Страница 25 из 69
Нужно срочно что-то делать. Шадизарка тоже должна понимать, что сейчас поднимется переполох и спастись она сможет, только опередив охрану. Значит, она должна направиться к лесу. Около зданий на этот раз действительно делать нечего.
Неслышной тенью Соня скользнула наружу, не забыв прикрыть за собой дверь, и сразу бросилась на землю. Множество безмолвных фигур бродило вокруг. Дело явно принимало дурной оборот. Девушка не сомневалась, что теперь-то уж наверняка за стенами пристально следят. Однако, если она хочет остаться в живых, нужно выбираться, и сделать это необходимо сейчас, пока солнце не взошло над горами.
Она еще не знала, что случилось с братьями и Харалом, боялась даже подумать о том, кто так страшно кричал, но Альво и Сурхан с Альрикой ждут их. Пока не рассветет, никто не станет искать злоумышленников за стенами Логова. Она начала пробираться к юго-западному углу парка. Пряталась в тени деревьев или в зарослях кустарника, намечала путь и, выждав время, быстро меняла укрытие. Чтобы остаться незамеченной, ей пришлось немного забрать к северу...
Подойдя к самой границе парка, Соня увидела, что дальше ей не пробраться. Конечно, она могла добежать до стены, но та была слишком далеко, чтобы беглянку не заметили. На плацу и вокруг «сараев» она заметила прятавшихся людей. Значит, туда тоже нельзя. Похоже, дело плохо: ее собираются вытеснить на открытое пространство и там схватить. Оставалось только отступать к середине парка.
Она вспомнила о фонтане и, стараясь держаться в тени, пробежала мимо колокола, настороженно оглядываясь по сторонам, но сюда, похоже, охранники еще не добрались. Сердце ее радостно забилось: не все еще потеряно! Она еще обведет их вокруг пальца! Но когда девушка подбежала к краю зарослей и увидела медленно бредущих в ее сторону людей, все ее надежды рухнули. Опоздала!..
Север добрался до западной оконечности парка, но беглянки так и не нашел. Он понял, что где-то просчитался. Девчонка перехитрила его. Она или заметила его, затаилась и пропустила мимо, или... Или заметила прятавшихся людей и поняла, что здесь ей не выбраться. Север пригляделся и насчитал пяток едва заметных в ночи фигур. Что она теперь станет делать? Скорее всего, попробует пересечь парк и выбраться с северной стороны, но на это у нее времени уже нет. Охотники наверняка идут навстречу, вытесняя ее «а плац. Когда она поймет это, ей останется только быстро найти убежище и переждать их. Где она сможет укрыться, оставаясь в парке?
Фонтан, пожалуй, слишком мелок, но проверить все равно придется. Что еще? Пара беседок, достаточно высоких, чтобы спрятаться на крыше. Кусты и деревья... Нет. Кусты слишком малы, кроны деревьев хорошо просматриваются. Значит, выбор весьма невелик.
Выродки,проклятые! Они знали, что делают! Впустили их, а выпускать не собираются. Соне стало ясно, что с самого начала все они были обречены на поражение. Эта ворона, следившая за ними от самого Шадизара, ни одного человека вокруг — как это их не насторожило! От злости девушка едва не зарычала. А что они сделали с ее друзьями? Она никогда не слышала, чтобы человек так кричал. Что они сделали с ними?! Что они сделают с ней?! Она вспомнила про кинжал, про кровь убитого монстра с красными глазами, которая наверняка осталась на клинке. Ну нет, как бы там ни было, а кинжала они назад не получат!
Где бы его спрятать? Когда обнаружится пропажа, эти прихвостни волчьи весь парк перероют! Она выбежала на небольшую площадку, вымощенную тяжелыми каменными плитами. Здесь, в сооруженной из толстых дубовых балок арке; висел колокол. Пожалуй, то, что нужно. Соня забралась под высокий бронзовый стакан и, отыскав самую широкую трещину между плитами, быстро и ловко поддела мечом слой дерна, затем торопливо достала упакованный в чехол кинжал и, вдавив его в мягкую землю; прикрыла подрезанным пластом, аккуратно придавила ногой и расправила примятую траву.
Получилось замечательно. Самой бы так нырнуть куда-нибудь и затаиться. Она затравленно оглянулась — пока никого. «Быть может, еще не все потеряно?» — подумала она, припомнила начерченный Альво план, пытаясь найти на нем что-то не замеченное прежде, еще раз, уже внимательнее, осмотрелась и обомлела... О, Бел! Вот оно! Теперь ее никто не найдет! Этим кретинам ни за что не догадаться, где она.
Поиски закончились. Север последовательно обошел все места, которые могли послужить убежищем, но так никого и не нашел. Девчонка словно испарилась. Все участвовавшие в Охоте люди стояли с зажженными факелами, и пробраться мимо них тайком было просто невозможно. Впрочем, как и укрыться. Однако беглянка пропала.
Север не торопясь шел по аллее, в последний раз пытаясь представить себе, где могла бы спрятаться ловкая, а главное, умная девушка. Вероятно там, где никто не станет ее искать. Есть ли такое место? Наверняка есть, раз до сих пор ее так и не нашли. Он сокрушенно покачал головой. Вот они, уже видны. Мать-настоятельница, и Кучулуг в окружении самых преданных гирканцу стражей. Разара, как всегда, спокойна и немногословна, но это ничего не значит. С таким выражением лица она может наградить, а может и отправить на казнь или пытку. В последнем случае она даже изредка позволяет себе улыбнуться бедолаге на прощание.
Лицо Кучулуга светилось счастьем: он свою нехитрую работу сделал. Когда поднялась тревога, быстро расставил людей и прочесал лес и парк. Правда, никого не нашел, но это мало беспокоило гирканца. Его дело — боевая выучка послушников и надежность охраны, и, пока не доказано обратное, считается, что он свое дело знает.
Север подошел к ним, думая о том, что он сейчас скажет, как станет оправдываться, когда внезапная догадка осенила его. В первое мгновение он от нее отмахнулся, как от нелепицы, особенно когда представил, как будет выглядеть, если ошибется, но тут же понял, что прав.
Его тоже заметили, и оба обернулись, ожидая, когда он приблизится. Разара — сохраняя спокойствие, Кучулуг — не скрывая злорадства.
— Ты нашел девчонку? — прозвучал требовательный голос матери-настоятельницы.
— Думаю, да,— спокойно ответил Север.
— Тогда отчего ты один? — ехидно поинтересовался Кучулуг.
— Сейчас я позову ее.
Он увидел искреннее удивление на лице повелительницы и ехидную ухмылку Кучулуга, но не обратил на нее ни малейшего внимания. Он на ходу вытащил из-за пояса небольшую булаву, с которой никогда не расставался, размахнулся и с плеча ударил по колоколу. Низкий вибрирующий звук заставил затрепетать каждую клетку тела. Кучулуг собрался было расхохотаться, но в следующий миг девушка упала на каменные плиты. Капюшон слетел с головы, и рыжие кудри разметались по камням.
Север бережно поднял ее на руки и остановился перед Разарой. Та кивнула двум стражникам:
— Заприте ее.
Вожак поставил еще не пришедшую в себя девушку на ноги и, поддерживая ее, пошлепал по щеке. Она встрепенулась, приходя в себя, мгновенно поняла, что произошло, и попыталась вырваться, но ее тут же схватили люди Кучулуга, и Соне ничего не оставалось, как подчиниться. Север знал, что последует дальше, а потому не стал дожидаться приказаний матери-настоятельницы и быстро обезоружил пленницу: снял пояс и проверил, не осталось ли еще чего.
— Уведите! — Настоятельница жестом отпустила остальных стражей и повернулась к Вожаку: — Спасибо, Север! Ты, как всегда, превосходно справился со своей работой. Без тебя мы бы ее не нашли.
Услышав слова Разары, Соня обернулась и смерила его ненавидящим взглядом, а в глазах Кучулуга зажглась такая жгучая зависть, что Север понял: сегодня он укрепил свои позиции в клане, но зато приобрел нового врага и усилил ненависть старого.
Высокая цена...
Глава четвертая
Сердце Альрики тревожно стучало, отсчитывая оставшееся до рассвета время. Окружающий ее суровый мир погрузился в сон. Поначалу она еще слышала звуки ночной жизни леса, но очень скоро — почти сразу после того, как четверо друзей скрылись из виду,-— пропали и они. Даже ветер перестал шевелить ветви деревьев, словно сама природа забылась тяжелым сном.