Рита. Вторая часть

- Возьмите, пожалуйста, - сказала она бархатным голоском, - передайте Валентину Ивановичу. А я пошла на Кравченко. Мне будут звонить. Так много дел.

- Вы не сказали, что с Сергеем Николаевичем.

- Он был на даче. Случился пожар, он немного угорел, а потом на морозе переохладился. Сейчас в Сестрорецкой больнице. Уже идет на поправку.

- О! Наш бедный Сергей Николаевич. Вы знаете, он так много нам сделал.

- Знаю. Он ваш добрый ангел-хранитель.

- А ваш?

- А наш партнер. Очень хороший партнер. С ним славно работается.

Рита улыбнулась Валентине Михайловне на прощанье, приоткрыла дверь в кабинет и попрощалась с Валентином Ивановичем. Если бы она могла, то послала бы ему воздушный поцелуй. Тут уж, его жена не выдержала бы, кинулась бы на неё с кулаками. Рита вышла на лестничную площадку и тихо рассмеялась, лишь бы не услышали Валечки. Сегодня она может отдохнуть, а завтра надо продолжить обольщение Валентина Ивановича. Если бы Рита знала, что случится завтра, она бы не отдыхала сегодня. Но что она могла бы изменить? Одно дело - вызвать страсти наверх, другое остановить их. Не каждому это под силу. Рита прогулялась по проспекту Вернадского до метро, потом решила съездить на Красную площадь. Когда она там появилась, из Храма Иконы Казанской Богоматери выходили люди после службы. Она слилась с толпой, но направилась внутрь. Церковь была красивая, но не большая, просто удивительно, как там все помещались, подумала Рита, прикинув количество людей и помещение за притвором у иконостаса и алтаря. Она прошлась по храму по периметру, остановилась перед иконостасом, поклонилась и перекрестилась. Молитву "Отче наш" она знала наизусть. Когда в книгах французского Общества Братство Белого Креста она обнаружила эту молитву, она прониклась верой в благое влияние этой молитвы. Что это был тактический ход Общества для православных? Если это так, то ход был очень верный. Рита купила свечку, зажгла её и поставила на подставку с самыми хорошими пожеланиями. Среди её пожеланий было и выздоровление Сергея Николаевича. Полтергейст вызвал пожар или несчастный случай, но Рита хотела, чтобы история с ним закончилась к общему удовольствию. Жаль, что рядом нет папы, он подсказал бы, что делать, чтобы бороться со своими темными сторонами, с колдовскими силами. Рита вышла на площадь, легкий мороз уже доставал её сквозь пальто. Надо походить по магазинам, даже что-нибудь купить и поехать на Кравченко, приготовить обед. Продуктов вчера она накупила достаточно, как будто приготовилась к долгому пребыванию здесь.

Уже вечером, начитавшись новой книги Общества, она позвонила Валентину Ивановичу, сообщила, что придет завтра в 14 часов, пожелала спокойной ночи. По его голосу определила радостные нотки в его голосе и, удовлетворенная успехом своих действий, положила трубку. Валентину Михайловну она демонстративно игнорировала, что и вызвало бурю в душе несчастной пожилой женщины.

На следующий день Рита долго и тщательно приводила себя в порядок, надо воспользоваться прекрасными условиями в этой московской квартирке, чтобы выглядеть по-прежнему сногсшибательно. Маленькая ванная - это её салон красоты, где она париться, моется и делает маски и массаж. Потом легкий макияж, прическа из высушенных и небрежно взлохмаченных коротких волос и новая одежда. Черная юбка, удлиненная и спиралью закрученная от талии вниз, блузка из зеленых и черных клиньев, с галстуком, повязанным пышным бантом, нитка бусиков из зеленных камней, серьги с мелкими зеленными камешками, нанизанными на серебряные цепочки, свисающими из мочек ушей почти до плеч.

- Отлично, - сказала Рита, удовлетворенная осмотром себя в зеркало. - Теперь можно двигать к старичкам.

Когда она вошла во двор, то первое, что увидела это машины скорой помощи и милицейскую. Она ускорила шаг и вовремя, потому что из дверей вывели Валентину Михайловну, запеленатую в смирительную рубашку, изо рта у неё стекала струйка слюней, она невнятно пыталась возражать, а временами кричать, что всех проклинает, что их всех сожжет гнев Господен. Но никто не смеялся над её угрозами, все, наоборот, были очень озабоченны, на лице у неё были царапины, а волосы всклочены. Рита посмотрела на её ноги. Слава Богу, подумала она, сапоги ей надели. Санитары в сопровождении милиционера осторожно поместили её в машину скорой помощи. Они все расселись по машинам, захлопнулись двери, машины развернулись и уехали. Для кого же исполнился гнев Господен? Подумала Рита, но в мыслях не было злорадности, так, подведение итогов фактам.

Рита быстро поднялась на второй этаж, дверь была открыта, слышался плач девушки. Лена стояла в прихожей и плакала, прижавшись лицом к своему пальто. Как бы она не бросила своих опекунов, с беспокойством подумала Рита. Она обхватила Лену за плечи, повела в гостиную. Там на диване лежал Валентин Иванович. Форточка была открыта и свежий воздух, вливаясь в комнату, раскачивал хрустальные подвести и маленькие колокольчики, подвешенные над форточкой. Рита улыбнулась, такие подвески вешают, чтобы отогнать злых духов. Настоящее идолопоклонничество. Она подошла к Валентину Ивановичу. Лицо его было исцарапано, под левым глазом темнел синяк. Но выглядел он не плохо. Услышав шаги, открыл глаза.

- Рита! Здравствуйте. Как хорошо, что вы пришли.

- Что случилось?

- У Валентины инсульт, она съехала на этой почве с катушек. Извините за выражение. Её увезли в больницу. Она набросилась на меня утром, увидев, что я ночевал в кабинете. У меня было много работы, я не хотел её беспокоить. И вот, что получилось. Лена стала её оттаскивать, а я оборонялся и слегка поцарапал её тоже.

Валентин Иванович вздохнул, но в его голосе не было жалоб, скорее облегчение, что всё так получилось, что теперь он на какое-то время свободен. А может быть, полная свобода не заставит себя ждать. Тогда он может всерьез поговорить с Ритой. Они смогут пожениться. Валентин Иванович повернулся к Рите, как всегда - обворожительна. Рита подала пальто Лене.

- Повесь, пожалуйста, на вешалку. Принеси лед из холодильника, полечим немного Валентина Ивановича.

- Врач скорой помазал мне царапины йодом. Уже не больно.

- Но небольшой холод не повредит.

Рита посадила Лену рядом с Валентином Ивановичем. Та стала прикладывать льдинки, взятые из холодильника к синяку и царапинам.

- Не давай таять, почаще меняй. Потом я скажу, что еще сделать.

Рита подвинула стул к дивану и села.

- Рита, что мне делать? Я не могу перед нашими представителями по распространению книг показаться в таком виде. Что они о нас подумают? Наш вид и жизнь должны носить безупречный характер. Владелец Общества в свое время так и сказал, что мы с женой понравились ему своим благоразумием и отличным подходом к жизни и религии. Болезнь Валентины надо держать в тайне. Тем более нападение на меня. Я всем, кто будет приходить, скажу, что она уехала в санаторий поправить здоровье и отдохнуть. В конце концов, нам по 70 лет. За три года мы имеем право отдохнуть. Нас пригласили в январе в Канаду к представителям Общества. Обещали бесплатное пребывание там. От нас требуется оформление визы и проезд туда и обратно за наш счет. Но теперь всё отменяется. Валентина заболела, а один я не могу полететь.

- Почему один?

Рита посмотрела на Лену.

- Лена, достаточно. Больше не надо льда. Можете идти.

- Валентин Иванович, я могу полететь с вами. Скажете, что я ваш работник. Это так и есть.

- Прекрасно. Рита, а как же отчет? Годовой?

- Годовой отчет сдается до 30 марта 1997 года. Когда мы вернемся, тогда я и сдам.

- Господи, вы меня успокоили. Наверное, мои молитвы были услышаны, и вы пришли к нам в нужный час.