Страница 32 из 207
— А может, все же за борт? От греха подальше.
— Ладно, Мила, я думаю, что на сегодня подарки закончились, давай забирай нашего гостя. Засунь его в самую дальнюю медкапсулу, чтобы мы о нем хотя бы пару дней не вспоминали. А то я за последние дни насмеялся на полжизни вперед и чувствую, что это еще не предел. Ты, там, подлечи его получше. Картриджей у нас теперь ну просто завались, да и не чета они нашим, старым, так что если у твоего пациента будут какие-то особые пожелания, не стесняйся, используй, мы потом все равно из его зарплаты все вычтем, он нам еще и должен останется. Мы же тоже шутить умеем, по-нашему, по-простому. Как принято в Содружестве. Селана, капитан, корабль к походу готов, думаю пора отправляться.
— Да, Аль, ты прав. Команда, занять места согласно расписанию.
Хотя я уже и провел на корабле определенной количество времени, но до этого момента вся моя жизнь на нем крутилась в весьма ограниченном объеме, каюта, рубка, полетная палуба и кают-компания. Все эти помещения располагались достаточно компактно и на одном ярусе, ну, за исключением полетной палубы, та в высоту занимала сразу три яруса, но и она имела выход в непосредственной близости от жилого сектора и рубки. Поэтому оценить истинные размеры судна, мне было как-то проблематично и только сейчас, когда Мила предложила занимать место на необычном транспортном средстве, чес-то напоминающего, те, на которых они ездили на планете я понял, что корабль, намного больше, чем я считал до этого. Поездка была не долгой, всего минут десять, при этом Мила перелетала с одного яруса на другой, как будто пыталась запутать следы.
— Мила, ты устраиваешь мне экскурсию по судну, или делаешь все для того чтобы я не нашел дорогу в твою вотчину?
— И то и другое, нечего всяким дикарям шляться возле медсекции, а то потом медикаменты пропадают, — и звонко рассмеялась, — ну и должна же я похвастаться нашим кораблем. Хочешь не хочешь, а почти полмиллиона кубических метров только трюм, а так выходит почти восемьсот тысяч. Совсем не маленький корабль, ты таких, наверное, еще и не видел.
— Я еще вообще космических кораблей не видел, ни таких, ни других. А те что запускают на земле, так это просто большая бочка, в которой с трудом удается разместить минимум оборудования и небольшой экипаж, да и не корабли это, а орбитальная станция. У нас в космос летают на ракетах, где вместо боевой части стоит маленькая капсула с людьми или с грузом. С вашей точки зрения, наверное, жутко примитивно. А мы гордимся своими достижениями, ведь у нас не было предков — джоре, которые оставили нам свое наследство, мы развивались полностью сами от каменных топоров и палок-копалок до интернета, орбитальной станции, компьютеров, ядерной энергетики и еще многого и многого другого. Все наши достижения это не тупое копирование найденных артефактов, это наши пот, кровь, боль и миллионы погибших.
— Олег, не обижайся, я совсем не хотела тебя обидеть, и я совсем даже не кичусь достижениями Содружества. Я просто горжусь нашим кораблем, ведь мы купили его на корабельной свалке, это был металлолом и не больше. Все что ты видишь было сделано нашими руками, нашими мозгами. Сейчас даже во Фронтире тяжело найти корабль третьего поколения, а наш, вот он, летает и еще будет летать. Так что, в чем-то мы схожи, мы и земляне, мы тоже как и вы всего добились и еще будем добиваться сами, пусть и опираясь на знания и опыт не только своей цивилизации. Но и на тех кто рядом, или уже ушел куда-то за горизонт.
— Да я и не обижаюсь. Просто я ведь знаю, что уже десятки тысяч лет на нашу планету прилетают чужие корабли, еще с тех пор, когда человеком на Земле и не пахло. Пришельцы оставили огромное количество материальных свидетельств своего присутствия, а наша официальная наука предпочитает закрывать на это глаза и полностью игнорировать. Что, уже приехали?
— Да, это моя медсекция, теперь только ножками, да тут не далеко, не бойся.
Ну, ножками, так ножками, нам не привыкать, мы еще неизбалованны всеми этими глайдерами, флаерами и прочими скутерами на гравитационной подушке и без. Идти и на самом деле оказалось не далеко, каких-то метров двадцать по неширокому коридору, в котором нас периодически ослепляли какими-то яркими вспышками, обдували мерзко пахнущими газами и орошали безвкусной водяной пылью, как я понял, это та5им манером нас обеззараживали и дезинфицировали. В конце пути нас ждало еще одна, на этот раз последняя обработка, по нам пробежал какой-то фиолетовый луч, после чего нас пропустили в святая-святых. В медсекции царит стекло, пластик и металл, хотя на счет стекла, это я наверное погорячился. Остановимся на царстве пластика и металла. Мне, привыкшему в каждом врачебном кабинете видеть всевозможные шкафы с полками, заставленными всякими разными пузырьками, упаковками с ампулами и таблетками, наблюдать медкабинет в котором расположились несколько странных ажурных устройств, а в углу приткнулась монументальная конструкция по типу саркофага, было несколько не по себе. Насколько я понимаю, вот этот самый четырехметровый саркофаг и есть легендарная спасательная капсула, что должна спасти человека даже в эпицентре ядерного взрыва. А что такой технологический монстр вполне сможет это сделать, это вам не в холодильнике прятаться. Оторвавшись от изучения спасательной капсулы, я поднял глаза на Милу. Вид у нее был несколько растерянный и несколько обиженный.
— И что ты уставился? Знаю я что модель жутко устаревшая, зато работает получше многих самых современных, да и картриджи у нас, просто чудо, таких до сих пор в открытой продаже нет. Так что раздевайся и ложись.
— Куда ложиться?
— Куда-куда, в медкапсулу, — и показывает рукой на саркофаг, — А ты куда подумал, вернее о чем?
— Я думал это спасательная капсула, ну на случай гибели корабля, чтобы значит спастись.
— Это, медкапсула, в ней я тебя буду лечить и проводить тестирование. Так что, пациент, отставить разговорчики, раздевайся и давай ложись. Полностью раздевайся. А я сейчас вернусь.
Подував, что эта самая медкапсула что-то вроде нашего МРТ, только помимо диагностики может еще и проводить какие-то процедуры, я быстренько разделся и юркнул во внутрь. Через пару минут появилась Мила, за это время успевшая переодеться, и удостоверившись, что я уже на месте нажала на какую-то кнопку. Трехсегментная крышка начала закрываться. Сначала закрылась нижняя часть, две массивных плиты просто сошлись как лезвия ножниц. Затем начала опускаться и верхняя часть, эта уже оказалась не сплошная, примерно на уровне лица была большая прозрачная вставка, скорее всего для того, чтобы человек не испытывал морального дискомфорта. Крышка опустилась, из микроскопических отверстий по периметру капсулы пошел какой-то газ, а мои руки т ноги мягко стянули эластичные ремни. Объем капсулы начал быстро заполняться какой-то розовой жидкостью, а я отключился.
6 глава
Как оказалось, не отключился. В какой-то момент приток жидкости, наполнявшей капсулу, остановился и ее уровень начал стремительно убывать. По периметру все так же поступал какой-то газ, а через окошко на верхней крышке все так же была видна Мила. Наконец и крышки капсулы начали открываться. Похоже, что инопланетное оборудование отказывается работать с моим телом, вон, Мила какая недовольная и даже вроде расстроенная.
— Мила, что, не получается? Не хочет ваша техника меня лечить, придется по старинки, таблетки, инъекции, грелка под зад…, э пятую точку опоры и клизму на сладкое?
— Почему не получилось, все в порядке, хотя я бы тебя еще недельку тут подержала. Я вообще не понимаю, как можно довести свой организм до такого состояния. Мало того что почти повсеместно наблюдается радиоактивное поражение организма, так клетки буквально пропитаны химией, а того количества тяжелых металлов что накопилось в твоем теле вполне хватит для загрузки небольшого реактора. Это уже не говоря про печень, которая непонятно почему еще работает и почки, которые должны были уже давным-давно отвалиться. Ты провел в медкапсуле двенадцать дней, но я бы тебе в ней еще столько же продержала. К сожалению, не получится. Аль просил как только ты очнешься сразу отвести тебя в его каюту, хотя я даже представить не могу, чем ты можешь помочь.