Страница 10 из 95
Комната была обставлена основательно. То ли статуя, то ли стальные доспехи рыцаря. Еще одна фигура, из черного, как эбонит дерева, видимо африканской выделки изображала гротескного вида женщину с длинными отвисшими грудями. Но не это привлекло внимания спутников.
На огромной кровати, прямо за которой с карниза словно палантин ниспадали массивные бархатные шторы бордового цвета, возлежал Тетрахромбиул, в окружении аж целых четырех полуобнаженных девушек, с одной из которых спутники только что успели познакомиться. Одежка девушек была призвана не столько прикрыть наготу, сколько выгодно подчеркнуть ее в самых интимных местах.
– Вот это цветник! – подумал про себя Четырехкрылый. Одна тоненькая блондинка, та что встретила их. Вторая пухленькая с рыжими волосами и большой грудью. Еще две девушки, стройненькие едва одетые, шатенка с вьющимися волосами и брюнетка с прямыми, отливающими цветом вороного крыла, волосами мяли Эфтану плечи.
– Добро пожаловать! – произнес Эфтан вальяжно, облаченный в стильный шелковый халат черного окраса. – Сказали, вы от Флоры? А что она сама не пришла. Я был бы не прочь ее видеть здесь.
– Вот да уж! – подумал про себя Четырехкрылый. – Кто бы сомневался.
– Она занята. – Ответил Рафаэль.
– Так что вы хотели передать от ее имени? – с натянутым удивлением протянул Эфтан.
– Нам нужен путь на Орбус. Говорят, вы имели отношение к появлению ока зла.
– Вы слышали? – обратился Тетрахромбиул к своим красоткам. – Разве можно представить что я – истинное воплощение зла.
– Никак нет, хозяин. – Протянули все четыре его наложницы в один голос.
– Говорят – произнес хозяин шепотом, что там, на Орбусе, просто тьма таких наложниц, как здесь, и правит ими Королева. Даже песню сложили:
Где мистичен народ
и божественна плоть
в снежно-нежном дворце
Королева живёт.
Где горят фонари,
и во мгле нет зари,
твою жажду любви
как вино Она пьёт.
– Так ты знаешь туда путь? – не унимался Рафаэль.
– Не знаю.
– Может быть, это поможет? Флора просила передать. – Блондинка подошла, и Рафаэль вложил ей в руки мешочек. Та передала Тетрахромбиулу.
Тот потряс, зачерпнул горсть и рассыпал прямо на постель.
– Восхитительно! – те самые руны, которые мы придумали с Тенебриусом. Оказывается, ты послушай, они их воплотили в жизнь. – Щедрый подарок.
– Просьба о помощи! – поправил Рафаэль. – Есть какой знак? Фло просила помочь. Или хотя бы узнать, как связаться с Тенебриусом, чтобы он помог.
– Руны говорят, что время приходит. Все сходится. Флоре незачем волноваться.
– Что передать Флоре? Она и так знает, что все получится. Ей нужен точный ответ, как найти путь.
– Я сам все напишу. Девушки, соберите руны. – Отрезал хозяин. – Милана. – обратился он к блондинке, которая играла сегодня роль служанки. Принеси мне бумагу, чернила, и печать с сургучом.
Похоже, он очень сильно унижал ее. Та безропотно вспорхнула с кровати, и нужные инструменты были у Эфтана в руках. Произошедшее далее весьма поразило скромных и целомудренных мужчин. Рыжеволосая девушка встала на четвереньки, и хозяин уселся на нее. Черноволосая разложилась точно также, но уже перед ним. Словно на столик, он положил на ее спину лист бумаги, печать, сургуч и перо вложил обратно в руки Насти, которая стояла перед ним, замерев, словно живая карандашница. Эфтан поманил шатенку, и та покорно уселась рядом, на колени, смотря на Эфтана снизу вверх и возбудительно приоткрыв рот. Эфтан откупорил чернильницу, чуть взболтнул и поднес ее ко рту.
– Что он хочет сделать? – только и подумал Четверокрылый, недоумевая.
Эфтан вставил чернильницу в рот рабыне, как в подстаканник. Еще раз расправил лист бумаги, похрустел пальцами, взял перо из рук блондинки, и принялся писать, то и дело, окуная перо в (хотелось бы даже заметить, живую) чернильницу. Наконец, письмо было написано, Эфтан отдал перо Милане, свернул бумагу в трубочку, обернул шелковой нитью, завязал в узел и скрепил печатью.
– Все, дорогие, сеанс закончен – сказал он так, что даже было непонятно, кому. После чего привстал и улегся где было. Милана вынула изо рта девушки чернильницу, закрыла и унесла. Девушки освободились и, довольные, снова окружили хозяина.
– Передайте письмо Флоре. Сами не вскрывайте. Только она должна. И ни в коем случае не допустите, чтобы письмо попало в чужие руки. Особенно этих… ну тех, что вы боитесь.
– Доставим в целости и сохранности. – Произнес Четырехкрылый.
– Головой отвечаете. – Добавил Эфтан.
– Можете не сомневаться. Благодарим за содействие. Нам пора. – Ответил Рафаэль.
– Как, даже к нам не присоединитесь? – удивился Тетрахромбиул.
– Иди сюда, приласкаю. – Воскликнула Милана, глядя на Рафаэля.
– Мы не за этим пришли.
– Как скучно.
У Четырехкрылого самообладания было меньше. Он никак не мог оторваться от полных грудей еще одной подруги Тетрахромбиула.
– Ну что смотришь, нажимай! – поманила та его.
– Э, нет, – нерешительно отказался Четырехкрылый.
– Жаль, – произнес Тетрахромбиул. – по-дружески угощаю, а вы…
– Лучше бы ты дорогу на Орбус показал.
– Все что мог, рассказал, друзья. Ну если, не хотите с нами развлечься, тогда счастливой дороги, не мешайте.
Пухлая девица с огромными грудями, на которые вожделенно смотрел Четырехкрылый вызвалась проводить.