Страница 9 из 82
За пределами офиса Софи обходила бы Еву за километр. Но почувствовав, что сейчас — один из тех моментов, когда врага выгодно подпустить к себе как можно ближе, Софи решила рассказать ей все.
— Я только что узнала, что умерла моя старая подруга, — сказала она ничего не выражающим голосом.
А как еще можно было об этом сообщить? Эта новость до сих пор не смогла ее по-настоящему расшевелить, будто она прочитала об этом в письме, но до сих пор так и не поняла смысла этих слов. Смерть Кэрри представлялась какой-то нереальной. Софи казалось, что, когда она увидит детей, все изменится, и мысль об этом внушала ей ужас. Лучше уж ничего не чувствовать, решила она: это гораздо проще, но в то же время и гораздо хуже.
— Вот как, — ровным голосом прокомментировала Ева, придавливая окурок острым носком своей туфли «Прада». Софи рассеянно подумала, что сегодняшняя молчаливая показуха не прошла. На туфлях Евы были лейблы, но туфлям явно больше года. Сапожки Софи повседневные, но в них вполне можно было бы пройтись по подиуму. «Кэрри умерла, а ты думаешь про туфли», — упрекнула Софи какая-то часть ее сознания. Но она эту мысль проигнорировала и стала пристально разглядывать роскошные подкованные носки своих сапожек.
— Вы были близкими подругами? — спросила Ева.
Софи обдумывала ответ.
— Были когда-то, в школе, — ответила она. — Ну, и еще некоторое время после того, как она поступила в университет, а я стала работать здесь. Мы поддерживали связь — встречались по праздникам — но обе стали другими. После окончания университета она почти сразу же вышла замуж и переехала. — Софи мысленно прикинула то время и расстояние, что разделяли их с Кэрри. — Так что мы уже не были близкими подругами, но знаешь…
Ева подставила лицо лучику солнца, скользнувшему из-за тучи, и Софи поняла, что, вероятнее всего, она не знает.
— Значит, это не конец света, — беспечно заметила Ева. — И ты не будешь брать несколько недель отпуска, чтобы выражать родственникам свои соболезнования? — Ей не удалось скрыть прозвучавшую в голосе надежду.
Софи прищурилась, лихорадочно прикидывая про себя, сколько же времени ей действительно придется отсутствовать в офисе в ближайшие несколько дней.
— Не совсем, — ответила она. Большая часть Софи — та часть, которая знала, что Ева прирожденная хищница, — не хотела рассказывать Еве остальное. Но она прекрасно понимала, что в противном случае выставит себя слабой, а Софи страшила мысль о том, что Ева может счесть ее слабой. — Однако возникло небольшое осложнение другого характера, — осторожно сказала Софи, обдумывая, как лучше преподнести новость. Пусть Ева думает, что ее соперница попала в передрягу. А когда Софи докажет Джиллиан, что прекрасно умеет справляться с делами несмотря на кризисную ситуацию и останется на высоте, она окончательно победит Еву.
— Она что, оставила тебе в наследство кучу денег? — спросила Ева.
Софи покачала головой, нарочно медля, чтобы усилить эффект.
— Нет, она оставила мне в наследство своих детей.
И тут впервые в жизни Софи увидела, как Ева растеряла все слова, пусть даже на какую-то долю секунды. Она лишь выдавила пару слов, показавшихся Софи невероятно уместными:
— Твою мать, — сказала Ева.
У Джиллиан было двое детей: восьмилетний Джек и четырехлетняя Матильда. Софи знала, как их зовут и сколько им лет. Многочисленные фотографии и рисунки украшали стены кабинета Джиллиан. Да и сами дети время от времени наведывались в офис.
Именно они, вероятно, и стали причиной того, что у Джиллиан увлажнились глаза после того как Софи изложила ей события сегодняшнего утра. Джиллиан Хьюз, живая и, хотя ей было уже слегка за сорок, невероятно привлекательная женщина, служила примером для Софи. Именно на нее Софи всегда равнялась. Уже к тридцати пяти годам Джиллиан стала партнером в компании. Она открыто поощряла своих молодых подчиненных стремиться к повышению и добиваться тех головокружительных высот, которых удалось достичь ей самой. Под ее руководством все казалось возможным и достижимым. Софи научилась у нее всему, что знала. Ей хотелось бы быть похожей на Джиллиан, когда она станет старше. Ей хотелось, чтобы у нее была такая же работа, как у Джиллиан, такая же уверенность, такое же внутреннее достоинство и такая же великолепная гладкая кожа.
— О господи, — мягко сказала Джиллиан, качая головой и глядя в окно. — Это самое ужасное, самое ужасное. Мысль о том, что твои дети останутся одни на целом свете. Самый отчаянный страх любой матери. — Она посмотрела на Софи. — Наверное, твоя подруга бесконечно доверяла тебе, Софи. Ты должна этим гордиться.
Софи ощутила угрызения совести. Уж меньше всего она испытывала чувство гордости. Ощущение, будто ее обложили со всех сторон, ужас и шок — да, она испытывала, но гордость среди ее эмоций не числилась.
— Да, конечно же, я этим горжусь, — солгала Софи, чтобы не разочаровать Джиллиан. — И знаешь, боюсь, мне понадобится взять на какое-то время отгул, пока дети будут жить у меня. Социальный работник говорит, что…
— Ну разумеется, — с готовностью согласилась Джиллиан и слегка подалась вперед на своем стуле. — Насколько?
— Совсем ненадолго, — торопливо ответила Софи, почувствовав, что Джиллиан уже вычисляет, каким образом это отразится на ее бизнесе. Ее начальница может проявить и сострадание, но она в первую очередь — рассудительная бизнес-леди. — Совсем немного времени… ну, неделю или две, пока они не разыщут их отца.
— Значит, ты хочешь взять прямо сейчас две недели отгула? — спросила Джиллиан уже с меньшей готовностью в голосе. — Чтобы сидеть со своими крестницами.
— Нет-нет… — начала было Софи, которой не хотелось вызвать у нее раздражение. — То есть разумеется, я хочу с ними сидеть — бедные малышки — но это не значит, что я собираюсь оставить свои обязанности в «МакКарти Хьюз». Ты очень добра, но я не собираюсь этим пользоваться. Большую часть времени я буду проводить дома, но стану по-прежнему давать указания Кэлу с Лайзой, и постараюсь приходить не меньше двух раз в неделю. Может, даже не меньше трех раз. Может быть, я буду заскакивать сюда каждый день. Найму няню или кого-нибудь…
— На две недели? — насмешливо спросила Джиллиан. Софи, очевидно, сказала какую-то нелепость, только она не могла понять, какую именно.
— Ну да, в агентстве или где-нибудь, — неуверенно сказала Софи.
— Это лишнее, Софи. Если все будет обстоять именно так, как ты сказала, мы вполне обойдемся без тебя несколько дней.
Это замечание задело Софи больнее, чем здоровая пощечина.
— Я знаю! — сказала Софи, неловко засмеявшись и чуть ли не хныча. — Но у меня как раз сейчас идут очень важные проекты, особенно эта вечеринка на корабле. Она ведь совсем скоро, дел еще целая куча, конечно, мы уже почти со всем разобрались…
— Конечно, — сказала Джиллиан, криво улыбнувшись.
— Я хочу сказать, пусть это будет вроде как отпуск, но я все равно буду продолжать работать, если, конечно, ты не против.
Джиллиан, казалось, принялась обдумывать ситуацию. А Софи в свою очередь в который раз удивилась, как это Джиллиан умудряется свободно повязывать плечи шикарными легкими шифоновыми шарфами так, что они не развязываются и не соскальзывают, как у самой Софи, что бы она ни делала. Может, она их приклеивает, подумала девушка.
— Послушай, — сказала наконец Джиллиан. — Я ценю твою преданность, Софи. Ее трудно не заметить. Просто мне кажется, ты не совсем понимаешь, с чем столкнулась. Давай так: если ситуация изменится или тебе станет тяжело справляться и там и здесь, Ева вполне сможет заменить…
— Нет! — перебила ее Софи, тут же пожалев об этом. Это было все равно что перебить королеву. — Извини, Джиллиан, просто я хотела сказать, что я вполне справлюсь. Не нужно меня кем-то заменять. Это совсем ненадолго. Думаю, это все не так уж и сложно.
Глава четвертая
Софи и Тесс не разговаривали друг с другом первые десять минут поездки на такси до дома миссис Стайлс.