Страница 87 из 196
— Изволите чаю или кофе? — учтиво обратился к Олегу Александр. — Хотя, с учётом сложившихся обстоятельств, быть может, чего-нибудь покрепче?
Хизов поразмышлял несколько секунд и вдруг решил обнаглеть:
— Виски. Со льдом, если можно, — самым светским тоном ответил он.
«Ну не может же быть...»
— Разумеется, — Светлов поднялся и нажал на столешнице незаметный со стороны выступ. В стене с лёгким звоном открылась небольшая дверца.
«У Шпака магнитофон», — промелькнула шальная мысль, — «у посла медальон». Олег с трудом сдержал неуместное хихиканье. Александр достал из бара невысокий тонкостенный стакан, щипцами бросил в него три кубика льда — «У них там и холодильник, что ли?!», — налил янтарной жидкости из высокого графина, извлечённого оттуда же, и протянул стакан Олегу. Тот, несколько оторопев, принял ёмкость и сделал аккуратный глоток. Виски был вкусным.
— Позволю себе заметить, — сказал Светлов, подвигая к дивану столик на колёсиках, — что к этому напитку разумнее употреблять сигары, нежели сигареты. Впрочем, многие полагают это делом вкуса.
— Я, откровенно говоря, не силён в искусстве курения сигар, — пробормотал Олег. Александр пожал плечами:
— В любом случае, курить здесь можно, не стесняйтесь, хоть я и не рекомендовал бы вам увлекаться этой юношеской привычкой. Я же, с вашего позволения, предпочту коньяк.
Он плеснул в пузатый бокал жидкости на два тона темнее виски и сел обратно. Хизов смотрел на всё это представление постепенно округляющимися глазами.
— Итак, Олег Викторович, — помолчав, начал Светлов, — позвольте мне, скажем так, несколько углубить ваше понимание сложившейся ситуации. Сразу хочу оговорить один момент: то, что я вам расскажу, скорее всего, покажется вам абсолютным безумием. Разумеется, вы имеете право не поверить мне и отказаться от нашей помощи и покровительства.
— И в этом случае меня поместят непосредственно на кладбище, благо недалеко, — кивнул Олег. Светлов поднял брови:
— Отчего же? В этом случае мы снимем с себя всю ответственность за вашу дальнейшую судьбу. Вам будет выплачено обещанное вознаграждение за предоставленные вами сведения. Более того: я лично гарантирую вам весомую компенсацию за потерянное вами время и… м-м-м… нервы. Поверьте, мы не маньяки, не убийцы, не секта и не имеем никакого отношения к чёрному рынку трансплантации органов.
— Так кто же вы такие? — Олег искренне постарался сдержать тон. Светлов выдержал небольшую паузу.
— Чтобы объяснить вам, что представляет собою Агентство, мне придётся, по выражению моего друга, «плясать от печки». То есть, начать… м-м-м… с самого начала, простите мне эту невольную тавтологию.
— От сотворения мира? — поинтересовался Олег. Светлов бросил на него острый взгляд поверх очков:
— Кажется, я не зря упомянул своего друга. У него тоже есть склонность к нездоровой иронии над вещами, превосходящими его понимание.
Олег ощутил, что щёки залило краской: так тонко его ещё не «опускали». Светлов чуть улыбнулся и продолжил:
— Тем не менее, вы, сами того не желая, попали почти в цель. Скажите, Олег Викторович, вы имеете представление о теории множественности миров? Иначе говоря, о параллельных вселенных.
— Самое общее, — осторожно кивнул Олег, с детства обожавший фантастику.
— В таком случае, быть может, вам известно словосочетание «дифракция возможного будущего»?
Хизов на мгновение задумался.
— Вы имеете в виду вариативность событий? Несколько линий, в каждой из которых реализованы вероятности событий в зависимости от принятого решения?
— Абсолютно верно, — Светлов выглядел довольным. — Единственное замечание: не линий, а граней.
— Граней?
— Да. Вселенная «выглядит», если подобный термин применим в данном случае, как кристалл с множеством граней. Их количество постоянно изменяется: грани исчезают и рождаются ежесекундно. На этих гранях существует жизнь, очень похожая на ту, к которой вы привыкли.
Александр замолчал, отвлёкшись на свой коньяк. Олег не замедлил воспользоваться паузой:
— И в чём суть?
— Суть, Олег Викторович, в том, что рождение этих Граней обусловлено актом творения, в известной вам терминологии.
Олег застыл с раскрытым ртом. На то, чтобы прийти в себя, ему потребовалось минуты полторы, несколько глотков виски и прикуренная сигарета.
— То есть, вы хотите сказать, что каждый человек… — пробормотал он наконец.
— Отнюдь, — покачал головой Светлов. — Только те, кто вкладывает в свои творения душу. Писатели. Художники. Сценаристы. Режиссёры. Актёры. Вам понятна мысль?