Запятая Судьбы

У Ривы отвисла челюсть. Витольд неодобрительно покосился на Воина.

— Может, не стоило так резко, м?

— Ах, ну да, я забыл, — Воин картинно шлёпнул себя по лбу, — надо было провести психологическое кондиционирование или как его там. Рассказать о том, что история шарика всё же отличается от общепринятой, будто ей это ещё не известно, потратить на эту речь несколько месяцев… — он снял с пояса небольшую флягу, открыл и протянул девушке. Та машинально сделала несколько глотков и закашлялась. Воин усмехнулся: — Полегчало?

— Да, — сдавленно ответила Рива и вернула флягу владельцу. — Что это за дрянь?

— Это… — Воин мечтательно улыбнулся, — это, скажем… «Джордано». Особый коктейль. Я сам его делаю.

— Такое ощущение, что меня по затылку приложили, — пожаловалась девушка. Её скулы стремительно заливались краской. — Сначала ты своими откровениями, а потом коктейль этот… — её голова медленно начала клониться набок, через минуту Рива уже крепко спала. Воин усмехнулся и отхлебнул из фляжки.

— До точки продрыхнет, — небрежно сказал он. — Самый большой плюс этой смеси: от неё голова не болит.

— Ну-ну, — пробурчал Витольд. — Думаешь, стоило её так? Тебе Жрица башку оторвёт.

— Небось не оторвёт, — отмахнулся Воин. — Я ведь не стал прямо в лоб говорить, мол, машину ведёт оборотень с уникальными характеристиками, а с тобой общается инкуб с хрен-пойми-каким прошлым. Аккуратно намекнул ей… Дальше пусть сама роет. Как и все рыли. Вообще, не понимаю, за какие такие заслуги ей дали целого старшего оперативника? Полтора года в организации, а балдеет с моих откровений, как новичок. Пить не умеет, стреляет, скорее всего, хреново: не так выглядят руки девушки, проводящей в тире необходимое количество времени.

— Откуда ты знаешь, может, у неё природный дар?

— Запястье не поставлено, — парировал Воин. — Опять же, мозолей нет. Ноги… — он обернулся, — красивые, но тоже не спортивные. Может, ты знаешь? Не спит же с ней Жрица, в конце концов?

— Я бы не стал столь уверенно отвергать этот факт, — пробормотал Витольд. — А Рива — специалист по плетению вероятностей. Послушай, к чему весь этот балаган? Ты ведь прекрасно знаешь, кому и за что дают должности.

— А может быть, я тебя проверяю, — хитро прищурился Воин, — как ты отреагируешь на компрометирующие предположения о твоей коллеге. Высказанные старшим по званию.

— Я думаю, тебе просто скучно, — мрачно сказал Витольд, протягивая руку к фляге.

— Рискуете, юноша.

— Это ты о чём сейчас? Если о моих водительских качествах, то поверь, моему метаболизму на твоего «Джордано» наплевать. Просто хочется попробовать, с чего девочку вырубило. А если о моих предположениях, то это просто мысли вслух.

— Ну-ну, — неопределённо отозвался Воин, передавая флягу. Витольд сделал глоток и уважительно крякнул. Помолчал, затем задумчиво произнёс:

— Кстати, на её вопрос ты так и не ответил.

— Просто не успел. Тебе что, тоже интересно?

— Да нет, я уже получил достаточный ответ от своего куратора.

— Ну-ка, интересно послушать, что же тебе рассказал наш психолог.

— А наш начальник Третьего отдела ещё и психолог? Хотя да, за такую бездну лет чему только не научишься… Насколько я понял из его объяснений, изначально отделов было четыре. И имена у их руководителей были несколько иные. А он был в их числе ещё с тех самых времён.

— Та-ак, — протянул Воин. — Надо же. Он таки выдал тебе правду.

— Правда бывает разной, ты сам сказал. В одно только поверить до конца не получается.

— М?

— По поводу его имени в то время.

— Он и это тебе сказал? — Воин явно был удивлён всерьёз. — Ну вы даёте, господа. Между прочим, я сам узнал об этом не на втором и даже не на десятом году работы здесь. Лететь тебе высоко, Витольд. Смотри не упади.

— Я постараюсь. И всё же. Он не преувеличил?

— Нет, — тон главы отдела силового воздействия сделался задумчивым и чуть торжественным. — Когда-то его действительно звали Смерть.

2012 год. Июль. Железнодорожная станция «Разъезд генерала Омельченко».

К точке назначения подъезжали в сгущающихся сумерках. Рива, как и предсказывал Воин, очнулась минут за десять до станции и сейчас пыталась сообразить — на каком она свете. Воин издевательски протянул ей фляжку, «полечиться», и получил в свой адрес несколько непарламентских выражений.

— Привыкай, — только и сказал Витольд, — нам с ним работать.