Страница 6 из 55
Этой мощной тенденции почти невозможно противостоять. Хотя некоторые пытаются. Когда британская модель Дейзи Лоу впервые приехала в Нью-Йорк для участия в показах, ее называли «толстушкой». Ее реакция? «Я такая, какая есть. Мои прежние агенты в Нью-Йорке советовали мне сбросить вес. Я предпочла сменить агентов. Я очень горжусь тем фактом, что ношу одежду на два размера больше, чем большинство других манекенщиц. Быть палкой несексуально».
Чистая правда, и, кажется, редакторы журналов, пусть очень медленно и робко, но начинают это понимать. София Неофиту-Апостолу, редактор журнала «10», говорит: «Дизайнеры, с которыми я работаю, хотят видеть более женственных девушек, и арт-директоры жалуются, что теперь им приходится скорее дорисовывать полноту, чем вырезать ее». Однако полноту эти арт-директоры ищут не абы где, а в местах вполне определенных. Элизабет Харли недавно обнаружила, что ей искусственно увеличили грудь на обложке журнала «Cosmopolitan». «Они добавили дюймов пять, — заявила она в интервью. — Получилось очень забавно. Не грудь, а гигантские шары».
Все верно. Поэтому давайте просто признаем, что мир знаменитостей живет по своим странным, нелепым законам, которые писаны не для нас. Но вы не надувная кукла, которую кто-то надувает и сдувает по собственной прихоти. Ваша задача — игнорировать эти крайности и придерживаться естественных представлений о том, какой вес является нормальным. Настоящая женщина должна быть мягкой, такой, какую приятно обнять. Если тощая знаменитость становится для вас образцом, перестаньте на нее пялиться. Закройте журнал. Идите лучше побегайте.
Двадцать пять лет назад средний вес манекенщицы лишь на 8 процентов уступал среднестатистическому весу женщин. Сегодня средняя модель на 23 процента легче средней женщины.
Еще в 2000 году Британская-медицинская ассоциация (БМА) в своем докладе «Пищевые расстройства, представления о красоте и СМИ» отмечала, что крайняя худоба манекенщиц является «недостижимой и биологически неприемлемой». По мнению экспертов БМА, пропасть между пропагандируемым СМИ идеалом женской красоты и реальной жизнью привела к резкому росту количества заболеваний, связанных с неправильным питанием (пищевых расстройств). «В настоящее время некоторые СМИ пропагандируют изображения крайне истощенных женщин, одновременно внушая читателям мысль, что такой вес является здоровым или желательным», — сказано в докладе. БМА рекомендовала телевидению привлекать в качестве ролевых моделей для молодежи женщин, относящихся к верхней части нормального весового диапазона. Телевизионные продюсеры и рекламные агентства должны пересмотреть свое отношение к профессиональным съемкам чрезмерно тощих женщин, а Комиссия независимого телевидения — свою рекламную политику. Но с тех пор прошло десять лет, а воз и ныне там.
Однако несогласных с таким положением вещей становится все больше — из числа «своих» же. Эмма Томпсон, например, прославилась своим крестовым походом против идиотского культа худобы в кинематографии. Она выступила с протестом, когда продюсеры предложили похудеть на пару размеров Кейт Уинслет (для фильма «Разум и чувства») и Хейли Этвелл («Возвращение в Брайдсхед»), Но если говорить в общем и целом, ситуация сохраняется вследствие того, что большинство участников драмы являются либо ее заложниками, либо сообщниками.
Наверное, стоит вернуться к вопросу о том, что же такое красота. «Совокупность качеств, доставляющих наслаждение взору, слуху; все то, что доставляет эстетическое и нравственное наслаждение» — так определяют красоту словари. Что-то я сомневаюсь, что кожа да кости вечно голодных манекенщиц, запирающих на замок холодильник, чтобы не сорваться, отвечают этим критериям.
7. Отыщите в себе достоинства и подчеркивайте их
Если наши бабушки и прабабушки были заняты вопросами всеобщего избирательного права и заботами о том, как накормить семь ртов одной репой, то у нас, не знающих таких проблем женщин XXI века, остается очень много свободного времени, и мы тратим его на раздумья о ширине своей талии. Недавний опрос читательниц журнала «Grazia» показал, насколько большое место в жизни современной женщины занимает «телесный» вопрос. Семь из каждых десяти женщин считают, что им гораздо лучше жилось бы с «красивым» телом (увы, лозунг «Мир во всем мире» безнадежно устарел); каждая вторая женщина уверена, что некрасивая фигура и лишний вес вредят сексуальной жизни (хотя у мужчин иной взгляд на это, если верить бывшему редактору мужского журнала «Nuts» Филу Хилтону, который однажды признался: «Мужчины считают любую грудь хорошей и рады, если удается добраться до любой из них. Считать их придирчивыми знатоками — большая ошибка»).
Однако большинство женщин, независимо от уровня образования, успешности и, если уж на то пошло, красоты, испытывают отчаяние, глядя на свои дряблые руки, двойной подбородок и соприкасающиеся посредине бедра. Вместо того чтобы искать в себе достоинства, мы постоянно высматриваем недостатки — будь то пятнышко на блузке, кусочек шпината в зубах или целлюлит.
Психолог Эндрю Хилл из Медицинской школы Лидса считает выборочную нелюбовь к конкретным частям своего тела сравнительно недавно распространившимся феноменом. «У нас появились технические возможности изменять некоторые части тела, — говорит он. — Наша повышенная критичность к своим физическим недостаткам связана с тем, что мы можем (по крайней мере, теоретически) их исправить. Это стало важной частью культуры самосовершенствования, а ведь еще лет тридцать назад ни о чем подобном даже речи не было».
И так мы сами себя терзаем, лишаясь остатков уверенности в себе, сами раскачиваем и топим свою лодку. Дело в том, что физические «изъяны», которые мы предпочитаем скрывать, есть у каждой женщины. Мадонна, например, с презрением отзывается о своих мощных «итальянских» бедрах, унаследованных от матери; Эрин О’Коннор комплексует по поводу своих «кельтских коленей»; Надин Койл из группы «Girls Aloud» ненавидит свои ноги («Иногда хочется оторвать их и выбросить»); лицо Джорджа Майкла всегда освещено только наполовину, потому что вторую половину он не любит.
А вот Лили Аллен не хочет мириться с таким положением. Она всегда старается подчеркнуть свои достоинства и носит такие наряды, которые скрывают то, что она считает своим главным физическим изъяном. «У меня очень красивая талия, — говорит она. — Она всегда была осиной. Но вот бедра у меня далеко не осиные, поэтому я предпочитаю носить платья. Бедра и зад у меня великоваты, и платья хорошо это скрывают».
Мадонна с презрением отзывается о своих мощных «итальянских» бедрах, унаследованных от матери; Эрин О'Коннор комплексует по поводу своих «кельтских коленей»; Надин Койл из группы «Girls Aloud» ненавидит свои ноги.
Однако настоящей мастерицей в деле подчеркивания своих достоинств следует назвать Келли Осборн. «Я никогда не хотела быть совершенством, — с улыбкой говорит она. — Мне даже нравится, что я такая кругленькая. Я не хочу быть совершенством, я хочу быть личностью… Недавно я, наверное, первый раз в жизни, одеваясь перед зеркалом, подумала про себя: „Как ты красиво выглядишь, подруга“. Это было то самое платье от Белльвилль Сассун, которое я надевала на поздравительную церемонию. Я крутилась перед зеркалом минут двадцать, говоря самой себе: „Я никогда даже не подозревала, что ты можешь так хорошо выглядеть“».
Почему вам просто не любить себя такой, какая вы есть? Обнимите себя. Угостите себя чашкой горячего шоколада (ну хорошо, пусть он будет обезжиренный и без сливок). Раз уж мы разоткровенничались, по секрету признаюсь, что у меня не совсем, но почти идеальные лодыжки. Я получила их по наследству вместе с красивыми ушами, приятным певучим голосом и носом, который отбрасывает приличную тень в солнечную погоду. Поэтому я ношу модные туфли, укороченные брюки или платья, стараясь выделить свои лодыжки, зная, что, пока они находятся в центре внимания, менее совершенные части моего тела будут оставаться в тени. Живот, например.