Страница 19 из 70
– Просто разложил все по местам. Как ты можешь работать в таком беспорядке?
– У меня своя система. Как я теперь смогу что-нибудь найти!
– Тебе нужно поесть и поспать. Чего хорошего будет для всех, если ты свалишься?
– Так в дополнение к тому, что ты перенес свою дотошность на мое рабочее место, ты еще взял на себя обязанность следить за тем, как я ем и сплю?
На лице у него появилась дерзкая, сексуальная усмешка.
– Рад взять на себя обязательства по обоим фронтам.
– Еда, да. Но спать? Черта с два.
Он пожал плечами, явно довольный, что одержал полпобеды, и спросил, показав на фотографию на столе:
– Кто это?
– Папа. – На снимке Сэм стояла рядом с сидевшим в инвалидном кресле отцом, обняв его за плечи. – Он уже два года, как получил ранение на службе.
– Мне жаль. Как это случилось?
Ступив в тесный офис, она скинула ноги Ника со стола и села.
– Ехал домой в патрульной машине и увидел, как в потоке машин виляет какой-то автомобиль. С милю или две преследовал его, пока не прижал к обочине.
Он был дорожным инспектором?
Сэм помотала головой.
– Он был заместителем шефа полиции и собирался через три месяца в отставку. В общем, подошел к машине, постучал в окно, а водитель открыл огонь. И теперь папа не помнит ничего после того, как остановил машину. Пуля застряла между третьим и четвертым шейным позвонком. Он парализован, но по какому-то чуду может дышать сам, когда сидит. Мы благодарны судьбе и за это.
– Помню, что читал об этом, но не знал, что офицер – твой отец. Случай на Джи-стрит?
– Да.
– Парня того поймали?
– Нет. Дело не закрыто. Я работаю над ним, когда могу, как и каждый коп тут. У меня личный интерес, как и у всех нас.
– Могу представить. Соболезную.
Сэм пожала плечами:
– Жизнь – та еще сука.
Ник поднялся, обошел ее, закрыл дверь, потом обнял Сэм и крепко прижал к себе.
Потрясенная застрявшим в горле комом, она попыталась высвободиться от его объятий.
– Ты чего это?
Ник не отпускал.
– Мне показалось, тебе нужно.
– Вовсе нет. – Сэм уперлась руками ему в грудь, чтобы сохранить дистанцию и унять беспокойное сердце. – Я не могу оставаться здесь наедине с тобой. Люди начнут болтать, а мне это ни к чему.
Ник потянулся к двери и открыл ее.
– Прости.
Сэм с облегчением не обнаружила за дверью назойливых глаз и с неудовольствием поняла, что утешение, предложенное Ником, оказалось ей необходимо: так или иначе, оно помогло. От этого открытия ей стало не по себе.
– Что такое? – спросил он, внимательно изучая Сэм карими глазами, от взгляда которых она вся плавилась изнутри. – Смотришь так пристально.
– Да вот думаю…
Ник с любопытством наклонил голову:
– О чем?
– Ты похорошел с возрастом. Здорово выглядишь.
– Ну и ну, спасибо. Наверное.
– Это был комплимент, - округлив глаза, заметила Сэм.
– Спасибо, что уточнила. Разумеется, я могу сказать то же самое о тебе. Ты даже привлекательнее, чем я запомнил. А я помню... все.
И сделал шаг, сокращая расстояние между ними.
Ее сердце ускорило бег, Сэм подняла руку, чтобы остановить Ника.
– Не вторгайся в мое личное пространство.
– Это ты начала сыпать комплиментами, – сказал он с усмешкой.
Уж лучше усмешка, чем то выражение горя, которому Сэм стала свидетелем раньше.
– Временная ошибка в суждениях, вызванная усталостью и голодом.
– Тогда как насчет ужина?
– Пицца. И платишь ты.
– Можно устроить.
– Кстати, об устроительстве, к утру патологоанатомы будут готовы выдать тело сенатора для похорон.
Ник мгновенно подобрался, и Сэм пожалела, что вывалила на него новость вот так.
– Ладно. Как только похоронное бюро закончит, полиция штата Вирджиния сопроводит его в Капитолий в Ричмонде, – сказал он. – Хочу попросить тебя дать разрешение взять кое-какую одежду из квартиры Джона. В похоронном бюро она понадобится.
– После ужина я так и так собиралась туда зайти. Еще немного пошарить.
– Это свидание.
Сэм выключила компьютер и лампу на столе:
– Это не свидание.
– Пустая игра словами, – заметил Ник, следуя за ней из офиса.
– Это не свидание.
***
Сидя над толстой с хрустящей корочкой вегетарианской пиццей в каком-то месте, где, казалось, Ника знали все и каждый, Сэм спросила его о Патриции Дональдсон.
– Кто?
– По словам родителей, его школьная подруга, которая живет в Чикаго.
Ник в замешательстве свел брови.
– Никогда о ней не слышал.
– Он посылал ей ежемесячно три тысячи долларов в течение многих лет, звонил несколько раз в неделю и по часу говорил.
Ник покачал головой.
– Ничего не знаю о ней.
Он казался озадаченным, даже расстроенным.
– Как такое возможно?
– А ты знал, что он увлекался порно? Много времени тратил на него?
Замерев, Ник вернул кусок пиццы на тарелку и вытер салфеткой рот.
– Нет. Как ты узнала?
– У него порно на домашнем компьютере.
Потрясенное выражение сменилось на гримасу отвращения. Ник замедлил дыхание, уставившись в какую-то точку у Сэм за спиной. И долгое время молчал.
– Хотелось бы заявить, что я совершенно удивлен, но не могу. Джон рисковал своей репутацией и карьерой.
– Что еще стоит за этим?
– Женщины. Много женщин. Словно он все время искал что-то, чего просто не мог найти. Кидался в отношения с головой, а через неделю они уже были в прошлом.
– Было ли у всех этих женщин что-то общее?
– Все блондинки и не обделенные внешностью. Все сплошь. Одна Барби за другой. Так что я даже не затруднял себя попытками запомнить их имена.
Сэм одним духом прикончила пиво и вынуждена была признать, что после кормежки почувствовала себя, словно родилась заново.
– Кристина Биллингс прислала список женщин, с которыми он встречался последние полгода. Мы сейчас с ним работаем. Готова поспорить, что найдем среди этих куколок убийцу.
– Сомневаюсь.
– Почему?
– Ты ведь говорила, что в основе преступления, скорее всего, лежит страсть? – Сэм кивнула. – Никто из них не оставался так надолго, чтобы почувствовать страсть, которую нужно испытывать, чтобы сделать такое с ним. Кроме разве что Натали, да и то все закончилось давным-давно. Если бы она собиралась его убить, то сделала бы это, наверно, еще несколько лет назад.
– Мы собираемся с ней завтра поговорить.
– Как у тебя так получается? – поинтересовался он.
– Что получается?
– Поддерживать этот темп. Беспрестанно.
– Ты на этой неделе буквально ночевал в офисе. Чтобы сделать свою работу. Именно это делаю и я. Обычно все гораздо хуже. Частенько приходится вести несколько дел одновременно, но благодаря вынужденному отпуску моя ноша с недавних пор полегчала.
– Все время иметь дело с убийцами, жертвами и судмедэкспертами… Это кого хочешь иссушит до дна.
– Может быть. А в иные времена бодрит. Нет ничего лучше, чем складывать все кусочки головоломки вместе и выстраивать картину, которая ведет к наказанию виновных.
– Ты всегда хотела стать копом?
Ник не задавал этого вопроса при первой встрече, когда она только стала детективом.
– Все несколько сложнее.
– То есть?
Она поиграла ручкой кружки.
– Я была самой младшей из трех сестер. Кажется, мне было около двенадцати, когда на меня снизошло озарение, что единственная причина моего появления на свет заключалась в том, что отец отчаянно хотел сына.
– Ты не можешь утверждать точно.
– О, нет, могу. Моя мать чуть не проговорилась.
– Сэм…
Ей было невмоготу проявленное им участие.
– Так вот, зная, что разочаровала его своим рождением, я стала завоевывать его одобрение любыми путями, какие могла придумать. Назови любую спортивную игру в старших классах – я в нее играла. Ходила с отцом на футбольные матчи «Рескинз» и «Ориолз». Он даже наградил меня мальчишеским именем.