Страница 21 из 27
Следующим сидел представляющий полицию Конохи глава клана Учиха — Учиха Фугаку. В его позе демонстрировалось величие его клана, полное превосходства над окружающими. Но сейчас спеси в его позе было поменьше, к удовольствию Сандайме Хокаге. В его глазах мелькали намеки на шаринган. Пусть нападение нукенина было неожиданным, но это было не вина клана Учих. Вот он и сидел, изображая злость и презрение к представителям АНБУ, неспособным справиться со своей работой. Но что-то в его напряженной позе было еще, что Хирузен разобрать не мог.
Слева от Учихи сидел Яманака Иноичи. По его лицу ничего нельзя было разобрать, впрочем как и всегда. Мозголомов очень трудно читать, если они этого не хотят. Главное — они преданы деревне, не имеют сильного веса и преданы Хокаге. По крайней мере в данном инциденте.
Далее сидел Нара Шикаку. Исполосованное лицо морщилось от явно невеселых мыслей. Хотя его веки были прикрыты, можно быть уверенным, что он видит вс вокруг себя, в том числе и всех своих соседей. Главный стратег Конохи уже составляет план разговора, а также влияние инцидента на действия ИноШикаЧо. Он, скорее всего, также уже прикинул действия других кланов и влиятельных шиноби деревни.
В углу сидел колоритный, громадный мужик. Длинные белые волосы, металлический протектор с кандзи «Масло». Красное кимоно, и огромный свиток около него. Это был сам Джирайя, которого учитель вызвал назад в Коноху. Саннин не совсем понимал зачем его вызвали, ведь он не состоит ни в одном политическом союзе деревни. Но придурковатое лицо не мог скрыть его двуличную сущность от того, кто воспитал и вырастил его. Именно маска дурака спасала его от множества политических подводных камней. Делала его крайне безобидным для окружающих, чем он и пользовался вместе со своим сэнсеем. И вот сейчас он сидел и что-то записывал иногда пошло хихикая. Его присутствие вместе с Цунаде нужно было для усиления позиции Хирузена. Демонстрация аж двух саннинов — лишний фактор влияния для кланов и предостережение от необдуманных решений.
Сама же Цунаде все стояла у окна, якобы пряча запах перегара в потоках ветра с улицы. Расфокусированный взгляд как бы намекал на то, что она вряд ли способна воспринимать ведущуюся беседу со всей ответственностью и серьезностью. И снова маска.
Порой Сарутоби подозревал, что главное, чему он научил своих учеников — скрывать себя за масками. Как и сам учитель. Маска Хокаге, маска мужа, маска отца, маска друга, маска ученика… Он уже и не помнит, когда был настоящим.
— Предлагаю начать. — сказал Хокаге и поднял свою шляпу, что бы все видели его недовольное лицо. — На повестке у нас сразу несколько вопросов. Начнем с инцидента в больнице. Узнали личность нападающего?
— Хокаге-сама, прошу мне позволить начать. — сказал Данзо. Хирузен на мгновение задержал взгляд на главе Корня, и кивнул. Все тут же подобрались, так как не ожидали от Данзо приятных новостей.
— Нападающий — нукенин S-ранга, Мики Накаяма. — показал протектор с перечеркнутым знаком листа Данзо, — Он пропал во время Третьей Мировой Войны Шиноби и считался погибшим. В деревню пробрался по подложным документам под хенге. Но не это главное. При задержании погибло три десятка моих сотрудников и почти столько же сотрудников Като-сана. Не самых слабых шиноби, среди которых так же присутствовали полтора десятка джонинов А и B ранга. Мы не сразу поняли причину его неуязвимости.
Он обвел пораженных присутствующих внимательным взглядом, проверяя до всех ли дошел смысл сказанного.
— При задержании он показал необычайную живучесть — даже смертельные удары не приносили ему незаметных неудобств. Задержать его удалось только когда смогли скрутить его по рукам и ногам. Допрос не дает никакого результата. Ибики-сан может подтвердить. На боль, техники меднина и наркотические препараты показана абсолютная стойкость. Он только ругается сильнее — вот и весь результат. Информацию мы смогли получить только из наших архивов.
— А что ваши способности, Иноичи-сан? — пыхнул Хогаке.
— Они тоже пасуют, Хокаге-сама. — скривился глава Яманака. — Такое ощущение, что я пытаюсь проникнуть в болото, затянутое тиной. Нет четких мыслей, образов, да даже желаний нет. При таком состоянии он должен быть овощем. Но он прекрасно себя чувствует и ведет вполне осознанно. Мы с таким еще не сталкивались.
— Понятно. Есть еще что добавить главе Корня? Неужели нет никакой информации, о нем? Где пропадал и чем занимался? А что удалось узнать по его технике?
— Да, Хокаге-сама. Благодаря представителям Полиции, удалось узнать, что применяемая способность — не совсем техника. Но и геномом не является. Хотя на коже появляются символы и раскраска черно-белого цвета, но и саннином он не является.
— При нем был какой-либо медальон или подвеска? — резко спросил Нара.
— Да. Была подвеска с медальоном, но ни одному клану или поселению шиноби она не принадлежит.
— Она при вас, Шимура-сан?
— Нет. — она среди прочих улик в штаб-квартире АНБУ. Но я прекрасно ее помню — это перевернутый треугольник, вписанный в круг. Вам знаком этот символ?
— Да и это проблемно. Очень плохо, что Джашин начал свою игру. Чтобы вы понимали, проясню основные моменты. Джашин — бог страха и ненависти. Еще во времена клановых войн его адептов уничтожали везде, где встретят. Даже были союзы кланов ради истребления этой нечисти. Согласно записям в хрониках Нара, последний оплот Джашина был уничтожен за пять лет до строительства Конохи. Были еще пара моментов после, когда подозрения падали на них, но подтверждений не было найдено.
Теперь, что касается адептов. У них не так много приемов и ритуалов, но все они нацелены на причинение жертве боли и страха. Если младшие адепты мало что могут противопоставить даже среднему чуунину, то сильнейших не одолеет и отряд джонинов. Разве что уважаемые саннины и джонины уровня Каге. А все потому, что благодаря жертвам и многочисленным ритуалам они обретают благословение Джашина. Это дает им бессмертие. Смертельные раны, даже отрезание головы для них не смертельны. Чтобы убить их — требуется разорвать их связь с богом. Раньше это делали Узумаки и Ооцуцуки. Они накладывали специальные печати и адепт умирал. Это в принципе все, что было указано в хрониках
— У вас остались описание ритуалов, печатей или хоть что-то более подробное с тех времен?
— Нет, Хокаге-сама. Ничего — только описание в виде историй и легенд. Ни картинок, ни схем.
Хирузен переглянулся с Данзо. Это нужно взять на заметку. Нужно поряться в архивах времен клановых войн. Да и от основателей должно было что-то остаться. А друг заглянет в «наследство» Узушио — эти печатники должны были так же вести записи. А им достаточно будет и ниточки, чтобы потянуть…
— Благодарю, Нара-сан. Что же, тогда предлагаю пока не сможем решить проблему нунекина, его тело разделить и зарыть в одном из хранилищ АНБУ, предварительно опечатав. Следующий вопрос не менее важен — что с джинчуурики?
— Никаких следов. Преследовавшая его команда клянется, что он просто пропал в воздухе вместе с одним из чуунинов, что его удерживал. Из-за схватки с нунекином я не смог лично принять участия в его поимке, а посланные вдогонку команды АНБУ не успели добраться вовремя — его уже не было. Я полагаю, что имеет место хорошо сработанная операция похищения. Тот шиноби в клинике специально раскрыл себя и отвлек внимание, в то время как сообщники похитили джинчуурики. Возможно применялась еще какая-то из техник Джашина, о которой мы не знаем.
— Благодарю за доклад, Като-сан. Вы все понимаете, что означает для нашей деревни исчезновение Наруто. Потому запрещаю разглашать информацию о его пропаже. Для всех прочих он по прежнему находится в клинике под охраной после нападения. Данзо — за тобой проработка легенды, охрана и поиск замены. Возможно получится еще поймать рыбку на живца. Кланы попрошу удвоить бдительность. Не хватало нам еще соседей, решивших проверить нашу слабину в такой момент. Джирайя, отвлекись, пожалуйста, от своих мемуаров. Тебе предлагаю проследить путь джинчуурики — может призывом ты узнаешь больше. Возьмешь с собой Какаши. В связи с происшествием твоя разведка в стране Дождя пока откладывается. Этим займутся пара команд Като-сана. Сообщишь ему все необходимое после совещания. На этом предлагаю совещание закончить.