Страница 127 из 145
В честь этой даты состоялся грандиозный праздник. Колонны физкультурников под лозунгами «Да здравствует здоровая работница!», «Да здравствует «Спартак» – классовое оружие пролетариата!» прошли по проспекту 25-го Октября (Невскому) на площадь Урицкого. Затем центр торжеств переместился на только что построенный стадион имени В. И. Ленина. Нарком здравоохранения РСФСР Николай Семашко в своей речи подчеркнул: «Три года ленинградский «Спартак» закалял мускулы и волю своих членов для того, чтобы крепче держать серп и молот, а если нужно – и винтовку». От имени Красного Спортинтерна ленинградский «Спартак» приветствовал его председатель – Николай Ильич Подвойский. Интересно, что именно на этом стадионе «Спартак», только московский, в 1996 году в «золотом» матче переиграл «Аланию»…
За сравнительно короткий срок общество «Спартак» успело завоевать популярность не только в Петрограде. В газете «Красный спорт» за 1924 год можно встретить сообщения о делах «Спартака» в Виннице, Краснодаре, Кременчуге, Малой Вишере, Мытищах, Николаеве, Новгороде, Угличе, Харькове и ряде других городов. Свое спортивное общество «Спартак» имели даже немцы Поволжья. Мало того, в апреле 1924 года на Всесоюзном съезде Советов физической культуры под именем «Спартака» хотели объединить кружки физической культуры во всех Республиках, входящих в СССР. И все это – под контролем комсомола. Но глобальной «спартакизации» страны тогда не получилось. Взбунтовалась Москва (сработал инстинкт самосохранения), профсоюзы и другие общества – им чем тогда руководить?! «Они-то в борьбе за выживание и стали активно расшатывать спартаковские позиции. Началось развитие новых организационных форм. Через пару лет от былого величия «Спартака» не осталось и следа. В 1925 году ЛЦКС (Ленинградский Центральный Клуб Спартака) был ликвидирован. На Украине «Спартак» расформировали в приказном порядке, а в большинстве других городов он умер естественной смертью. Правда, в 1935 году в стране вновь создают спортивное общество «Спартак», но это больше походило не на реанимацию покойника, а на рождение младшего брата с тем же именем» – пишет В. Фалин.
Но Николаю Старостину повезло. В 1924 году он в составе сборной Москвы успел выступить против «Спартака» Выборгского района, а в составе «Красной Пресни» – против Опытно-показательного отделения «Спартака» Выборгского района и Центрального клуба «Спартака». Сборы от двух последних встреч шли в Фонд ликвидации последствий стихии, обрушившейся на Петроград 23 сентября 1924 года, когда водою было затоплено более половины территории города.
Спартаковцы с берегов Невы стали зачинателями и еще одной инициативы. Когда в Париже в 1924 году проходили VII Олимпийские игры, они провели альтернативные комплексные соревнования и назвали их Спартакиадой. За ней последовали другие, более масштабные одноименные состязания. Леонид Борисович Горянов в книге «Колумбы московского футбола» пишет: «…Наступил 1928 год. Советская власть только что отметила первое свое десятилетие. В честь этого знаменательного события решено было подвести первый итог грандиозной работы, проводимой партией по физическому воспитанию трудящихся, устроить всесоюзный праздник спорта. Встала задача: как определить его характер, какое дать ему имя? И именно тогда родилось и утвердилось в нашем лексиконе такое знакомое ныне, такое привычное слово – Спартакиада.
Как, почему оно родилось? Где были его истоки? В ту пору наша пресса печатала широкие разъяснения на этот счет. Вот, пожалуй, наиболее точное, наиболее интересное из них, принадлежащее перу видного партийного и государственного деятеля, представителя славной ленинской гвардии, одного из заместителей Оргкомитета Спартакиады Миха Цхакая: «Мы берем слово Спартакиада от имени Спартака, исторического героя древнего мира, вождя восставших рабов против римских аристократов. Гладиаторы восстали во главе со Спартаком; рабы цирка обратились в настоящих бойцов. Свою физическую подготовку, полученную в школе гладиаторов, они хорошо использовали для освобождения себя и себе подобных, подняв знамя восстания. Вот почему имя гладиатора Спартака окружено ореолом славы и величия и пользуется симпатиями у всех пролетариев и трудящихся мира.
Вот почему наше всесоюзное, всепролетарское выступление по физкультуре мы назвали Спартакиадой. К. Маркс очень любил это имя – Спартак, и наш Ильич – тоже. Это имя всеисторично и интернационально, т. е. обнимает все эпохи, все народы, борющиеся за свою свободу, за братскую солидарность, за уничтожение гнета и эксплуатации человека человеком, одним словом, за социализм, за коммунизм! Одновременно со Спартакиадой в Москве летом 1928 года проходил VI конгресс Коминтерна. Это совпадение знаменательно. Как конгресс Коминтерна, так и Спартакиада объединили трудящихся, борющихся за социализм и коммунизм. Они неотделимы в общей борьбе за революцию – классическая физическая культура Спартака и революционная боевая культура Маркса – Ленина!»…
Так, или иначе, но спортивное общество «Спартак» и одноименная футбольная команда в Москве были созданы. Комсомол оказывал политическую поддержку, Промкооперация – бюджетное финансирование, не только позволявшее обществу жить на широкую ногу, но и привлекать под свои знамена выдающихся спортсменов – братьев Знаменских, Королева, Озерова, конькобежца Аниканова, волейболистов Щагина и Реву. В этой связи отметим, что обвинения в адрес руководства динамовского и армейского клубов в том, что они, в отличии от других коллективов, использовали свое положение для «мобилизации» под свои знамена лучших футболистов страны, не совсем уместно. По сути, «Спартак» занимался тем же самым.
Только если в ЦДКА и «Динамо» использовали административный ресурс, то в «Спартаке» – финансовый. А в послевоенные годы, когда красно-белых курировало партийное и советское руководство Москвы, спартаковские наставники (особенно, Николай Петрович Старостин, за что ему честь и хвала. Все бы наши футбольные руководители так заботились о своих подопечных!) умело использовали и этот факт, «выбивая» для своих игроков освобождение от службы в армии, квартиры, машины, места в яслях и детских садах и т. д. Легендарную потрепанную записную книжку Николая Петровича, в которой подробно были перечислены вопросы, которые необходимо было «порешать» в верхах, до сих пор с улыбкой вспоминают ветераны Мосгорисполкома.
Наиболее показательна в этом отношении биография Юрия Александровича Севидова. В 1942 году, когда его отец – знаменитый в будущем тренер Александр Александрович Севидов – перешел из минского «Динамо» в московскую команду «Крылья Советов», семья получила 10-метровую комнатушку в коммунальной квартире в районе метро «Бауманская». Кроме Севидовых здесь же ютились футболисты «Крылышек» Мазанов и Егоров. Из этой квартиры впоследствии вышли три чемпиона СССР – Юрий Севидов (футбол), Вячеслав Егоров (теннис) и Виктор Мазанов (плавание). Последний был еще и чемпионом Европы.
К 23 годам, став одним из ведущих игроков «Спартака», Юрий Севидов получил в Москве три (!) однокомнатные квартиры. В одну поселил родителей, а две другие поменял на одну большую. Это в то время, когда большая часть москвичей, все еще жила в коммуналках.
И еще. Каждый футболист команды класса «А» в начале 60-х годов получал утвержденный «сверху» оклад – 160 рублей. За звание «мастер спорта СССР» следовала надбавка – 100 рублей. Кроме того, тогда признавалось, что футбол – это еще и прибыльное зрелищное мероприятие, поэтому футболисты получали процент от продажи билетов – еще около 100 рублей в месяц. Армейцы и динамовцы получали еще и доплаты «за звездочки», «пайковые», «на форму» и т. д., что увеличивало их зарплаты приблизительно вдвое. Зато «Спартак» был рейтинговой командой по европейским меркам, поэтому 7–8 раз в год выезжал в Европу для встреч с зарубежными клубами, с соответствующими командировочными и возможностью привозить вещи с Запада, что тогда котировалось очень высоко.
19 апреля 1935 года Всесоюзный совет физической культуры за подписью В. Н. Манцева и И. И. Харченко утвердил Устав нового добровольного спортивного общества промысловой кооперации. Этим же постановлением утверждались проект формы, флага, эмблемы и билета общества «Спартак». По свидетельству Константина Есенина и Юрия Ваньята, свою красно-белую форму «Спартак» позаимствовал у знаменитой «Трехгорки». Красные футболки с белой полосой на груди «мануфактурщики» привезли в 1927 году из зарубежной поездки и неизменно играли в них несколько сезонов. В 1934 году эти цвета переняла «Промкооперация».