Страница 23 из 88
Итан смотрел сериал и отмечал, что там накрутили, чего быть не может и где введены понятия иномирян. Даже здесь, даже в пересказе не свершенного на планете, даже в этих историях след иномирян отслеживается очень четко. Котята, подростки и те, у кого слабое понимание и зависимость от сильного, они смотрят все это и верят. Аравель тому пример. Он с первой серии сказал, что омега, наверное, очень несчастен, ведь никто не смог его рассмотреть. Итан тогда ему объяснил, что рожденную омегу видно сразу. Еще будучи в колыбели, внутри тела родителя, омега уже ощущается иначе. Так что не заметить его не могли. Даже эльвирсы, эти редкие боевые омеги, даже они источают в течение двух недель после рождения аромат омеги. А рядом с сильным альфой ипостась приобретает свои очертания, даже если этот альфа его отец.
В сегодняшней серии был сюжет про очередное странное расследование, где этот самый полицейский, что так нравится Аравелю, идет по следу, пытается справиться с приступом и ранит в итоге напарника. Под конец серии Аравель явственно напрягся, вокруг него был выведен щит, и он шипел на идиота напарника, посчитавшего его опасным и, с его подачи главного героя отстранили от расследования, хотя именно он, по мнению Аравеля, именно он будет тем, кто поймает за хвост этого изворотливого эфемерного омегу!
- Аравелька, прекрати меня бить. - Ласково попросил Итан.
Аравель повернулся, вперив свои багровые глазищи в отца и моментально стушевался.
- Извини. - Повинился он, опуская голову.
- Ничего. - Итан притянул его к своей груди и погладил по голове. - Мне пришло письмо, с завтрашнего дня я буду тебя учить управлять твоими ментальными силами.
- Завтра? - Аравель отстранился и посмотрел уже своими янтарными глазами в глаза отца, в эти добрые и родные глаза, что вселяют в него уверенность и надежду, что все будет хорошо.
- Да. - Итан вывел на браслете режим чтения и показал письмо в интерактивной плоскости.
Аравель вчитался в строчки, непонимающе посмотрел на отца.
- Я уже позвонил по адресу, мне сказали, что нам будет выделена большая комната, не стесняющая маневры и только для нас.
- Почему?
- Потому что у твоих запасов сил и их объема нет определяемой категории. - Улыбнулся отец. - И, судя по всему, они хотят изучать твои успехи, а если я буду учить тебя за городом на нашем месте, то они ничего не получат, только результат.
- Но это же в городе… люди же…
- Аравель, - Итан убрал письмо и притянул его к себе обняв за плечи. - Не забывай, я не только тебе отец, но еще и ментальный наставник. Не смогли они найти такого сильного, что бы тебя укротил. Помнишь, что я тебе рассказывал? Что случилось с куратором, который должен был быть твоим наставником?
- Помню.
- Вот и подумай теперь, кого ты сумеешь подпустить к себе в ментальные учителя.
- Никого. - Покачал головой Аравель. - Никого, кроме тебя не подпущу!
- Вот и ответ на твой вопрос. Я буду обучать тебя на их территории, а все остальное тебя волновать не должно. Ты полноценный гражданин, у тебя внекатегорийный запас сил, а я твоя защита. Вот и все.
Аравель с трудом убирал щит, контролировал его и с силой атаковал. Первая же атака разнесла манекены из тряпок. Созерцающие за обучением беты поежились. Управлять своими силами ребенок явно не мог. Причины этому были: зверь сопротивлялся. Ведь использование ментальной силы, это дергание его за хвост, ибо уши, равно как и голову, он еще прячет. Вот и получается, что кошак выбрасывает львиную долю сил, а физическая оболочка не может удерживать ее в руках дольше трех секунд и выдает общим скопом.
Постепенно Итан научил его дозировать, откладывать в определенный слой запасы сил, наращивать или истончать щит, убирать его совсем. Потом он научил его выводить щит частями, только на руки или перебрасывать его на определенную цель. Аравель осваивал это с трудом, нехотя и со скрипом. Ему бывало даже больно от переизбытка сил.
Два года они вели тренировки, защиту и сдерживание. В школе Аравель явно вышел в другую категорию детей. Достающий его ранее альфа просто смазался на фоне новых знакомых и нередко старше на два-три года. Эти мальчишки ощущали его силу, любопытничали кто он по определению пола, незримо для него дрались и никогда не стремились разделить его и Элева. Этот альфенок был силен и был единственным хорошим другом Аравеля. Однажды кто-то из новых знакомых решил, что он лучше Элева. Была драка. Аравель бил его до тех пор, пока прибежавший Элев не оттащил его, шипевшего и рычавшего, выпустившего когти и зубы, бьющего по земле хвостом, говоря на ухо, что хватит с идиота. Потом было разбирательство. Девять кураторов прибыли незамедлительно. Итан в тот день был очень обеспокоен и прибыл в школу фактически через двадцать минут после начала свары.
Вошедшие кураторы застали картину маслом: Итан успокаивает сына, рядом врач, приводящий в сознание его противника, а вокруг друзья и учителя. В ту же секунду, как один из кураторов попытался считать с атмосферы причины, Аравель атаковал его. И атаковал со всей силы, что Итану пришлось дернуть его так, что сын заскулил от обиды.
Девять кураторов с пониманием отнеслись к поступку Итана, ведь Аравель вложил в атаку, коей еще не умеет пользоваться в полной мере и хорошим контролем, все свои силы. Итан защищал не только кураторов и окружающих, но и сына. Его в первую очередь.
После этого случая Итан начал учить его атакам и контролю, дозировке, отложной атаке и стилю боя. В школе более к Аравелю не приближались те, кто был ниже первой категории, но и они были предельно осторожны. Элев был единственным, кто был допущен в ближний круг общения.
Итан работал, как и прежде, но уже с большими послаблениями в плане прижатого бюджета. Ему оставалось еще три месяца и все, квартира выкуплена. Не будь того случая с Рульфи, и он платил бы еще девять лет. Дело в том, что после того инцидента состоялся суд, куда кумару не нужно было приходить. Все доказательства неправомерных действий взрослого лояльного по отношению к несовершеннолетнему лояльному были на руках у куратора. Через два месяца на счет Итана "упала" внушительная сумма. К ней было письмо, официальное от органов правосудия. В письме говорилось, что эти средства были размером того штрафа, определенного в ходе разбирательства над делом Аравеля и его травмы, что обязали Рульфи выплатить его единовременно и полной суммой не дробя.
В тот день решилась можно сказать глобальная проблема - Итан все пустил на уплату долга за выкуп дома. Из-за статуса он не мог ранее использовать большие суммы, даже на счету своего сына, но эти деньги имели приписку "не ограничено статусом", что автоматом давало право использовать их как хочется. Ну он и использовал. С перечисленной суммой ежемесячный долг упал на половину, что давало больше воздуха.
Итан посчитал, что если он будет и дальше оплачивать теми же суммами, как и раньше, то выплатит все за два года и три месяца, а если будет платить по сниженной ставке, то все одиннадцать лет. Весы качнули в сторону уменьшенного варианта и двух лет жесткой экономии. И вот теперь три выплаты и все.
Аравель, ему уже пятнадцать, почти закончил школу. На него заглядываются, слюну пускают, но не подходят. Красавчик, строен с красивой фигуркой, плоским животом и длинными ногами, играючи осматривал окружающий его мир. Его янтарные глаза, сейчас более насыщенные и имеют легкий оттенок багровой глубины вокруг зрачка, заставляют ежиться под своим напором. Волосы Аравель всегда носил длинными, до лопаток и держал строго в хвосте. Любил бегать, заниматься спортом и умеючи крутить всеми, если чего-то хотел. Элев был первым на очереди использования и нисколько этому не противился. Наоборот нарывался на использование.
Итан видел его, своего сына, и сравнивал с родителем. Арман был таким же, но более наглым. Аравель же имел ту каплю благоразумия, которую отец сумел вбить в его головенку. А вот с характером ему ничего сделать не удалось, а наоборот только укрепить его. Итан воспитывал его альфой. И он был целиком и полностью его копией - не сдаваться, не плакать, не отступать!