Страница 227 из 315
Просто так отправить столь ценный груз багажом, было бы верхом глупости и наивности. Поэтому в качестве сопровождения, грузу был придан специальный агент, с безупречными документами и грязным прошлым.
Выбранный из числа военнопленных австралийцев, повязанный кровью своих расстрелянных товарищей, он был идеальным кандидатом для использования тайных заданий зарубежом. Оказав японцам несколько услуг, этот человек с радостью согласился помочь доставить груз в США в обмен за двадцать тысяч долларов и обещание уничтожения его агентурного досье.
Верил ли он в то, что полковник Хакаяма честно исполнит последнюю часть предложенной ему сделки, неизвестно. На данный момент для него было гораздо важнее как можно скорее покинуть обреченную страну и, получив солидное вознаграждение начать новую жизнь.
Часть денег агент получил сразу вместе с новыми документами, остальное должен был получить по прибытию в Нью-Йорк. Против подобного положения дел австралиец ничего не имел против и с легкость перешел Рубикон. Что ему какие-то жители Большого яблока, главное уцелеть самому и успеть забрать свой выигрыш.
Глава VII. Смирение Аттилы и Уорвика
По мере приближения к Риму партизанских отрядов Скалоне и Каттины напряженности в итальянской столице нарастала. В истории просвещенной Европы был один похожий пример, когда император Наполеон покинул место своей ссылки Эльбу, и с горсткой солдат высадившись на юге Франции, двинулся на Париж.
По мере его продвижения с юга на север, тональность отношений парижан к императору претерпевала причудливые изменения. «Кровожадный корсиканец бежал с Эльбы!» — истерично извещали столичные газеты своих читателей в самом начале похода Наполеона. Горестное сообщение «Узурпатор захватил Гренобль» по прошествию нескольких дней сменилось осторожным известием «Бонапарт занял Лион». Прошло ещё немного времени и нейтральный заголовок «Армия вступила в Фонтенбло» трансформировался в радостное сообщение «Парижане радостно встречают любимого императора».
В отличие от Франции события в итальянском королевстве развивались по иному сценарию. Страх и опасение, что партизанские бригады устроят в столице кровавую вакханалию, поселились в Риме с самого начала похода северян. После громких заявлений правительства Бономи, что центральные власти остановят партизан, они становились меньше, но после очередного успеха «красных», усиливались.
Итальянская столица, начиная от зажиточных горожан и кончая простыми обывателями, не ожидали для себя ничего хорошего в приходе вооруженных северян. Находясь точно посредине между промышленным Севером и сельским Югом, римляне всегда занимали позицию «третьей силы», без объединяющих действий которой, невозможно само существование итальянского государства.
За неприкрытое стремление распоряжаться по собственному усмотрению чужими деньгами их откровенно презирали северяне и недолюбливали южане. Приход в Рим людей с оружием в руках, боровшихся с фашистским режимом дуче, имел все шансы обернуться массовым сведением счетов без всякого суда и следствия.
После прорыва партизанами последней линии обороны правительства накал страстей в итальянской столице рванул вверх. Весь политический бомонд Рима лихорадило, сенаторы, депутаты, отставные министры и находящие у власти чиновники говорили, говорили, говорили и ничего не делали. Военные успехи партизанских бригад вызвали сильнейшую панику у «министров-капиталистов». Правительство охватил коллапс, на фоне которого были вынуждены вмешаться третьи силы в лице русских и американцев.
Первые, видя, что вопреки всем прогнозам и ожиданиям процесс все же подошел к финишной прямой, Москва отбросила всякое сомнение и решила вмешаться. Из Югославии к партизанам был срочно переброшен целый десант советников и специалистов. С одной стороны они должны были обеспечить триумфальное завершение партизанского похода, с другой стороны свести к минимуму нежелательные последствия вступления бригад в Рим.
Американцы также не намеривались оставаться в стороне от итальянских событий, слишком высоки были ставки в этой игре. Самым простым и действенным способом было перебросить по воздуху в Рим бригаду десантников и привести в чувство зарвавшихся гарибальдийцев. Конечно большое спасибо им за борьбу с Муссолини, но каждый сверчок должен знать свой шесток.
Совершить марш-бросок по маршруту Мюнхен-Рим для ребят генерала Эйзенхауэра не представляло большого труда. Он с радостью отдал бы такой приказ в любую минуту, но в дело вновь вмешалась большая политика в лице Японии.
Не будь ее, и вся итальянская проблема решилась бы на «раз-два». Однако микадо все ещё не был поставлен на колени и потому, Вашингтон должен был считаться с мнением ненавистного ими дяди Джо. Государственный департамент подозревал, что именно с подачи русских, в американской прессе появилось сообщение о возможном существовании у Токио второго центра по производству бактериального оружия.
В нем не было ничего конкретного, только опасения и слухи, но и этого было вполне достаточно, чтобы притихшие было страхи, вернулись, но теперь уже с утроенной силой. Не имея точных данных, Трумэн был вынужден сделать нейтральное заявление, что правительство со всем вниманием изучает этот вопрос. Скажи президент что-либо другое, последствия могли бы быть для него катастрофическими.
Чтобы уменьшить число личностных нападок на него, было объявлено, что президент покидает Вашингтон и вместе с правительством направляется в Денвер, для лучшего руководства боевыми действиями на Тихом океане. Этот ловкий пропагандистский ход принес определенный успех Трумэну, он сбил накал страстей, но не погасил их.
В подобной ситуации, любой новый конфликт был для американского президента крайне опасен. Стучать по столу кулаком и размахивать кольтом, было нельзя, и Америка пошла окольным путем. Свою главную ставку в борьбе с коммунистами, Вашингтон сделал на римского папу Пия XII.
Подобный выбор союзника американской стороной был сделан не случайно. Папа римский не имел в своем распоряжении никаких дивизий за исключением роты швейцарских гвардейцев, а территория его владений не превышала одного километра, однако степень его влияния в мире была высока.
События последнего десятилетия несколько подорвали позиции этого карликового государства, как в Европе, так и в самой Италии. Заигрывание с фашистскими режимами Муссолини и Гитлера не прошли даром для авторитета понтифика святого престола. Многие простые итальянцы увидели воочию как действия нынешнего властителя Ватикана, расходились с его словами и посланиями пастве.
Успехи Советского Союза в борьбе с фашизмом и приход Красной Армии сначала в Восточную, а затем и в Западную Европу очень серьезно озаботили наместника святого Петра. Красные атеисты стояли у границ Италии, и не было никаких твердых гарантий, что их дивизии не пересекут эту линию, во многом ставшую условной.
Но не только советские армии, находившиеся по ту сторону Адриатики, вызывали опасения святого престола. В неменьшей, если не в большей степени, Ватикан беспокоило стремительно возрождение русской Православной церкви. Ведомая новым патриархом при полной поддержке со стороны Сталина, она не только возвращала утраченное за годы революции влияние в христианском мире, но и расширила его сферы.
Западная Украина, Прибалтика, Польша, Чехословакия, страны Балканского полуострова, Венгрия и Австрия. Вот список тех стран, на территориях которых Московский патриархат получил возможность действовать как самостоятельная единица с июля сорок пятого года, но и он не был полон.
В результате последних событий греки, а также двое из пяти православных патриархов, Константинопольский и Антиохийский, волей неволей должны были прислушиваться к голосу энергичного Московского патриарха Алексия.
После недавнего визита в Стамбул и Дамаск, он объявил о своем намерении совершить паломничество в Святую Землю и Александрию. Британские оккупационные власти, в сфере управления которых находилась Александрия и Иерусалим, незамедлительно предостерегли священнослужителя от подобных действий, ссылаясь на участившиеся вооруженные конфликты между арабами и евреями.