Заповеди Леса

 В волнах моря притаилась смерть. Она усмехалась в предвкушении пира. Шторм всегда был её верным сторонником.

 Небо приобрело необычный цвет из-за туч, полностью затянувших его. 

 Лишь молния пробиралась через плотную завесу. Где-то вдалеке слышался крик чаек, но этот вопль отчаяния временами полностью заглушал гром.

 Я стою на утесе, на самом его краю, и смотрю вниз. Ещё чуть-чуть, и я упаду, морская пучина навеки поглотит меня, но я не чувствую страха, не двига­юсь с места, жду своей участи, готовлюсь совершить непоправимое. Всего один шаг отделяет меня от смерти, и я должна это предотвратить, но моё тело не слушается голоса разума.

 Неожиданно чьи-то сильные руки оттаскивают меня от края, я сопро­тивляюсь, но у того, кто меня держит, мёртвая хватка.

 Незнакомец что-то говорит мне, но я не разбираю слов. Я поднимаю го­лову и...

 Я встречаюсь взглядом со своим спасителем. Его глаза…они цвета шторма, и, кажется, что если смотреть в них слишком долго, то можно уто­нуть…

 Он по-прежнему произносит какие-то слова, но для меня они становятся всего лишь шумом. Я даже не могу различить букв. Я только слушаю голос своего спасителя и погружаюсь в бездну до этого мне неведомую.

 Тепло разливается по моему телу, я чувствую, как моё сознание сплетается с сознанием незнакомца. Словно моя душа прирастает к его душе. Я теряю чувство собственного тела, меня больше не существует, я растворяюсь в другом человеке полностью и без остатка. У меня ещё есть шанс спастись, и я...

 Я цепляюсь за его голос и глаза, как за спасательный круг, но всё меркнет. Я теряю себя, и никто не в силах меня удержать от той пропасти, что так бы­стро поглощает мою душу.  

 Я исчезаю...

 Меня больше нет...

 Я становлюсь им и...

 Я открываю глаза и вижу лес, он окружает меня уже сотни лет, но я ни­как не могу привыкнуть к этой клетке. Возможно, она и прекрасна, но я не вижу цветов, не различаю их, в моём мире всё однозначно серое, и темница никогда не станет домом.

 Полная луна даёт о себе знать, голод вытесняет человека из меня. Я те­ряю разум, я теряю контроль. Но мне всё равно.

 Кровь. Эта алая жидкость предстаёт перед моим мысленным взором. Я помню, какого цвета она должна быть и чувствую, что она теперь навсегда яв­ляется единственной ценностью в моей нынешней жизни. 

 Я теряюсь в собственном безумии, меня больше нет. Есть лишь зверь, приносящий смерть всему живому на этой земле…

 И я проснулась с чувством пустоты. Рядом со мной никого не было: Рома, должно быть, ушёл несколько часов назад, чтобы мать не заметила. Она не пони­мала, что только мой брат мог помочь мне справиться и с видениями, и со снами.

 Озноб бил моё тело, не слишком приятное пробуждение. Хотя мне...

 Пора бы уже к этому привыкнуть, ведь минуло десять лет, с тех пор как я впервые увидела этот сон. Тогда всё было намного хуже, я закричала, перепугала близких мне людей, но они не могли разбудить меня. Сон сам решал, где ему оборваться. Каждый раз на одном и том же месте. Я не могла проснуться раньше, чем стану зверем.

 На следующую ночь всё повторилось.

 С того времени он снился мне постоянно. Несколько лет я пыталась разга­дать его смысл, расшифровать тайное послание, но, в конце концов, сдалась.

 Помню, поначалу я так боялась его, что старалась не спать, но чтобы я не делала, сон забирал меня к себе, а потом возвращал назад. От него нельзя было спрятаться, от него нельзя было убежать.

 Шли годы, я менялась, но сон оставался прежним. И я чувствовала, что сама становлюсь его частью, растворяюсь в нём.

 Раньше я часто задумывалась: каково это быть обычной? Во сне видеть не тайные знаки, а своих кумиров. Ходить в школу, влюбляться, сплетничать. Это не слишком много, это не какие-то высокие ценности, но я была этого лишена. А любопытство – страшная вещь.

 Всё моё детство сплошная тайна, и из-за этой тайны я была вынуждена от­казаться от многого. Я ходила в школу всего лишь два года, пока один случай на­всегда не закрыл для меня этот путь, а после долгие годы домашнего обучения и заочное отделение нашего родного университета.

 В детстве, ещё в раннем детстве, я видела призраков. Они приходили ко мне, успокаивали и играли со мной, они были моими истинными друзьями. Но я росла, и мои друзья становились моими злейшими врагами. Врагами, которые старались затащить меня в царство мёртвых раньше времени. Они приходили и шептали мне, что я – обманщица, что я не должна притворяться живой.

 И, возможно, они были правы. Где-то в глубине души я всегда понимала, что не принадлежу этому миру полностью. Мои ведения, мои сны, моя способ­ность видеть нечисть – всё это не было нормальным для обычного человека.