Заповеди Леса

 И я понимаю, что не все секреты можно узнать. Они похожи на тёмные узоры, украшающие некогда совершенно чистый лист. Я лишь хочу знать, какие из этих узоров связаны со мной.

 Тошно. Отвратительно. Мы танцевали, я прикасалась к нему, позволила быть так близко ко мне.

 И я чуть не погибла из-за своей глупости, поддавшись совершенно неуме­стным чувствам. Мою жизнь могло прервать существо из их мира. Вновь.

 Хотя Эрик и спас меня, но это ничего не меняло. Он был монстром, и об этом не стоило забывать.

 Моё тело трясло от отвращения. Я не могла забыть правды, не могла пред­ставить Эрика обычным человеком. Я заплакала, словно слёзы могли смыть всю ту грязь, что лежала на мне.

 Демон. Так сказал ырка. Ни оборотень, ни вампир. Демон. Понятно, по­чему ему так легко удалось выбить меня из равновесия, заставить сомневаться.

 А ведь тогда…

 Память беспощадно отбросила меня на четырнадцать лет назад.

 Мне шесть лет. Я спокойно играю на детской площадке. Мама куда-то отошла, но я знаю, что она скоро должна вернуться. Так иногда бывало. Она либо полностью доверяла мне, либо ей было всё равно. Мне было одиноко: Рома простудился и остался дома, а другие дети всегда избегали меня. В обычные дни он был моим единственным товарищем по играм. Чтобы хотя как-то развлечься я рассматриваю незнакомцев.

 Люди часто боятся выделяться среди себе подобных. Они одеваются в серую, повседневную одежду и сливаются с массой. Но я вижу незнакомца. Он будто появился из сна. Редко встречаются настолько красивые люди.

 Я удивляюсь, когда его тёмные, как ночь глаза смотрят на меня. Он улы­бается мне странной и жуткой улыбкой. Но я больше не чувствую себя, словно кто-то руководит мной. Я иду следом за странным незнакомцем, не обращая внимания ни на что вокруг.

 Я знаю, что детская площадка осталась далеко позади. И мама уже на­верняка вернулась. Она, наверное, уже начала паниковать. Но всё это кажется пустым и далёким.

 Незнакомец останавливается. Мы с ним находимся одни в каком-то тём­ном переулке. Впервые, мне становится страшно. Он медленно поворачивается. И когда я вижу его глаза, всё моё существо сжимается от страха. В его глазах горит красный огонь, и я осознаю, что передо мной вовсе не человек. Тени шеп­чут мне лишь одно слово: «смерть». Я не знаю, что мне делать: бежать, кри­чать или драться. Вместо всего этого я словно приросла к одному месту. И, ка­жется, меня уже ни чем не сдвинуть. Незнакомец снова улыбается, и на этот раз я вижу его белые клыки. Я не могу отвести от них взгляда. Но в какой-то момент ужас помогает мне очнуться, и я отступаю назад.

 Чудовище бросается на меня. Я вытягиваю вперёд руки, кричу, а затем наступает тьма.

 Медленно я вернулась в настоящее. Дыхание сбилось, я, словно пережила всё заново. Забавно, что окончание истории мне так и не удалось вспомнить. Я не знала, что произошло после того, как вампир бросился на меня. Я словно прова­лилась во тьму, а очнулась уже в больнице. Все говорили, что я подцепила какой-то грипп, у меня поднялась температура, и я потеряла сознание. С тех пор мама относилась ко мне менее халатно.

 В самом начале пути, до того как мне исполнилось шесть лет, она не слиш­ком сильно меня любила. Нам потребовалось время, чтобы наладить отношения друг с другом. И ещё немного времени, чтобы полюбить.

 Именно из-за этого случая я так сильно боялась Эрика. Все существа дру­гого мира вызывали у меня отвращение. Это чувство было у меня в крови, и оно отравляло все мои мысли и эмоции. Оно было сильным, не позволяло просто так через него перешагнуть.

 Теперь как будто существовало две Златы: одна я плакала и рвала своё платье, другая думала, что нашла себе чудесного друга.

 Через несколько часов в мою комнату вошёл Рома. Он сразу же заметил моё заплаканное лицо, подошёл ближе. Поднял меня с пола и отнёс на кровать. Нащупал в темноте застежку платья, расстегнул её, аккуратно стянул этот по­рванный клочок ткани с меня.

 Я словно лишилась воли, позволила ему делать со мной всё, что ему забла­горассудится.

 Он лёг рядом со мной, его ладонь покоилась на моем животе.

 – Ты меня не любишь, я знаю. Ты хочешь, чтобы рядом с тобой кто-то был, – я хотела возразить, но Рома прервал меня, – я не против.

 Я закрыла глаза. Пусть всё идёт своим чередом.

 И через спокойствие настойчиво пробивалось отвращение.

 Одно я знала точно: этот узел нужно разрубить раз и навсегда.

 – Я… – но тут я всё же нашла в себе силы, подала голос:

 – Забудь, Рома. Не произноси этих слов. Ты брат для меня и только. Я хочу сделать многое для твоего счастья. Но то, что ты просишь, невозможно.

 Он поднялся с кровати, бросил на меня уничтожающий взгляд.

 – Ты... Впрочем, неважно.