Страница 48 из 109
- Тогда нам надо и сам люфтмобиль посмотреть. - хмыкнула Жюстина. - И это что, единственная наша зацепка?
- Не единственная. - ответил я. - Но знаешь... кажется, мне надо поговорить с Ямагатой.
- Если поймаешь. - пожала плечами Фудзисаки. - Кто за штурвалом?
Я призадумался. Мы уже дошли до середины площади, и за время нашего отсутствия оцепление ничуть не уменьшилось в размерах. Скорее наоборот.
- Моя очередь. - ответил я и пошёл дальше.
Мы забрались в машину, переключив прозрачность у лобового стекла обратно, и я запустил турбину, оставив её выходить на режим. Побарабанил пальцами по штурвалу -- чёрному с серебряным и с синим шилдиком "Кордонье" наверху. Фудзисаки тем временем устроилась поудобнее на переднем сидении.
- Посмотри-ка. - вдруг сказала она, и я поднял глаза от штурвала.
На площадь опускался люфтмобиль. Работающий подъёмный вентилятор разгонял во все стороны волны горячего воздуха и пыли. Он был достаточно низко, чтобы я мог разглядеть характерные обводы корпуса и шильдик на носу -- точь-в-точь такой же, как на штурвале "Муракумо". Тоже машина "Кордонье", но более новая модель - "Накацукаса", медно-рыжая, блестящая даже под пасмурным небом Титана-Орбитального.
Хорошая машина, про себя добавил я. Тем необычнее, что она садилась прямо посреди площади.
"Накацукаса" выставила шасси и, качнувшись, опустилась на них; вихри, поднимаемые вентилятором, улеглись, и дверца салона откинулась вверх.
Наружу из салона показалась женщина в длинном чёрном плаще: высокая, длинноногая, с чёрными волосами, спадавшими на спину. Она выпрямилась, обернулась, и я обомлел.
На меня смотрели золотые глаза той незнакомки, что окликнула меня два дня назад, в Порту. Вздрогнули и замерли пряди, обрамлявшие лицо.
- Штайнер? - спросила Фудзисаки. - Что-то не так?
Золотые глаза пристально смотрели на меня -- словно их обладательница точно знала, где я: в обыкновенном полицейском люфтмобиле, за тонированным стеклом... Наконец, незнакомка отвернулась и зашагала к полицейскому оцеплению; плащ рванулся за её спиной, точь-в-точь, как и мой собственный. К моему удивлению, патрульные расступились перед ней, и незнакомка прошла внутрь оцепления, ко Дворцу. Шеренга патрульных сомкнулась за её спиной.
- Штайнер? - повторила Фудзисаки.
Я помотал головой. Кто она? Почему её так просто впустили за оцепление?
И откуда ей было знать, что я здесь?
- ...Ничего. - пробормотал я, прекрасно осознавая, как фальшиво это звучит. - Полетели.
Фудзисаки пристально посмотрела на меня, но не проронила ни слова.
***
- Штайнер? - наконец ответила на вызов Ямагата; до этого мне пришлось прождать несколько минут. В приличном обществе это было бы неслыханным faux pas, но мы, к счастью, были не в приличном обществе. - В чём дело?
- Привет, Тиэко. - укоризненно произнёс я. - Я не отвлекаю?
- Отвлекаешь. - сухо сказала Ямагата. Я нахмурился: чем это Ямагата могла быть настолько занята, что не могла даже прерваться поговорить? Обычно она так делает постоянно. - Чего тебе?
- Твоей помощи. - сухо ответил я. - Мне для расследования нужно.
- О, великие боги... - протянула Ямагата. - Не могу я. Занята. Потом поговорим.
- Чем ты так... - начал было я, но ответом мне была тишина: Ямагата уже сбросила вызов. - А, ладно.
- Что там? - спросила, обернувшись, Жюстина; пока я звонил, она облокотилась на борт "Муракумо", скрестив руки под грудью. Из левого рукава макинтоша, поблёскивая, выглядывала Линза.
- Занята, говорит. - отмахнулся я. - Настолько, что даже поговорить не может...
- Ямагата? Не может поговорить? - переспросила Фудзисаки и покачала головой. - Там Сатурн ещё не сошёл с орбиты, случаем?
- Или это что-то важное. - заметил я. - Действительно очень важное. Пошли, что ли, навестим Маршан?
- А она хоть кофе нас угостит? - поинтересовалась Фудзисаки.
- Маршан? - спросил я. - Вряд ли. Но попробовать стоит.
В подвале нас ожидал сюрприз: двое патрульных, дежуривших у дверей морга. Я удивлённо остановился на середине шага: морг, конечно, специфическое место (одна Маршан чего стоит!), но не настолько же, чтобы выставлять у него охрану!
- Это что-то новенькое. - пробормотала Фудзисаки.
- Сейчас узнаем. - пообещал я и двинулся к патрульным. Те слегка обернулись в мою сторону. Я двинул рукой, извлекая из рукава Линзу.
К моему удивлению, они не обратили на неё внимания.
- Инспектор Штайнер! - представился я, чуть повысив голос. - Что здесь произошло?
- Прошу прощения, господин инспектор, - ровным голосом произнесла одна из патрульных, - но доступ в морг запрещён всем, кроме непосредственно работников морга.
- Почему? - повторил я. - Что произошло?
- Я не уполномочена сообщать детали. - всё так же ровно произнесла она. Я шагнул вперед, к дверям; патрульные сдвинулись, загородив мне дорогу.
Это было уже нечто из ряда вон выходящее.
- Послушайте, сержант, - стараясь говорить как можно спокойнее, произнёс я. Бросил взгляд на погоны патрульной -- старший сержант, почти угадал. - У нас расследование. Там лежат трупы, относящиеся к расследованию. Мы можем войти?
- Прошу прощения, господин инспектор, - повторила сержант, - но доступ в морг запрещён.
- Да всех богов ради, позовите инспектора Маршан, если уж вы мне не верите! - не выдержал я.
- Прошу прощения, - в третий раз повторила патрульная, - но я не имею права покидать свой пост. Я также не имею права пропускать кого-либо, кроме работников морга.
- Да почему? - потребовал я.
- У меня приказ. - ответила сержант и замолчала. Я в замешательстве отступил на шаг. Что они сторожат, труп гайдзина? Но тогда не было бы причин никого не впускать, в Цитадель и пройти-то нельзя без удостоверения... или хотя бы пропуска...
Я похолодел. Они сторожат труп Сэкигахары. И Вишневецкой, заодно: это единственное объяснение. Но почему?
Оцепление вокруг Дворца собраний -- со щитами, шлемами и слезоточивым газом, только что бронетехнику не пригнали. А теперь -- здесь. Создавалось впечатление, будто бы кто-то наверху (Мэгурэ?) ни с того, ни с сего начали принимать дело Вишневецкой -- Вишневецкой-Сэкигахары -- всерьёз.
Почему? Что случилось?
- Штайнер? - окликнул меня знакомый голос, и я обернулся: дверь в лабораторию приоткрылась, и оттуда выглянула старший криминалист Моритани. Её очки поблёскивали в свете ламп под потолком.
- Моритани? - переспросил я и развернулся на каблуках. - Замечательно! Ты, случаем, Маршан нигде не видела?
Вместо ответа Моритани уставился на меня. Я недоумённо моргнул и переглянулся с Фудзисаки; она с удивлённым видом помотала головой. Было впечатление, что мы единственные не понимаем чего-то.