Угроза с севера

Сам Каперед был по сравнению с ними простым чужестранцем, бесправным гостем.

Статус угнетал торговца. Он не мог почувствовать себя частью толпы, стать монадой Редиланума. Пусть этого города, но гражданином! Частью общего, а не каким-то приблудой.

Изменить статус могли только сенаторы Редиланума. Этот город имел свое самоуправление, а его граждане становились частью всего Государства. Но как убедить отцов города, что странствующий торговец полезен общине.

Каперед смотрел по сторонам, но не видел ответа. Он надеялся найти выход, просто наблюдая за происходящим.

Невозможно обрести права случайно, без помощи других. Каперед не желал, чтобы ему помогали. Ведь он изгнанник: всякий, кто даст ему приют, станет врагом отечества.

Каперед понимал, что у прошлых знакомых нет смысла искать помощи. Ноги его привели в район, где проживали декурионы, представители местной знати и жречества. Здесь, за высокими заборами, в богатых усадьбах живут те, кто может повлиять на решение сената Редиланума. Каперед знал людей, что проживают возле храма Согласия. Многие из здешних жителей пользовались поддержкой Капереда.

- Они не станут мне помогать, - бормотал Каперед.

Однако он шел туда, куда вела его дорога.

Прошло много лет с тех пор, как Каперед посещал Редиланум. Он видел этих людей от силы два или три раза, но переписку поддерживал активную. По вопросам коллегии приходилось обращаться за помощью к местной знати, а это значило, что необходимо продвигать их интересы в Городе.

Многие были обязаны коллегии и самому Капереду, но станут ли они поддерживать его сейчас. Станут ли они вообще слушать его.

Торговец очень сомневался в этом, однако шел к храму Согласия, рассматривая фасады домов стоящих вдоль улицы. В отличие от остальных улиц, здесь спокойнее, много тенистых аллей и небольших парков. Богатые горожане любят прогуливаться вечером, после ужина. Это помогает пищеварению, а так же позволяет пообщаться с равными в непринужденной обстановке.

В ранний час парки пусты, работали только общественные рабы. Каперед некоторое время наблюдал за ними, не зная, что делать дальше. Он не понимал, что его привело в этот район.

Уж не воспоминания ли?

Здесь изгнаннику искать нечего. На помощь не стоит рассчитывать, но попытаться можно.

Улица была пустынной, лишь с рынка возвращались домашние рабы. Их господа наверняка находились на форуме в одном или другом здании. Вели суд, общались, разбирали архивы, инспектировали рынки. Даже жены декурионов наверняка не дома.

- Что я здесь делаю? - удивлялся Каперед.

Он остановился возле знакомых ворот, прочел надпись на табличке. Раньше здесь обитал землевладелец, у которого коллегия арендовала земли. Теперь же на табличке значилось совсем другое имя. Каперед не мог представить, какой катаклизм разрушил семью землевладельца, что тому пришлось продать особняк в Редилануме. А может быть, его потомки разбогатели, переселились в Город.

Человек, поселившийся в этом доме, не мог помочь Капереду. Их не связывают никакие отношения.

Это среди варваров чужака могут пригласить в дом, поговорить с ним. А здесь же гостю не откажут в пище, крыше над головой, но не станут слушать. Вот будь Каперед странствующим пророком, ему бы удалось втереться в доверие к знати.

Не раз и не два торговец задумывался о том, что смог бы заработать больше, прикинувшись жрецом. И ведь никто не поймает за руку, мало ли в Государстве богов проживает, а еще больше их последователей.

Упустив эту возможность, Каперед уже не мог воспользоваться славой пророка. А простого торговца никто не станет слушать.

Каперед отправился дальше, надеясь обнаружить знакомое имя на очередной вывеске.

Стены и ворота усадеб выглядели одинаково. Богачи не пытались перещеголять друг друга, вычурно оформляя стены. Все равно уличная голытьба испишет их непристойностями. Настоящая красота скрывалась за этими безликими стенами. Фасады домов лишь чуть возвышались над краем стены.

Каперед, зайдя в боковую улочку, видел вторые этажи соседних особняков. Обычно там располагаются женские спальни, но у граждан Редиланума могли быть иные традиции.

В это время гинекеи были пусты. Женщины либо собрались в одном месте, либо работали на первом этаже, либо находились на рынке.

Ветер трепал занавеси в открытых окнах. Даже стоя на улице, Каперед чувствовал ароматы пряных трав, благовоний и различной косметики. Этот аромат не мог перебить даже стойкий запах улицы.

Вздохнув полной грудью, Каперед удивился, что различает так много оттенков запахов. В былые времена он постоянно находился в окружении всевозможных трав. Нюх притупился, вкус утратил чувствительность. На улице он смог в полной мере ощутить красоту. Вот только эта красота оставалась за высокими стенами, охраняемая десятками слуг.

Еще глубже, в центре усадьбы расположен сад. Небольшой огородик, скорее радующий глаз, нежели необходимый для пропитания. Его окружают зеленые деревья, стоящие у кромки воды. Каперед представлял сады так, словно видел их собственными глазами.

Пять лет назад в моде были бронзовые статуэтки, стоящие в укромных уголках сада. Капереду стало интересно, популярны ли они сейчас. В Редилануме эта мода могла сохраниться до сего времени. Ведь из Города до провинции путь неблизкий, новые веяния доходят с трудом.

К тому же ремесленники осваивают новые рынки лишь тогда, когда старые пресытились их творениями.

Каперед одернул себя. Теперь это не его дело, ему стоит побеспокоиться о другом. Он сразу помрачнел, понурил голову и шел дальше, смотря под ноги. Лишь поднимал взгляд, когда оказывался возле очередных ворот.

Искать знакомые вывески пришлось долго. Те, что написаны на общепринятом языке, были понятны, но люди здесь проживали незнакомые. Совсем немного было вывесок на варварском языке, наследованном от племени нельветов. Еще меньше проживало здесь чужестранцев.

И ни одного знакомого имени. Неужели за столько лет все переменилось. Быть может, в Городе произошли такие же изменения. Умерли гонители, на их смену пришли люди, не слыхавшие о Капереде. Сгнили в архивах свитки с именами преступников.

Мечтать об этом можно долго, но ближе к цели не станешь. К тому же, что-то изнутри настойчиво подталкивало Капереда продолжать поиски здесь. Только в Редилануме у него есть шанс помочь Государству.

Каперед увидел вывеску, показавшуюся ему знакомой. Некоторые декурионы заказывали вывески только с фамильными знаками. Мол, их и так все знают, зачем еще письмена.

На знаке располагалось три колоса, связанные красной лентой. Каперед попытался припомнить, кому принадлежал подобный символ. Не совсем такой, но похожий символ был у землевладельца и рыботорговца Марина Секстоса. Каперед знал этого человека, имел с ним дело, когда улаживал дела коллегии в долине Лода.

Но на фамильном знаке Секстоса колосья не были связаны в пучок, под ними находилось изображение барки.

Решив, что года идут, поколения сменяются, Каперед набрался смелости и постучал в дверцу. Ответили ему сразу, привратник никуда не отлучался.

- Скажи, а кому принадлежит этот дом, уж не гражданину Секстосу? - спросил Каперед.

Привратник не открывал дверцы, общался с гостем, глядя на него через смотровую щель. Как обычно это был старик, но не такой скверный, как обычно. Подобный выбор удивил Капереда.

- Верно, моего хозяина зовут Секстос.

Каперед не дождался продолжения, привратник, казалось, готов был вечность смотреть на гостя. Куда ему спешить, он навсегда прикован к этим воротам, никуда не может подеваться.

- Могу ли я повидаться с ним?

- А по какому делу?

- Хм... скажи, что явился Каперед из коллегии лекарей. Мы имели дело с твоим господином лет шесть назад. Явился как частное лицо.

- Моего господина нет дома, вернется к вечеру. Вам есть, где остановиться?

- Нет, я не собирался задерживаться в Редилануме.

- Тогда проходите.

Так легко, что удивительно. Каперед не верил, что ему удастся пройти за ворота. Но привратник не шутил, он открыл дверцу, позволяя гостю пройти. Хотя внешний вид гостя явно вызывал сомнения, раб не стал озвучивать свои мысли. Он решил, что хозяин сам решит, как поступить дальше.