Страница 19 из 88
- Право на лечение принято. Самаркан, можете продолжать, до полного восстановления травмы.
Итан только кивнул, продолжил мурлыкать и зализывать рубцующиеся ранки. Минут шесть все люди, кто был в сознании, смотрели и слушали процесс лечения.
За спиной послышался слабый стон. Рульфи открыл глаза, медленно попытался сесть. Потом ошалело осмотрелся и заметил зверя, рядом офицера и вообще кровь вскипела.
- Арестуйте его! Он атаковал меня! Посмел принять личину зверя в городе!
Визг подскочившего на ноги беты был слышен аж на первом этаже школы. В этот же момент в кабинет вошел человек в униформе куратора представителя ведомства по опеке детей. Зашел и поморщился. Аравель зарычал, резко вскинул голову и оскалил выступившие зубы. Он со всей силы долбанул своего обидчика, вскочил и пошел на него, шипя, выпуская когти и хвост. Это был белоснежный тонкий и очень длинный хвост с шерстью - масть стекло - вставшей дыбом.
- Аравель! - Итан перетек и повернулся на коленях, перехватил его за талию и дернул на себя. - Нельзя! - вялым голосом произнес отец. - Сильные слабых не атакуют, они защищают их, даже если те неразумные.
- ОН РАНИЛ ТЕБЯ! - зашипел Аравель ощерив пасть, а Рульфи заскулил, сворачиваясь в клубок.
За столом директор и учитель с охранником, вскинули общий щит защиты, фактически вдавленный в них. За Аравелем, за его отцом, что тянул его на себя, аж присел офицер, выставив сильнейший из своих щитов и то, словно всеми ветрами продуваем силой ребенка. Куратор лишь поморщился, вывел свой щит и отделил офицера, который был явно простым бетой, скорее всего третьего класса силы, от давящего ощущения атаки.
- Аравель, - мягко позвал Итан, - Аравель, он не сможет причинить кумару вреда. Слишком слаб. Малыш, вернись ко мне, прошу тебя. Вспомни, чему я тебя учил - сильные не обижают слабых, даже если слабые скалят зубы. Они просто боятся силу. - Итан с силой приложил ладонь к лицу Аравеля, закрывая его глаза и заставляя слушать себя. - Вернись ко мне, прошу тебя.
Пузырь силы моментально схлынул и все находившиеся в кабинете люди выдохнули с облегчением. Рульфи захныкал, отходя от волнообразных фантомных ударов, и больше делал вид, как ему плохо, нежели было на самом деле. Минута, никто к "пострадавшему" не кинулся и не стал над ним хлопотать. Другая минута и Рульфи медленно встал, отряхнул свои брюки, с опаской посмотрел на Аравеля, обнимаемого отцом.
- Итак, как я полагаю, - куратор осмотрел кабинет, - вы мистер Рульфи?
- Да, - бета посмотрел на куратора и в его глазах злорадно блестел огонек.
- Господин директор, чей ментальный хлыст был активирован в вашем кабинете?
Директор сглотнул, побледнел, покосился на бету и медленно проговорил:
- Господин Рульфи использовал силу.
- Причина? - куратор осмотрел кабинет, втянул носом воздух.
- Детская ссора, травма сына мистера Рульфи. Он был не сдержан, а еще взвинчен таким известием. К тому же видел раны сына… - промямлил директор.
- И, - куратор недобро усмехнулся, - посмел использовать атакующий хлыст второй категории силы, в здании, где на данный момент этажом ниже сидят более двадцати детей? Да еще, судя по ментальному слепку, что я тут ощущаю, - он посмотрел на кумара и его сына, - умудрился ранить ребенка до кости.
- Я защищался от лжи, что эти нелояльные тут плели против моего сына! - рыкнул Рульфи.
- Извините сэр, - куратор покачал головой, - Аравель Самаркан лояльный гражданин, а Итан Самаркан его отец и официальный единственный опекун. Вы напали на лояльного несовершеннолетнего. И более того, - он достал телефон, - ваш хлыст пробил ментальный барьер и это еще чудо, что учитель был фактически на линии удара. Отойди он на метр, и вы бы ранили еще как минимум шестерых детей.
- Вы говорите нелепицу! - выдал Рульфи. - Я прекрасно управляюсь со своим хлыстом! Никого он не мог ранить и не ранил! Эти, - словно плюнул слова в сторону Итана и Аравеля, он передернул плечами, - оболгали моего сына, искалечили его!
- Мистер Рульфи, - куратор покачал головой, - судя по вашему поведению, вы не раскаиваетесь за свое нападение на несовершеннолетнего лоялизованного?
- Да какой он…
- Вы не понимаете, - куратор улыбнулся ледяной улыбкой, - Аравель Самаркан внекатегорийный менталист первой физической силы. Судя по вашему поведению, вы собрались лишить Итана Самаркана родительского права воспитывать сына, так?
- Да. - Зашипел бета.
- Зря вы так. - Куратор покачал головой. - К сожалению, в стране нет ни одного менталиста равного потенциалу Аравеля Самаркана и, - он спокойно посмотрел на подрагивающего мальчика, - как вы неправильно поняли ситуацию - Итан Самаркан боевая особь и его статус равен вашему, так что вы напали на равных себе по статусу.
- Что за чушь?
- Эту чушь вам объяснит ваш адвокат. Я имею все основания подать на вас в суд, на основании вашего нападения на несовершеннолетнего лояльного и его опекуна, ментального учителя.
- Что?! - Рульфи аж рот раскрыл.
Итан медленно встал, посмотрел на куратора.
- Извините, но мы можем уйти? - альфа осторожно поднял сына на руки, пытаясь прижать его к себе сильнее, даруя круг защиты из своих рук.
- Да. Мистер Самаркан, - куратор осмотрел его бледное лицо, - покажитесь врачу.
- Не нужно. - Итан улыбнулся, - кумары не получают шрамов.
Они вышли.
Итан вышел из школы, ощущая всем телом озноб. Его ранили. Сильно. Спину пекло. Придется просить кого-то сделать ему дезинфекцию. Аравеля просить он не будет. Хватит с него крови. Прижав его головенку к плечу сильнее, продолжая мурлыкать, Итан сел в автобус и через пару остановок был в своем квартале. Как на него смотрели пассажиры в автобусе он старался не думать. Его заботило состояние сына, а на все остальное плевать.
В дом он зашел едва пошатываясь. Кровь пропитала футболку, и она прилипла к спине. Аравель уснул у него на руках. Он, даже, вцепился ручонками в его куртку, словно отец мог исчезнуть в любой момент. Итан улыбнулся и пройдя в его комнату, уложив на кровать сынишку, стянул с него куртку, которую они одели на выходе из школы. Пиджак и рубашка испорчены безвозвратно. И все в крови и отчистить без последствий для ткани не реально. Опять траты. Итан вздохнул, ведь именно этот пиджак так нравился Аравелю. Он на нем так хорошо сидел…
Мысленно зашипев на суку Рульфи, Итан придирчиво осмотрел руки сына. Стянул потрепанные вещи и еще раз осмотрел руки и розовые следы от ран. Ни одного шрама, а цвет кожи уже утром сравняется со здоровой частью. Выдохнув, Итан укрыл ребенка и вышел из его комнаты, прошел в свою комнату и очень осторожно снял подранную куртку, футболку и зашел в душ. Вода хлынула сверху, как водопад по телу, распространяя мурашки. Спину мгновенно пробило болью. Раны пекло, стало покалывать и щипать, немного охлаждать, но облегчения это не принесет, наоборот станет дергать сильнее.
Кое-как помыв воспалившуюся кожу, Итан скрепя зубами, замер под струями воды. Надо прийти в себя. Боги, он был близок к срыву. Во рту аж сластило, так он жаждал разорвать обидчика своего сокровища! И, только ощущение, что Аравелю становится плохо, остановило его и заставило приложить все силы, все имеющиеся лечебные силы, дабы он знал - отец здесь и боли больше не будет.
Выключив воду, Итан вышел из душевой, накинул на плечи халат. Выдохнул, прикрыл глаза и медленно глубоко вдохнул-выдохнул. Впервые Аравель использовал такую силу и, даже невозможно поверить, это не выпило его, он мог атаковать еще сильнее. Кумар утвердительно кивнул головой показывая свой щит защиты. В ответ на его образы Итан только улыбнулся. Да, он отдал сыну все, все что мог. И да, он отдаст еще больше, сколько будет требоваться. Маленький котенок имеет зубки и коготки, его хвост длиннее чем у других детей, что ставит его в ряд сильнейших, но его зверь… Итан боялся, что он окуклится и замурует сам себя, не желая нюхать этот воздух своим черным носом, смотреть своими медовыми глазами и слушать ушками, а еще играть брачные игры с другими котами и Аравель никогда не получит потомство, ни как рождающий, ни как отец.