Страница 234 из 315
Как уже говорилось, с момента обнаружения подлодок противника часть капитанов решил повременить с высадкой до полного выяснения обстановки. Проявляя здоровое благоразумие, они решили отойти под прикрытие кораблей эскорта, но вместо спокойной передышки попали под новый удар вражеских катеров.
Несмотря на яростный огонь со стороны эсминцев и миноносцев, четырем катерам удалось прорваться к десантным баржам и атаковать их. Маленькие и проворные, они буквально проскакивали между разрывами снарядов и пулеметными очередями, на всех парах мчась к желанной цели.
Слишком поздно заметив стремительно летящую к ним смертельную угрозу, экипажи десантных кораблей пытались отбиться от вражеских катеров при помощи собственного автоматического оружия, но сегодня Фортуна смотрела в другую сторону. Четыре тайсинтай протаранили корабли противника, сократив численность американской армии на два танка, одну гаубичную батарею и почти целый батальон морской пехоты, не считая экипажи кораблей.
Но и это были ещё не все потери американского десанта второй волны. Пока японские истребители дрались с самолетами противника, над прибрежными водами Миядзаки, появились бомбардировщики прозванные американцами «Элен».
Переброшенные с территории Маньчжурии, своей тысяче килограммовой нагрузкой они представляли серьезную угрозу, как для сухопутных соединений противника, так и для его морских сил. Единственным недостатком этих машин на данный момент была их численность. Испытывая острейшую нехватку самолетов, японское командование смогло бросить на защиту Кюсю только две эскадрильи «Громовых драконов».
Посчитав, что с передовыми силами противника разберутся танкисты полковника Касая, командование приказало нанести удар по тем, кто уже успел высадиться на пляжи Миядзаки или только готовился это сделать.
Увлеченные схваткой с врагом, американские летчики просмотрели приближение грозных «Элен» и не смогли перехватить их на подходе к побережью. Многие тысячи килограммов бомб обрушились на песчаные пляжи Миядзаки, разнося вдребезги находившихся там людей и технику.
Потом, при отходе, от огня истребителей противника «драконы» потеряли три машины. Ещё одна получила повреждение и на время вышла из строя, но это было слабым утешением для попавших под удар морских пехотинцев. Сотни людей были буквально перемолочены безжалостной силой вместе с землей и разбросанные в разные стороны. Горели танки, самоходки, орудия, охваченные огнем, непрерывно рвались боеприпасы, усиливая и без того огромную неразбериху и панику царившую в этот момент на побережье.
Одна из японских бомб угодила в десантную баржу, с которой только-только сошли десантники. Сила её взрыва была такова, что судно разметало на несколько частей и бросило прямо на людей. Будь атака танкистов Касая и удар бомбардировщиков скоординированы и судьба бы десанта была печальна, однако Бог любит Америку и солдаты полковника Гриссона выстояли.
Свой вклад в победу над врагом внесли канониры линкоров и крейсеров, которые несмотря ни на что открывали огонь из своих орудий по первому требованию, находящихся на берегу корректировщиков. Именно поддержка корабельной артиллерии помогла выстоять пехотинцам во время третьей атаки противника, в которой он задействовал все свои силы. В самый критический момент боя, огонь главных калибров не позволил сухопутному слону столкнуть в воду вылезшего на берег левиафана.
К концу дня, звездно-полосатый флаг продолжал развиваться над американскими позициями в секторе «Бентли», но за это флоту пришлось заплатить дорогую цену. В результате атаки с воздуха получили серьезные повреждения, и вышли из строя два тяжелых крейсера. У «Канберры» «Байка» разворотил корму, тогда как на «Куинси» была разрушена боевая рубка и сбита передняя труба. На обоих крейсерах возник сильный пожар, с которым удалось справиться благодаря мужеству личного состава. Проявляя храбрость и отвагу, моряки сумели не допустить дальнейшее распространение огня, что могло привести к гибели кораблей.
Также на две единицы сократилось число эскортных авианосцев способных продолжить боевые действия. Оба они получили попадание в борта японскими «Фау», что привело к сильному крену палубы и сделало невозможным взлет и посадку самолетов. Из числа ранее взлетевших с них истребителей, двенадцать машин смогли сесть на другие авианосцы, но пятнадцать пилотов были вынуждены бросить свои самолеты и искать спасение при помощи парашюта и надувного жилета.
Примерно по такому же сценарию развивались события и в секторе «Кадиллак», с той лишь разницей, что слон не смог одолеть кита исключительно из собственной самоуверенности. Если бы удар главных сил танковых соединений японцев был направлен на Кусикино, а не на Миядзаки, число бы американских плацдармов на Кюсю сократилось. Однако, посчитав, что дело сделано, японцы бросили на врага лишь два батальона танков.
Командующий ими майор Сэйдзи был неплохим командиром, имевшим боевой опыт, однако этого оказалось недостаточно для одержания победы. Зная бедственное положение своих пехотинцев в этом секторе, адмирал Нимитц направил к полуострову Сацумо большую часть отправленных в этот день к берегам Кюсю.
Американские корабли подошли к месту десантирования почти одновременно с японскими подлодками, что создало им большое преимущество перед противником. «Морские драконы» были вынуждены сначала прорываться через корабли прикрытия и только потом атаковать десантные корабли. В результате этого, главные силы морских пехотинцев были доставлены на берег, где их появление сыграло решающую роль в отражении наступления врага.
При мощной поддержке корабельной артиллерии крейсеров и линкоров, американцы не только смогли отбить танковую атаку майора Сэйдзи, но и заставили противника отойти до километра вглубь своей территории. Бои были яростными и бескомпромиссными, в которых противники полностью исчерпали все свои силы.
Вместе с подлодками «Кайрю» не на высоте оказались и водолазы смертники. Замешкавшись с погружением, «Фукурю» смогли уничтожить всего четыре корабля противника, в числе которых лишь только один перевозил солдат.
Впрочем, усилия храбрецов не пропали даром, по злой иронии судьбы они пустили на дно два транспорта перевозившие огромные 240 мм самоходные гаубицы Т92. Эти бронированные монстры были созданы в Детройте специально для разрушения бетонных бункеров японцев. Окажись они на берегу, обстановка в секторе «Кадиллак» могла бы серьезно измениться, но этого не произошло.
Высадившиеся на берег пехотинцы, при массированной поддержки огнем с моря и с воздуха смогли продвинуться только до передовой линии обороны японцев и завязли. Быстрое сближение американских солдат с противником не позволяло применить бомбардировочную авиацию, а бомбовые удары истребителей не могли переломить общего хода сражения.
Определенную поддержку атакующим пехотинцам оказали две самоходные гаубицы М43. Их восьмидюймовые снаряды быстро подавили огневые точки сопротивления врага, и американские десантники смогли вклиниться в оборону противника, но их дальнейшее продвижение вперед не состоялось. Японцы смогли блокировать неприятеля, а у гаубиц закончились боеприпасы. Выпустив по врагу свой НЗ состоящий из восьми снарядов, они превратились в бесполезную груду металла, так как транспорт, перевозивший их снаряды, был потоплен японцами.
Лишившись в самый ответственный момент своей пробивной кувалды, американские пехотинцы не опустили руки и продолжили атаковать. Опираясь на огневую поддержку двух взводов бронеавтомобилей «Грейхаунд» и батареи 105 мм самоходных гаубиц «Прист», они упрямо рвались вперед, пытаясь как можно дальше отодвинуть вражеских солдат от прибрежной черты.
С автоматическими винтовками наперевес, под прикрытием пулеметов и артиллерии, они бесстрашно шли вперед, приободряя друг друга громко крича «Боже храни Америку!». Любой самоотверженный порыв заслуживает всякой похвалы, а храбрость американских парней заслуживала это вдвойне. Пройдя жестокую школу войны в Океании, на Филиппинах и Окинавы, они прекрасно знали, что и как надо делать.