Страница 10 из 88
- Э-нет! - Арман покачал головой. - Я сейчас могу запросить процедуру стерилизации. Мне там же все перекроют и все, хватит залетов. В реестре семьи запишу котенка, тебя, как отца и передам его тебе. Все.
- А, - Итан облизнул губы, - если его признают полноценным? Это не будет странным, что ты отдаешь мне сына?
- Я с легкостью могу доказать, что не смогу его растить. Сам ведь знаешь случаи, когда рождающий отказывается от своего котенка из-за непереносимости совместимости зверей. Вот и тут на это буду гнуть. Не волнуйся, - Арман сел ровно и заглянул в его глаза. - Я не заберу назад свои слова и не лишу тебя стаи. Если, по невероятному и невообразимому стечению обстоятельств, вдруг мой кошак примет его, потребую создать пару. Сяду тебе на голову, свешу ноги и буду руководить долгое время, изводить и изменять на право и на лево. Ребенка плохому учить. - Рассмеялся Арман.
Итан улыбнулся. Потом они еще немного посидели на свежем воздухе, прошлись и вернулись домой. Итан ушел на вечернюю разгрузку в порту, а Арман засел за изучение законов, нарыв в сети их целую тонну.
День родов пришел буднично. Арман почувствовал схватки, резче чем предвестники, приказал везти себя в больницу и Итан повез. Там просидел шесть часов. Арман рожал довольно легко, плод был маленький, шел легко, но его сначала подготовили.
Арман разродился, мгновенно ощетинился на поднесенного к нему младенца, даже когти выпустил. Врачи замерли, а роженик ощерил пасть и зарычал с угрозой.
- Уносите. - Спокойно сказал акушер, сжав колено Армана, переводя на себя его взгляд звериных зрачков. - Арман, успокойся. Он тебе не причинит вреда.
Арман зашипел, выпустил хвост, оскалил отросшие зубы. И внимательно следил за тем, как санитар уносил из родовой источник чужеродной для него энергии, столько времени находившейся в его теле и ему не позволял его человек растерзать мешающую субстанцию.
- Арман, - акушер щелкнул пальцами перед лицом и тот вздрогнул, сглотнул, заплакал. - Арман, все нормально.
- Не могу, не принимает… - он всхлипнул, закрыл рукой глаза. - Не принимает он его, не хочет…
- Арман, такое случается. Редко, но бывает. - Акушер кивнул хирургу, который вошел, чтобы прервать деторождение у пациента. - Значит ваши звери естественные враги.
- Я не… - он выдохнул судорожно.
- Арман, ваше решение по прерыванию детородной функции? - спросил хирург. - Вы еще хотите?
- Да. - Он открыл глаза. - Третий малыш, я больше не могу отказываться. - Он заплакал, вытирая слезы руками. - Не могу я так больше. Не могу.
- Мы вас поняли. - Хирург кивнул анестезиологу и Арману тут же ввели обезболивающее и через пару минут на лицо маску.
- Приступаем, - отдал команду хирург.
Итан вошел в небольшую комнату, разделенную стеклом. Ему показали люльку, где лежал маленький комочек плоти и шевелил ручками и ножками. Он ощущал родного старшего кота и заголосил, требуя того прийти. Итан аж руками в стекло уперся, так его потянуло к малышу.
- Мистер Самаркан, - отвлекли сбоку и ему пришлось обуздать зверя, стремившегося ворваться к своему маленькому котенку.
- Да? - он повернул голову.
- Этот документ нужно заполнить. - Ему протянули электронную копию основного документа, который будет первым юридическим подтверждением существования нового члена общества.
Итан взял в руки переносной, соединенный с главным сервером больницы аппарат, не больше ладони и вчитался в строчки.
- Имя, которое вы дадите ребенку заполняете сами. Ваши имена уже вписаны и надо поставить отпечаток. Графу лояльности малыша заполняет родивший. Вы, как отец, можете принять на свой статус младенца, - медработник понизил голос до шепота, - но советую попросить второго родителя записать малыша на свой статус, до того, как он заполнит форму отказа.
- Форму отказа? - Итан сглотнул. Откуда они узнали?
- Да. - Мужчина вздохнул. - У роженика редкая форма неприятия младенца. Это уже третьи роды, и везде итог один.
Итан замер. Третьи? Он машинально кивнул головой. Закрыл глаза. Арман рожает в третий раз?
- Когда я смогу его увидеть?
- Малыша через двадцать минут, а рождающего только завтра. Операция прошла удачно, но он сейчас спит под препаратом и обезболивающим.
Итан только кивнул. Заполнил все, что требовалось от него и оставил графу лояльности пустой. Медработник только кивнул ему головой. Двадцать минут прошли в полных раздумьях, а потом врач вышел с малышом на руках.
Итан вместе со своим котом смотрели на сверток с глазеющим на него слегка мутными красноватыми глазками маленького человечка. Кумар обнюхивал его кокон, прислушивался на едва различимый шорох внутри и обходил его вокруг. Итан же, едва осмелившись, взял на руки сверток. Сердце стучало как бешенное. В горле ком, на глаза навернулись слезы. Он даже опустил голову и вдохнул его запах, запоминая, навсегда впитывая в себя аромат сына, который он найдет хоть на краю света.
- Аравель. - Мягко позвал Итан, мягко мурлыкнул кумар.
Больше не один. Во всем мире, он теперь не один. Мир для него теперь только вокруг этого комочка. Итан готов взять его на свою душу, тело и зверя. Он будет его каменной стеной. Он вырастит сильного зверя. Больше не один… семья… у него теперь есть семья!
- Мистер Самаркан, мы нашли в его крови небольшое несоответствие. - Привел в чувство врач.
- Какое? - Итан поднял глаза, все еще нюхая ребенка.
- Боюсь, малыш неполноценен.
- Как? У него же… я не ощущаю ничего неполноценного. - Пробормотал Итан.
- Физически он здоров. - Попытался успокоить его врач. - Но, в первые несколько часов после рождения, глаза у детей выдают звериный зрачок и это нормально. Зрачки вашего сына красные.
- И что это значит?
- Его зверь альбинос. И это не нормально. - Врач вздохнул. - Отклонения зафиксированы в крови. Его зверь не будет иметь своего цвета, будет кристально белым, скорее всего его шерсть будут определять, как стеклянную. Глаза останутся красными. И, это будет минимум из всех возможных недостатков, если он вообще сможет получить зверя в фазе сознания. Он может вообще быть без него.
- Это можно исправить? - сглотнул Итан, крепче прижав малыша к себе.
- Нет. Все решится в момент полового созревания. Но, судя по тем силам, что бурлят в его колыбели, этот срок нужно считать от пяти лет и до восемнадцати.
Альфа только кивнул. Посмотрел на засыпающего малыша, погладил его щечку.
"Малыш, ты боролся вместе со мной с самого зачатия, будешь бороться и дальше." - Подумал Итан, поцеловал его в лобик, котом послал сгусток силы, да такой, что врач покачнулся.
- Мистер Самаркан, не переусердствуйте… - глаза у врача расширились, когда сгусток был проглочен за долю секунды. - Понятно…
Аравеля унесли в отдельную палату. Итан ушел из больницы, ибо надо было идти работать. Спал он крепко. Был настолько счастлив, что все тревоги отступили. Его кумар мурлыкал все то время, как они вышли из больницы. Итан даже не представлял, насколько сильно его затопит счастье от того, что малыш вообще появился на свет. В документах он значится отцом. И теперь только суд и признание его недееспособным могут лишить его этого комочка счастья.
Аравель…
Луч солнца, вот что означает это имя. Так звали его родителя. Так он назвал своего сына.
Перед тем как заснуть Итан лежал и глупо улыбался, пялившись в потолок. У него есть сын!
Утром он с самого раннего часа, когда пускали посетителей, собрался и поехал в больницу. Там спросил на стойке регистратора, в какую палату определили Армана Инатоли, прошел на нужный этаж. В палату он зашел с цветами, которые припрятал в куртке.
- Привет. - Заулыбался Арман, поудобнее укладываясь на постели. - И как это тебя пропустили с этим веничком? - просиял он.
- А, я изобретательный. - Улыбнулся Итан. - И меня не поймали.