Заповеди Леса

На минуту в воздухе повисла тишина. И даже я могла ощутить напряже­ние.

Ветер колыхал листву, а на небе появились тучи. Две жёлтые бабочки ле­тели друг за другом, очевидно в поисках цветка. Но им не везло. В округе не было цветов. Землю лишь изумрудным ковром покрывала трава.

Я сравнивала лес из воспоминаний Ярослава с нынешним. И не находила отличий. Всё здесь словно замерло во времени.

– Я хочу, чтобы ты меня обратил. И мы уйдем с тобой вместе. Навсегда, – Марина поцеловала Ярослава, но парень не ответил на эту ласку. Он был слиш­ком удивлён. И казалось, что внутри него сейчас борются два разных человека.

Но эгоизм довольно часто побеждает. Желание быть с любимым человеком – можем ли мы назвать это эгоизмом? Временами мне кажется, что да.

– Ты уверенна? – в его голосе прозвучало ничем не прикрытые сомнение и страх. Он боялся, что она согласится, он боялся, что она откажется.

– Да, – одно слово, способное изменить всё.

– За тебя  я бы утопил в крови целый город.

– Но я этого не хочу, просто будь рядом.

Лес был покрыт туманом.

Я услышала тихие всхлипы. Моё природное любопытство как всегда побе­дило, и  я направилась отыскивать источник звука.

Первое, что я увидела кровь. Всё было в ней.

Кровавые следы вели к большому дереву. Я последовала к нему, и увидела окровавленное тело девушки.

Её белое платье было изорвано, покрыто алыми пятнами. Её длинные во­лосы в беспорядке размётаны по сырой земле.

Марина.

Она ещё была живой, но никто не мог ей помочь. Я взглянула на небо, и увидела, что его освещает полная луна.

Волчий вой раздался позади меня.  Я оглянулась. Ярослав в своём волчьем облике почуял запах крови. В его глазах не было ничего от человека.

– Нет! – крикнула я. Но разве был в этом хоть какой-то смысл! Кто мог ус­лышать меня в воспоминаниях? Как я могла изменить уже произошедшие собы­тия?

Я закрыла глаза. Мне не хотелось смотреть на то, что должно было про­изойти.

– Ярослав, – Марина пришла в себя, но Ярослав не узнал её. Он был всего лишь животным.

Я услышала рык и успела увидеть, как волк бросился в сторону девушки.

И великой силой воли мне удалось вынырнуть из этого воспоминания.

В лесу наступило утро.

Ярослав склонился над телом Марины. Он плакал, и его плачь переходил в бесконечный крик боли. Он не сознательно рвал на себе волосы.

Я смотрел на своего брата, и всем своим существом стремилась его уте­шить. Но не могла. Меня не было рядом с ним. Он был одинок, и это одиночество причиняло ему ещё большую боль.

На моих глазах выступили слезы. В моей груди поселилась боль. Его боль.

Эта утрата была теперь не только его, она стала и моей.

Твоя боль – моя боль, мой брат.

Всё закончилось. Я открыла глаза, и поняла, что сижу рядом с Ярославом. Он заметно нервничал, боялся моей реакции.

А потом заглянул в мои глаза и, должно быть, всё понял.

Я первая обняла его.

Вот так мы и продолжили сидеть ещё пару часов. Мы, наконец, обрели друг друга.

Я знала, что и он, и Елизара хранят ещё один секрет. То, о чём никто из них не хотел мне рассказывать. То, что в воспоминаниях было лишь мигом. Мой второй брат.

Эрик пришёл за мной вечером. Всё своё свободное время я провела с братьями.

Рома. Его состояние пугало меня. И с каждой минутой я всё больше боя­лась, что Рома никогда не очнётся.

Любовь приносит только боль? Или все же она дарит радость? Ответ на этот вопрос трудно отыскать. Для каждого человека он будет свой.

Когда-нибудь и я узнаю: какого это.

Мы с Эриком шли к поляне, держась за руки. Это уже начало входить в привычку. Его рука – моя якорь, моя опора.

Он рассказывал мне о книгах, которые прочитал в юности. Рассказывал о своих мечтах. И мне казалось, что он так глубоко ушёл в воспоминания, что уже даже не замечает меня.

Я встречала в своей жизни много людей. Но чаще всего они были пустыми куклами. Я видела мужчин и женщин, приходящих к матери по работе. С каким ажиотажем они обсуждали своих соседей, родственников, любовников, поливали их грязью!

Но Эрик не был таким. Он был так похож на меня и так не похож одновре­менно. Он просто был другим. Сложным, неповторимым. Мне хотелось, чтобы судьба его была легче. 

Я понимала, что он всегда стремился к другой жизни. Просто один невер­ный, сделанный по глупости выбор навсегда перечеркнул мечту.

– Эрик, послушай меня, – он остановился, прервался на полуслове, – езжай в город, начни все сначала.