Страница 11 из 13
А. Анкер. Бабушка. 2-я пол. XIX в.
«Я люблю в молодом человеке хорошие черты старости, а в старике – положительные качества молодости».
Г. Яковидис. Дедов любимец. 1890-е
Что может связать и объединить представителей разных поколений? Ведь между дедами и внуками зачастую лежит целая пропасть, измеряющаяся десятилетиями и эпохами. Может быть, общие предпочтения и привязанности – как это было в случае маленького Сережи Багрова и его сурового и властного деда?
«…Робость моя вдруг прошла, и печальное Багрово как будто повеселело. Мне показалось даже, а может быть оно и в самом деле было так, что все стали к нам ласковее, внимательнее и больше заботились о нас. По ребячеству моему я подумал, что все нас полюбили. Впрочем, я и теперь думаю, что в эту последнюю неделю нашего пребывания в Багрове дедушка точно полюбил меня, и полюбил именно с той поры, когда сам увидел, что я горячо привязан к отцу. Он даже высказал мне, что считал меня баловнем матери, матушкиным сынком, который отца совсем не любит, а родных его и подавно, и всем в Багрове „брезгует“; очевидно, что это было ему насказано, а моя неласковость, печальный вид и робость, даже страх, внушаемый его присутствием, утвердили старика в таких мыслях. Теперь же, когда он приласкал меня, когда прошел мой страх и тоска по матери, когда на сердце у меня повеселело и я сам стал к нему ласкаться, – весьма естественно, что он полюбил меня. В несколько дней я как будто переродился; стал жив, даже стал бегать беспрестанно, рассказывать ему всякую всячину и сейчас попотчевал его чтением „Детского чтения“, и все это дедушка принимал благосклонно; угрюмый старик также как будто стал добрым и ласковым стариком. Я живо помню, как он любовался на нашу дружбу с сестрицей, которая, сидя у него на коленях и слушая мою болтовню или чтение, вдруг без всякой причины спрыгивала на пол, подбегала ко мне, обнимала и целовала, и потом возвращалась назад и опять вползала к дедушке на колени; на вопрос же его: „Что ты, козулька, вскочила?“ – она отвечала: „Захотелось братца поцеловать“. Одним словом, у нас с дедушкой образовалась такая связь и любовь, такие прямые сношения, что перед ними все отступили и не смели мешаться в них. Двоюродные наши сестрицы, которые прежде были в большой милости, сидели теперь у печки на стульях, а мы у дедушки на кровати; видя, что он не обращает на них никакого вниманья, а занимается нами, генеральские дочки (как их называли), соскучась молчать и не принимая участия в наших разговорах, уходили потихоньку из комнаты в девичью, где было им гораздо веселее».
Т. Гейнсборо. Утренняя прогулка. 1785
Могучее дерево с раскидистой кроной и сильными корнями у многих народов мира почитается как символ древности рода, прочности семейных уз, нерасторжимой связи поколений. Главному герою романа Вальтера Скотта «Айвенго», «рыцарю, лишенному наследства», достаточно было изобразить на своем щите вырванное с корнями дерево, для того чтобы окружающие догадались о его взаимоотношениях с родными…
«Родовое древо», «генеалогическое древо» – эти выражения давно стали устойчивыми и никого не удивляют. И в самом деле: как жизнь дерева невозможна без корней, так и жизнь человека будет крайне сложна без осознания того, что за ним – поддержка старшего поколения, история семьи, уважительная память о прошлом. И не следует забывать, что уважение к нам и к нашей семье, то, каким будет наше «дерево», зависит не только от заслуг прабабушек и прадедушек, а прежде всего от нас самих.
У кого есть бабушка да дед, тот не знает бед.
У внуков ум от дедушки, а душа от бабушки.
Бабушке разве только дедушка не внук.
Была б моя бабуся, с ней ничего не боюся.
Молодость плечами крепче, старость умом надежнее.
Дед стар, да удал – за двоих стал.
Хорошо тому жить, кому бабушка ворожит.
Рассыпался бы дедка, кабы его бабка не подпоясывала!.
Корми деда на печи: и сам там будешь.
Не хороши вырастут детки, коль не присмотрят бабки да дедки.
Старики к правде короткую дорогу знают.
Бабушка – золотая сударушка! Бога молит, хлебом кормит, дом бережет, добро стережет.
Любимая няня
Казалось бы, разве няня – член семьи? Но вспомните: сколько известных писателей, музыкантов, художников, поэтов с глубокой благодарностью вспоминали о ней – скромной, незаметной, но незаменимой! Стал бы маленький Саша Пушкин «солнцем русской поэзии», если бы в его детстве не было Арины Родионовны, познакомившей своего воспитанника с сокровищами устного народного творчества? Появились бы на свет многие другие трогательные и романтические стихотворения – как, например, «Помню я…» Афанасия Фета? Как знать…