Страница 2 из 54
И вот, видя, что Кир нарушил правило и ушел с маршрута, он последовал за ним, надеясь исполнить клятву мести…
Несколько мелких солнц Арессарма пробивались расплавленным светом червлёного золота сквозь серый наст неестественного тумана, тушившего свет, плотным покрывалом, лишая раскаленный камень далекой звезды кислорода. Установки генерирующие пригодную для человека атмосферу, работали на полную, но повышенная влажность сжимала лёгкие, не давая сделать вдох облегчения, вместо этого удушливый жар давил к теплой черствой корке под ногами.
Идти предстояло долго, но это нисколько не пугало Кира, твердо двигающегося вперед. Он чувствовал, как безотчетная радость наполняет ноги энергией, заставляя прибавлять шаг. Он вернулся домой; сейчас, в песчаных барханах застывшего стекла и породы красной планеты, Сидерис казался не более чем кошмаром, больным миражем, возникшим перед глазами изможденных путников.
После того, как подростки вынырнули из внезапно возникшей «кротовой норы» (в которую неизвестно как угодили), они обнаружили себя на абсолютно незнакомой планете, доживающей последние дни. Сидерис собирался навсегда кануть в Лету немногим более, чем через один лунный месяц. Жители планеты работали без устали в нечеловеческих условиях, проживая бесцветные будни в искусственном свете ламп и призрачных надеждах на спасение. И, как бы удивительно это не звучало, им удалось! Удалось выжить, претворив сумасшедший план безумного гения в жизнь.
Главный инженер Сидериса разработал проект под названием «Гея», целью которого являлось — не больше не меньше! — строительство новой планеты!
Кир вдруг вспомнил, как они впервые услышали об этом — тогда только невероятное самообладание обоих мальчишек и вражеская среда позволили им переварить ненормальную идею.
И все же, сидерианцы добились своего. Они построили Гею и сумели запустить ее в режиме реального автономного функционирования. Каково же было удивление Кира, когда он узнал в насыщенном красками шаре давно потерянную людьми Землю, снившуюся, наверное, каждому жителю Империи хотя бы раз! Только тогда он наконец осознал, что их закинуло в глубокое прошлое. Они своими глазами видели появление третьей планеты от Солнца, что заняла место прародителя Сидериса на околосолнечной орбите, оставив при себе труп создателя безмолвной серой тенью, называемой бесконечными поколениями человеческой расы Луной!
Вдали показались очертания Фрайи, лишь немногим отличавшейся от резных ликов планеты. Они были уже недалеко, и сердце Кира забилось быстрее.
Они сумели вернуться, сумели дотянуться до собственных звезд, а ведь могли навсегда затеряться в бездонном колодце прошлого, потеряв единственную жизнь…
Что было терять в четырнадцать? Пожалуй, Кир бы ответил — всё… Всё, что тебе дорого, и единственное, что действительно нужно. Для Кира этим всем была одна глупая голубоглазая девчонка с золотыми волосами.
Мирионка каким-то образом изменила всю его жизнь, заставив следовать за собой. Она нарисовала перед ним путь, тот путь, что шел параллельно её, а может, и ближе, может, он ступил на одну с ней дорогу, желая сопровождать дурочку вечно. Ведь сама она явно не справлялась.
Когда именно это случилось, Кир не знал. Может быть, в первый год обучения в Прайме, когда Санара, прикинувшись мальчишкой, водила за нос все мужское население академии. И Кир, живя с ней рядом, привык к этому назойливому, наивному и вечно открытому всем ветрам пацану, что так отчаянно боролся за выживание в стенах учебного заведения вместе с ним.
А цель перед ними стояла не маленькая — занять место Императора через восемь лет.
«Уже семь», — мысленно поправил себя Кир, неожиданно для себя обрадовавшись, что он снова участник этого невообразимого состязания.
Кир был одним из семерых, имевших все шансы стать будущим повелителем Империи. Санара также входила в число избранных претендентов, а сейчас рядом с Киром шагал еще один счастливчик, отмеченный судьбой, тот, что еще совсем недавно был готов перегрызть фризийцу горло, впрочем, как и Кир ему…
Но что-то изменилось…
Кир не успел определить, что именно, когда скромные окрестности города уже свободно вели ребят широкими дорогами, украшенными фасадами низеньких терм среднего пошиба для экономичного отдыха. Людей здесь почти не было, и редкие встречные не проявляли к ним никакого интереса, позволив мальчишкам беспрепятственно преодолеть трущобы, затем пригород и, наконец, войти в черту города, где они с удовольствием воспользовались бесплатным общественным транспортом — сервис на Арессарме был на высоте.
«Сколько же времени прошло с тех пор, как мы пропали?» — размышлял Кир, как только видение стало приобретать все более осязаемые черты.
А вдруг они отсутствовали слишком долго? Ведь это вполне могло быть другое время… нет, кажется, Азул говорил, что сидерианцам не удалось изменить параметры передвижения сквозь проход, поэтому их миры, словно две жилые квартиры соседствовали один с другим, открывая проход в определенный временной промежуток. Оставалось надеяться, что так это и было.
Судя по внешнему виду города, Кир вполне мог на это рассчитывать. Выглядела Фрайя точно такой же, какой он ее запомнил: шумная, людная, сверкающая объемными голограммами и бесконечно нахваливавшая свои прелести искусственным голосом, транслируемым отовсюду, словно услужливая девушка, готовая удовлетворить желание клиента соразмерно его кредитному балансу.
Усидеть на мягком комфортабельном сиденьи представлялось все сложнее, и Кир ерзал все активней по мере того, как они приближались к отелю, в котором разместили праймовцев. Глядя искоса на Кира, Азул заметил, как тот всем корпусом подался вперед, а пальцы сминали темно-синие штанины робы «третьего цеха», которую они позаимствовали перед отъездом.
Взгляд фризийца был устремлен в пространство, прошивая невидимую точку насквозь, брови чуть сошлись на переносице, нижняя челюсть поджата, свидетельствуя о собранности и определенности, от которых ему самому было трудно удержаться на месте.
Как только скользящая по воздуху капсула-транспортировщик застыла у нужной остановки, ребята резко поднялись и шагнули на многолюдный тротуар одной из центральных улиц. Из-за шикарных фасадов зданий ресторанов и спа-центров вырастала свеча «Олимпа» — отеля, к которому так спешили подростки. Задержавшись на месте лишь на долю секунды, они стремительно ринулись к цели, подавляя всколыхнувшиеся от волнения чувства: неужели они и вправду вырвались? Вернулись домой? Разве они могли преодолеть сотни тысяч — нет, миллионы (!) — лет и увидеть рождение легендарной Земли, которая к тому же была творением рук человеческих, пусть и невообразимо гениальным.
Широкий стеклянный фасад вытянулся гордой линией. Парни рысцой взлетели вверх по пологим ступеням, миновали широкий парадный вход, попав в ярко освещенный просторный холл. Богатое убранство в стиле староземелья полыхнуло позолотой металлических поверхностей и алыми оттенками отделки, прекрасно подходившей к багровой коже планеты.
— Узнаем, здесь ли еще праймовцы, и если нет, то как давно отбыли, — предложил Кир, чувствуя зудящее напряжение. Как же долго они отсутствовали? Ухватили ли они свою прежнюю жизнь или потеряли навечно?
Азул кивнул и уже сделал первый шаг к стойке приветливо улыбавшегося администратора, когда периферийным зрением Кир уловил темно-синий силуэт на фоне белоснежной мраморной стены отеля. Золотистые волосы спадали до плеч.
«Санара!»
Далеко, в противоположном конце просторного помещения стояла девочка… так похожая на Санару. Кир прищурился.