники, не друзья-модели, с которыми я развлекалась время от времени. Со мной был этот неказистый коротышка, который лечил, варил для меня куриный бульон и намазывал какой-то чудо мазью, чтобы мои болячки побыстрее зажили. Именно он уговорил Чондэ не расторгать со мной контракт. Именно он вернул меня к жизни. И он ничего не просил взамен, смиренно приняв роль друга в моей жизни. А я, поправившись и вернувшись в привычный мир бомонда, неожиданно поняла, что именно Кёнсу может сделать меня счастливой. Да, он не красавчик и ниже меня на голову. Зато он не пожалеет ни сил, ни средств, чтобы я улыбалась. Он согревает мою жизнь. Он как огонь, на который я иду. И за то время, что мы встречаемся, я и не подумала ему изменить. Я даже мысли такой не допускаю! Потому что для меня он лучший. И я в нём уверена. Я знаю, что он меня не предаст, даже если я стану страшной и старой. И именно эта уверенность даёт мне силы жить!