Страница 38 из 109
Должно быть, это что-то важное.
- Штайнер! - громко воскликнула Ямагата, стоило мне снять трубку; я поморщился. - Ты не спишь? Я тебя не отвлекаю?
- На часы посмотри, - буркнул я, - восемь вечера всего... Не отвлекаешь. Что там у тебя?
- И нечего грубить. - заявила она. - Помнишь, мы тут копии записей с камер в архивах искали, да?
- Помню. Погоди, - удивлённо сказал я, - вы что, что-то нашли?
- А ты как думаешь? - фыркнула Ямагата. - Запись с телескопов терминала Уэно. Вечером пятнадцатого. Тебе ещё интересно?
- Шутишь. - пробормотал я; это было очень интересно. - Там много?
- Специально для тебя пятнадцать минут вырезала. Всё равно больше не пролезет, только флешкой нести.
- Что там?
- Сюрприз. - довольно заявила Ямагата.
Я призадумался.
- Давай её сюда. - сказал я. - И вот ещё. Помнишь, ты упоминала что-то про взломанный банкомат?
- Помню... - протянула Ямагата. - Три дня назад взломали и обчистили, выгребли где-то миллион марок наличными; больше там не было...
- А где он был? - спросил я. - Банкомат?
- Дай вспомню... на Арсено, возле конечной трамвая номер три, - ответила Ямагата, подумав самую малость. - А что с ним тебя так интересует?
- Да так, - сказал я, - просто вспомнилось... И, Тиэко, ещё раз спасибо. Что бы я без тебя делал?
- Да что бы вы все без меня делали? - хмыкнула она. - Держи!
Передо мной мелькнула иконка нового файла, и я отбросил её к столу. Стол тут же мигнул другой иконкой -- файл загружен и дожидается своей участи.
- Получил. - подтвердил я. - Спасибо.
- Спокойной ночи! - хихикнула Ямагата и отключилась. Я покачал головой -- восемь вечера всего, куда уж тут "спокойной ночи"?! -- и развернул полученную видеозапись на весь экран.
На экране раскинулась панорама терминала Уэно, снятая с нескольких камер под потолком; камеры смотрели прямо на галерею стыковочного узла номер четыре -- У-4, как сообщал висящий под потолком указатель. Как и вчера, когда мы были тут вдвоём с Еремеевым, иллюминаторы галереи были закрыты ставнями. Шлюз стыковочного коридора не подавал признаков жизни. Табло всё так же горело красным.
Отметка в углу экрана показывала 23:30. Я включил запись.
Поначалу ничего не происходило. Была ночь; в терминале было выключено основное освещение, и аварийные лампы скрывали стыковочную галерею в полумраке. На камерах были видны круги света вдоль стен терминала, где работали лампы -- и сумерки сразу за их пределами.
Панорамный обзор не давал мне разглядеть, что происходило в основной части терминала -- но было похоже, что и там не было людей, как здесь. Порт сильно автоматизирован, несмотря на весь обслуживающий персонал: даже вчера днём мы повстречали в терминале нескольких космонавтов и кое-кого из обслуги... и всё.
Ночью не было вообще никого. Даже "Синевир", судя по времени, должен был прибыть ещё двадцать минут назад. Терминал пустовал. Я отпил из чашки и покосился на время в углу записи -- 23:35.
Ничего не происходило. Я вздохнул и допил остатки чая, продолжая смотреть. Прошло ещё шесть минут, но изображение на записи не изменилось -- всё так же мигали индикаторы у шлюза, так же мерцал указатель под потолком, а аварийные лампы отбрасывали на пол и стены терминала круги света.
И один из этих кругов разрезала тень.
Я уставился в экран, глядя, как в поле зрения камер выходит одинокая человеческая фигура. Наполовину скрытая тенями, она, прошла по терминалу к стыковочной галерее, минуя несколько аварийных ламп. Она вышла в центр галереи, встав на свету нескольких ламп, и я понял, что ошибался.
Фигура принадлежала мужчине. Это было очевидно по ширине плеч и бёдер: неизвестный был худощав, почти как я, но спутать его с женщиной было никак невозможно.
Он прошёл к шлюзу, протянул руку к панели управления, и панель ожила -- без протестов или сообщений о несанкционированном доступе. Я внимательно следил, как пальцы неизвестного, облачённые в что-то вроде перчатки, бегали по волюметрической панели, как вдруг запись вздрогнула -- по-видимому, вместе со всем терминалом. Несколькими секундами позже люк шлюза отошёл в сторону и распахнулся настежь; один из индикаторов загорелся зелёным.
Фигура неизвестного обернулась к камерам и протянула к ним руку. Запись оборвалась. Я глянул на отметку внизу экрана: цифры показывали 23:45.
Я отмотал назад и остановил запись.
Неизвестный стоял перед камерой, развернувшись к ней лицом -- но его лицо скрывал шлем, странно маленький для скафандра, с опущенным непрозрачным забралом. Жёсткий воротник, с которым соединялся шлем, казался матовым в свете аварийных ламп; плечи неизвестного скрывали серые пластины, будто наплечники. На нём было что-то вроде бронескафандра, но меня не покидало ощущение, что для бронескафандра этот костюм был слишком мал.
Я отпустил запись -- человек поднял руку, указывая ей на камеры -- и остановил снова. Приблизил изображение, чтобы неизвестная фигура занимала почти весь экран, и заметил отблеск на продолговатом предмете, висевшем у неизвестного на поясе.
Как будто на гарде и навершии меча.
Запись оборвалась. Я откинулся на спинку стула.
Таинственный убийца был у меня перед глазами.
День третий
Звонок грубо вырвал меня из объятий сна, в которых я откровенно нежился, да так, что от неожиданности я вскочил на постели, отбросив одеяло. Внутренние часы показывали 7:50; сквозь задёрнутые шторы едва-едва пробивался cлабый утренний свет люминёра.
Какая, черти бы её побрали, сволочь звонит мне в восемь утра?!
- Штайнер! - зарычал я, принимая вызов. - Что за чёрт возьми?!
- Убийство. - ответил мне неожиданно серьёзный голос Фудзисаки. - В штабе Конституционной партии.
- И каким боком тут мы?
- Жертву зарезали виброклинком. Точно так же, как Вишневецкую.
Я оторопел. Виброклинком? Точно так же?..
- Жди меня там. - наконец выговорил я. - Скоро буду.
- Штайнер, что-то случилось? - в голосе Фудзисаки послышалось беспокойство.
- Ничего. - отмахнулся я, спуская ноги с постели. - Потом расскажу.
Одевался я с поразительной быстротой. Надев кобуру и застегнув браслет Линзы на левом запястье, я торопливо расчесался, -- остатки вчерашней завивки за ночь превратились в ужасающее зрелище, -- набросил плащ, обулся и почти бегом выбежал из квартиры. Спустился на лифте в гараж, мимоходом поздоровавшись с попутчицей, забрался в прокатный "Монаро", запустил турбину и подал машину вперёд, на стартовую площадку.