Страница 16 из 42
— Хочешь совет? Заключи брачный контракт в следующий раз, — говорит Мередит, открывая свое меню и поглядывая на меня. — Хорошо? Ты предупредила меня однажды не брать устрицы на десерт, но я должна была сказать тебе это. И мне кажется, что я хочу кое-какие морепродукты.
Я не совсем еще отошла от ужасного слова.
— Брачный контракт? — смеясь, переспрашиваю я. — Он не понадобится. Мне кажется, я стану в последствии хитрой женщиной Казанова. Попав на Ривьеру и встретив так много горячих мужчин с еле уловимым акцентом. Это точно мой шанс — стать женщиной-загадкой, — я тоже просматриваю меню и стараюсь не вспоминать оргазмы прошлой ночи. Я должно быть была пьяна. Ну, хорошо, я точно знаю, что была пьяна, но я была в своем уме. Секс, конечно же был умопомрачительным, действительно хорошим, особенно с незнакомцем в чулане, пропахшем аммиаком. Если не учитывать, что этот незнакомец оказался адвокатом, который также, черт побери, оказался самым хладнокровным засранцем. Даже Дэвид Теннант со мной согласился в этом вопросе.
Интересно, этот хладнокровный мудак когда-нибудь найдет мою сумочку? И тут же возникает другой вопрос — стоит ли мне с ним встретиться и выяснить это? Появится ли у нас еще один шанс поговорить?
Я удивляюсь, почему мне настолько нравится эта мысль.
11.
Нейт
Вода в бассейне сверкает и переливается в лучах жаркого полуденного солнца, где резвятся полураздетые женщины, плескаясь и смеясь. В пустыне воздух теплый, не обжигающий, особенно под тенью зонтика. Я словно нахожусь в парадиз, в моем собственном рае среди красивых тел и коктейлей у бассейна. К сожалению, проблемы по поводу столкновения с законом, произошедшие ранее сегодня утром, испортили мне все веселое настроение.
Кроме того, существует еще и Джулия, даже сейчас я думаю о ней. И это отвлекает намного больше от веселья, больше, чем немного.
Солнце чертовски яркое, я надел солнечные очки, поэтому головная боль не зашкаливает. Пока я сижу в тени с Майком, пью пиво, чтобы как-то лишиться похмелья перед началом церемонии, и смотрю вперед, фокусируясь. Фокусируясь, имею в виду на Тайлере, устраивающем целое эффектное представление, такое часто происходит в совместной поездке.
— Бомбочка![10] — кричит он, прыгая в бассейн, стайки хихикающих женщин визжат и быстро отплывают от него, игриво повизгивая.
В висках от их визга стучит.
Тайлер появляется на поверхности воды, подплывает к бортику и нежась в воде, лениво ухмыляясь, спрашивает:
— Леди. Кто хочет сблизиться с maître d’бабочкой?
Думаю, он имел ввиду maestro, а не метрдотель, но я не собираюсь его поправлять. Не знаю даже, что хуже: что он говорит эти идиотские слова или, что женщины, похоже, влюбились в него. Двое начинают хихикая, обмениваться с ним фразами. Одна даже проходит рукой по его руке.
Куда катится цивилизация? Женщины бросаются на Тайлера Беркли? Когда у нас что-то пошло не так?
— Черт возьми, парень. Тебе нужно встряхнуться. Почему бы тебе не поплавать в бассейне? — спрашивает Майк, поглядывая на меня с пивом в руке. При виде алкоголя у меня немного сжимаются кишки, но сейчас (несмотря на то, что оно теплое) пиво помогает мне от мигрени.
— Нет настроения, — говорю я, закидывая в рот две таблетки адвила от головной боли, которые, я полностью уверен, совершенно безопасны с пивом.
Их необходимо принять, поскольку пульсирующая боль укоренилась у меня в голове и еще... Отчасти потому, что после посещения стрип-клуба, я вспомнил все, все, что там происходило, поэтому Джулия не выходит у меня из головы. Никогда она закатывает глаза или раздражается, а ту вчерашнюю во второй половине дня, ощущение ее кожи, вкус ее губ, как она стонала, когда я был внутри нее. Кстати она впивалась ногтями мне в спину и царапалась, когда причитала низким голосом, пока я наполнял ее и трахал.
Понимаете, теперь? Именно из-за этого сегодня я не буду плавать в бассейне. Мне не стоило вспоминать вчерашнюю интрижку, и с выпирающим членом в моих плавательных трусах лезть в воду. Это семейный бассейн.
Черт. Я действительно возбудился от воспоминаний, поэтому специально немного сутулюсь, чтобы прийти в чувство, поскольку к нам идет Стейси. По-видимому, вчерашняя вечеринка ее нисколько не беспокоит. На ней одет ярко-розовый бикини, вокруг талии повязано полотенце, на голове — ковбойская шляпа.
— Мальчики, вы проснулись наконец-то? — спрашивает она, не глядя на Майка, а глядя на меня и слегка морща лоб. — Ты уладил все с полицией?
— Смешно, — говорю я, делая глоток очень теплого, дерьмового пива. — Кажется я уже говорил, они задали всего лишь пару вопросов.
Я никому не рассказал о фонтане. Я никогда, ни в коем случае не смогу больше с ними встречаться и вот так проводить время, если они узнают. Майк и Стейси ни за что не похоронят эту забавную историю, даже если такая история произошла двадцать чертовых лет назад. И даже будущих своих детей на бар-мицва[11] шедро будут угощать историей моего незаконного купания голышом.
Стейси надувает губы, не покупаясь на мой ответ, но по крайней мере она не продолжает выспрашивать.
— Малыш, нам стоит пойти на ланч. Я голодна, — стонет она, положив руки на живот. Майк смеется и поднимает очки.
— Ты действительно можешь быть крутой, когда тебе осталось несколько часов до алтаря? — спрашивает он, как бы всерьез, но не очень.
— Это не алтарь, это хупа в Лас-Вегасе. Не путай все вместе, — она проходится рукой по волосам. Знакомый, интимный, счастливым жест, который заставляет меня отвернуться.
— Давай зови Казанову, — смеясь говорит Майк, наблюдая за Тайлером, который хватает одну из визжащих девушек и бросает ее в бассейн.
Стейси кладет пальцы в рот и пронзительно свистит. Все в бассейне поворачивают к ней головы, а Тайлер кувыркается и уходит под воду.
— Достаточно. Уровень такого звука могут слышать только собаки и будущие мужья, — говорит Майк, беря ее руку и целуя, притягивая в свои объятия. Она громко смеется.
Боже, они так счастливы, но им все-таки стоит вспомнить, что они находятся в общественном месте. Любовь должна быть тайной и скандальной, чтобы потом ты мог извиниться за переживания.
Ладно, даже для меня это немного сурово, но не на много.
— Собаки и будущие мужья чем-то похожи, — говорит Стейси, целуя Майка. Он ухмыляется.
— Все время с открытой пастью и вываливающемся языком? Блохи? — он целует ее в подбородок. — Гадят в доме?
— Грязные и очаровательные. И да, гадят в доме, но немного тренировки помогут все исправить, — она обнимает его за шею. — Вот почему я люблю их. Собак, я имею в виду.
— Отлично. А то я уже боялся, что ты скажешь, что любишь меня. Не знаю, как бы я справился с переполняющими меня эмоциями.
Они продолжают целоваться и хихикать, а я продолжаю делать вид, что игнорирую их и наблюдаю за Тайлером в бассейне. Свист Стейси сделал свое дело, Тайлер медленно плавает и кадрит девушек.
Я хотел быть как он, с таким же удовольствием проделывать свои чертовы завоевания в великом Лас-Вегасе. Может, мне стоит принять пенициллин, чтобы убить эту чертову боль? Очевидно же, что я в состоянии иметь горячий, случайный секс с незнакомками. На самом деле с одной конкретной незнакомкой...
Я не могу выкинуть Джулию из головы. Шутница и все такое, интересно, что она сейчас делает? Мне хочется почувствовать ее под собой. Вчера в чулане было черным-черно; а мне хотелось бы увидеть ее глаза, как они расширяются, как она открывается рот, когда кончает и выкрикивает мое имя.
Или, мне стоит пойти наверх и подрочить, потому что это тяжело — эта ситуация очень отвлекает.
— Эй, ты! — Стейси толкает меня ногой, сидя на коленях у Майка, обхватив его за шею. — Все прошло хорошо вчера ночью с Джулией Стивенс, а? — ухмыляется она.
10
Бомбочка — прыжок в воду с поджатыми к груди ногами.
11
Бар-мицва – иудейская традиция, обрезания мальчиков на 13 лет.