Страница 3 из 8
Ничего не складывалось, и она не помогала прояснить картину. Солгала насчет имени. Он мог бы отплатить ей той же монетой – соврать, но выбрал правду.
Они походили на корабли, шедшие через бурю. Он будет помогать до тех пор, пока она не попросит помощи у кого-нибудь еще.
Похоже, женщина не планировала этого. Кэл ждал, что она воспользуется телефоном как неожиданным средством спасения, но, видимо, это ее не заинтересовало. Странно. Если не сказать больше.
Можно отвезти ее в их старый дом. Но он ничего не знал о ней и не собирался так поступать. Был риск создать проблемы семье, особенно Чейзу. Хватит с него чувства вины.
Можно проигнорировать ее просьбы и высадить возле того, что попадется первым.
Или же развернуться и отвезти к федеральному шоссе, найти мотель, о котором упоминала официантка, и оставить ее на произвол судьбы.
Возможно, это наилучший вариант. Кэл присмотрелся и увидел тень усталости на ее лице и в глазах. Очевидно, это вызвано большими волнениями от приготовлений к свадьбе.
Может быть, она струсила, и жених, меряя шагами какую-нибудь церковь, не может понять, куда подевалась невеста?
Сегодня вторник. Кэл мало что знал о свадьбах, но был уверен, что обычно они случаются по субботам. Возможно, ей просто безразличны условности, или они с женихом работают по выходным. Или, скажем, организация свадьбы в будний день обходится дешевле. Да сотни вариантов объяснений!
Ее, казалось, не интересовали предположения. Женщина пристально смотрела вперед, обхватив себя руками. По всей вероятности, он спас ей жизнь. Хорошо бы, конечно, знать ее имя, хотя и не обязательно. Ему не впервой спасать человека. Это лучшее из того, что делают «морские котики». Спасают хороших и убивают плохих.
Кэл исходил из предположения, что правда на ее стороне, и он не ошибся, оказав помощь «не тому» человеку. Это подсказывало чутье.
– Пристегните ремень безопасности.
– Куда мы едем?
– Назад на шоссе. В паре миль к востоку мотель. Я высажу вас там. Не волнуйтесь.
Она долго молчала. Наконец повернулась к нему:
– Спасибо, я ваша должница.
Это правда. Она обязана этому человеку жизнью. Однако нужно как можно скорее отделаться от него. Он молод, возможно, еще нет и тридцати, хотя карие глаза таят в себе мудрость, несвойственную этому возрасту. Коротко подстриженные темные каштановые волосы и очень загорелая кожа. И он по-прежнему хочет помочь.
Ей хотелось бы принять тот простой факт, что один человек проявил доброту в отношении другого, но интуиция диктовала никому не доверять.
Он хороший водитель. Руки расслабленно лежали на руле. У нее же расшатаны нервы. Ей не нравится ездить в плохую погоду, правда, непонятно, откуда эти сведения. Просто она это знает.
Меньше чем через пять минут они оказались на шоссе. Женщина увидела знак «Сент-Луис, 194 мили».
Сент-Луис.
– Джо Мэдвик. Даки Мэдвик.
Он удивленно взглянул на нее.
– Что?
– «Сент-Луис Кардиналс». Бейсболист. Его рекорд, поставленный в конце 1930-х, до сих пор не побит.
– В 1937-м, – уточнил Кэл. – 1937. Откуда вы это знаете?
Она что-то знает о бейсболе. Вот уж удивила так удивила.
– О спорте говорят не только мужчины.
– Верно. Мотель, должно быть, где-то здесь. Когда вы последний раз ели?
Она не чувствовала голода.
– Недавно.
Внедорожник несся сквозь заснеженную дорогу, шины изредка скользили, оказываясь на льду. Кэл удержался на дороге, чего не скажешь о трех других машинах, оказавшихся в кювете. Через пятнадцать минут они добрались до мотеля. Он заехал на стоянку, она взглянула на здание, стараясь понять, бывала ли здесь прежде. Не похоже.
Двухэтажный деревянный дом. На каждом этаже по восемь дверей, небольшой офис в торце. На стоянке полно автомобилей, ее уже как минимум один раз очищали от снега. Большой белый знак в красной раме, на котором голубыми буквами написано «Дейли Американ Инн». У двери флаг на флагштоке. Удивительно, что, несмотря на буран, его не спустили, либо просто забыв, либо оставив специально, словно демонстрируя храбрость, с которой здесь встречают разбушевавшуюся стихию.
Она смотрела на флаг, тот трепетал на ветру и практически скрывался в вихре снега. В груди дрогнуло.
– Ох… – Она приложила руку к сердцу.
– В чем дело?
А что тут ответить?
Он припарковался напротив офиса.
– У меня с собой совсем нет денег.
– Будем беспокоиться об этом, когда узнаем, есть ли свободные комнаты. Я проверю.
Это прозвучало так, словно он собирался заплатить. Слава богу. Она пришлет ему чек. Как только сможет. Она всегда оплачивает свои долги. По крайней мере, ей так казалось.
Кэл зашел в офис. Его темная куртка едва доходила до талии. На нем были джинсы и ковбойские сапоги, в которых узкие бедра и длинные ноги смотрелись великолепно.
Как-то нелепо, что она обратила на это внимание, учитывая обстоятельства. В то же время это странным образом успокаивало, словно подсознание сигнализировало о том, что она по-прежнему может восхищаться элементарными вещами, например сексуальной походкой и прекрасной задницей.
Офис был хорошо освещен, за столом, глядя вниз и нажимая кнопки телефона, сидел молодой человек. Потом он поднял голову, видимо слушая Кэла, покачал головой.
Ее сердце упало. Подумать только, сколько надежд возлагать на возможность получить комнату, а стало быть, место для отдыха. Она не имела ни малейшего представления, что делать дальше, если это окажется невозможно. Может быть, они, по крайней мере, позволят ей посидеть в офисе, пока…
Пока – что?
Большая загадка.
Она видела, как Кэл сунул руку в карман. Протянул что-то через стойку. Взял у молодого человека пластиковую карту-ключ.
Слава богу, похоже, дела пошли на лад. Вернувшись к машине, Кэл протянул ей карту.
– Вам дали последний номер.
– Я волновалась. Видела, как администратор качал головой.
– Он поначалу просто не понял, чего я прошу.
Прекрасно. Значит, она сможет выспаться. Столько, сколько потребуется. А потом проснуться и быть готовой справиться с чем угодно.
– Очень хочу знать, сколько я вам должна?
– Номера стоят восемьдесят девять баксов за ночь. Ваш – четырнадцатый. Второй этаж, вторая дверь с конца.
– Прекрасно.
– Как ваша голова?
– Все еще болит, – честно призналась она.
– Тошнит?
По правде, она чувствовала себя лучше, нежели полчаса назад.
– Нет.
– Ваши зрачки в норме, – констатировал он. – Значит, сотрясения мозга нет. Вы уверены, что в состоянии позвонить кому-то кто вам поможет?
– Да, – солгала она.
Он подъехал к тому углу здания, где была расположена ее комната, и припарковался. Достал еще одну пару толстых белых носков.
– Ваши носки промокнут, когда выйдете. Возьмите это, чтобы потом переодеться в сухое.
Он очень хороший парень.
– Можно узнать ваш адрес, – попросила она, – чтобы выслать чек. За отель и вот за это. – И показала на одежду, которую он дал.
– Не беспокойтесь по этому поводу. Вы тоже когда-нибудь поможете кому-нибудь. Это и будет платой.
– Хорошо.
Какое-то безумие, ей не хотелось выходить из машины. Она чувствовала, что вот-вот должно случиться что-то плохое. Однако мужчина сделал для нее достаточно. Оставаться дольше нет смысла.
– Спасибо. – Она протянула ему руку.
Прошло несколько мгновений, прежде чем он протянул свою. На указательном пальце была мозоль, и женщина едва справилась с желанием дотронуться до нее.
– Удачи, – пожелал Кэл.
Немного удачи и в самом деле не помешает. Она открыла дверцу и вышла.
– Эй… – Он указал на заднее сиденье: – Не забудьте вот это.
Свадебное платье. Она схватила его и взбежала по внешней лестнице. Вставила ключ. Дверь открылась. Она оглянулась.
Он все еще там. Смотрит. Она помахала рукой.
Он кивнул и выехал с парковки.
Она вошла в номер, как ни странно, ощущая грусть. Хотя должна бы радоваться, что отделалась от него. Очевидно, просто нужно время во всем разобраться и понять, что делать дальше, а для этого полностью сосредоточиться. Это было бы труднее всего, если бы Кэл Холлистер задержался.