Страница 59 из 61
Все уселись за стол, накрытый вышитой скатертью.
— Сложно произвести философский камень? — заинтересовалась Катаржина.
Алхимик блеснул зубами в ответ.
— Это требует чуточки умения, гораздо сложнее было узнать рецептуру… Сетон решил мне ее сообщить только на смертном ложе. Я не был уверен, а не заказать ли с мясокомбината бутылочку телячьей крови, — глянул пан Михал на Монику.
Та лишь отрицательно покачала головой.
— Мастер, а что вы делали все эти годы? — обратилась к алхимику его ученица.
— То же самое, что и вы — пытался выжить, — ответил тот. — Бывал купцом в Норвегии, видел, как умирает Ганза, затем отправился в Новый Свет… В горах Боливии у меня имеется гасиенда. Если захотите отдохнуть пару лет или столетие… В любом случае, приглашаю.
И, наконец-то, пробил час для великого деяния. Свет гасят: цвета субстанции, а тем самым и ход процесса, определяют в свете свечей и жара раскаленного угля. Катаржина с Моникой ничем помочь не могут, но им разрешили присматриваться к процессу. Они присели на стульях возле стеночки, а Сендзивой со Станиславой проводят ритуал очищения огнем.
Бронзовый кубок помещен на деревянное основание и заполнен пропитанной спиртом паклей. Алхимик зажигает содержимое. Он становится лицом к востоку, рисует в воздухе звезду Давида, цитирует по-еврейски фрагмент из Сефер Ецира[148]. Теперь очередь Станиславы. Она произносит двенадцать сфирот[149]. Сендзивой очерчивает вокруг себя шесть кругов, в соответствии с движением часовых стрелок. Он подает чашу девушке. Та делает шесть оборотов против часовой стрелки. Окружность — это самая совершенная из математических фигур. Огонь выжжет злые мысли и десятки отрицательных энергий, о которых так любят упоминать биоэнерготерапевты.
Катаржина была приготовлена к тому, что деяние начнут с разжигания атанатора (алхимической печи), но несколько разочаровалась. Небольшая газовая горелка, на которую был поставлен наполненный пеплом тазик. В пепел алхимик помещает стеклянную реторту.
— Магний, — командует он.
Стася берет со стола баночку с металлическими стружками. Очень умело она «лепит» из них как бы сосульки, заворачивает каждую в бумажную тряпицу и с поклоном подает мастеру. Алхимик размещает их в реторте, после чего заливает густой субстанцией из очередной банки. Он зажигает горелку.
— Теперь придется немного подождать, — обращается он к зрителям.
Сендзивой отходит от стола. Из шейки резервуара поднимается струйка пара. Станислава приносит из кухни самую обычную скороварку, умело выворачивает предохранительный клапан и вставляет на его место медную трубку.
Алхимик присматривается к густой массе.
— Выделяется масло, — спокойно сообщает он. — Уже недолго, — он вынимает из кармана небольшие песочные часы и ставит на стол. Песок пропитан фосфором, в темноте на дне половинки часов растет небольшая, светящаяся кучка.
Наконец высыпалась последняя песчинка. Мастер гасит огонь. Масса начинает остывать. Станислава приносит из кухни два ведра с водой. Одно подвешивает к потолку, второе ставит на полу. Еще она подготавливает несколько метров пластиковых трубок, купленных в магазине автомобильных запчастей. В глазах алхимика отблеск камина зажигает искорки.
Он осторожно вынимает реторту и переливает ее содержимое в скороварку.
— А ведь когда-то дистиллировать было гораздо сложнее, — обращается он к двум зрительницам.
— Знаю, — улыбается ему Моника. — Я же гнала палинку.
Крышка, две пары щипцов для химических опытов. Трубка, выходящая из скороварки, соединяется с холодильником. Дефлегматор[150] в данном случае не нужен. Сивушные масла отделять не будут, не самогонку же гонят…
Под скороваркой сильный огонь. У верхнего ведра в дно встроен затвор. Очередная трубка; вода, циркулируя вокруг внутренней спирали, будет охлаждать пары… Другая трубка отведет жидкость в ведро на полу. Очень эффективная система охлаждения, используемая в сараях, подвалах и повсюду там, где народ занимается производством вкусной, недорогой и незаконной при том самогонки…
Прошло где-то с час, пока масло в скороварке закипело. В стеклянную мензурку начинает стекать красноватая жидкость.
— Ликвор, — поясняет алхимик.
Треть полученной таким образом жидкости он вливает в банку. Последующие приготовления. Чуть ранее Станислава уже успела в фарфоровой ступке растереть немного золотых опилок в тонкую пыль[151].
— Унция золота, четыре унции меркурия, восемь унций серы, — командует алхимик.
Он вливает ртуть, мешает. Жидкий металл соединяется с золотом, образуя амальгаму… Теперь сера.
— А когда-то чистую ртуть получали, протирая ее через воловью шкуру, — вспоминает Станислава.
— К счастью, теперь это уже легче, — усмехается пан Михал.
Смесь он заливает в тигель, сам тигель ставит на горелку.
— Испарения ртути ядовиты, — замечает Катаржина.
— Таки да, — соглашается алхимик и отступает в тыл.
Масса постепенно выгорает. Через час на дне сосуда остается лишь немного толстого, белого пепла.
— Но ведь окись серы должна быть красной, — замечает бывшая сотрудница Бюро.
— Не пытайся применять к этому современные знания, — поучает ее Сендзивой. — Это может быть и сернистая ртуть. Сегодня ночью мы переступим границы обычной науки…
Он бросает пепел в посудину с длинной шейкой, заливает приготовленным ранее ликвором; вновь устанавливает в тазик с песком и ставит тот на огонь. По сторонам размещает четыре черных пирамидки — кусочки метеорита.
— Они родились далеко отсюда, — отвечает Сендзивой на незаданный вопрос. — Так что они представляют собой аномалию и серьезно влияют на наши судьбы. Благодаря их присутствию здесь, мы можем нарушить законы, которыми руководствуется химия… Ну что, у нас есть четыре часа.
Все переходят в другие комнаты. На шкафу, помимо старинных, оправленных в кожу книг, лежит скрипка.
— Можно? — спрашивает Моника.
Алхимик кивает. Девушка берет инструмент, опирает на плече, ведет смычком по струнам.
— Красиво играешь, — через какое-то время оценивает Станислава.
В отличие от кузины, Катаржина обладает прекрасным музыкальным слухом. Она выхватывает мелкие шорохи, являющиеся следствием недостатка упражнений за последние годы.
— В кого ты стреляла? — спрашивает мастер Михал.
Моника вздрогнула. Мелодия утонула в диссонансах и замолкла.
— Откуда…
— По внешнему виду, — отвечает Катаржина. — На щеке следы от несгоревших зернышек пороха…
— Босния, — с неохотой объясняет вампирица. — В течение нескольких лет. Ты этого можешь и не понять, — глядит она на бывшую сотрудницу Бюро, — но ведь я до сих пор боснийская княжна. Это дает привилегии, но и обязанности. Феодал обязан заботиться о своем народе… Жаль только, что в этом плане, снайперская винтовка — это оружие трусов. Но у врагов слишком большой перевес, — ее глаза темнеют.
Алхимик ничего не говорит. Вспоминает, как в Любельском воеводстве со старинным самострелом в руках охотился на гитлеровскую солдатню. Иногда невозможно не убивать, хотя сам он в спину никому и никогда не выстрелил.
Смесь в сосуде завершила свою реакцию. На дне стеклянной посудины находится субстанция, на вид напоминающая красный пудинг.
— Перед вами Витрол, живое золото, семя металла и дух материи, — поясняет алхимик. — Вот теперь, когда уже все субстанции собраны, мы можем приступить к великому деянию.
Из корзины с паклей он вынимает стеклянное яйцо с очень толстыми стенками. Оно снабжено завинчивающейся пробкой. Кроме того, все яйцо плотно оплетено металлической сеткой, способной выдержать чудовищное давление.
148
Сефер Йецира (ивр. ספר יצירה, Книга творения) — один из основополагающих текстов в учении Каббала, авторство которого традиционно приписывают Аврааму. В этом кратком сочинении содержится учение о сотворении мира, времени и душе человека посредством 22 букв еврейского алфавита и 10 скрытыми путями-сфирот. — Википедия
149
По одной версии «сфирот» (ивр. סְפִירוֹת) происходит от слова сефер (ивр. סֶפֶר, книга). По другой — от слова «сапир» (ивр. סְפִיר), «светящийся». По иной— «сфирот», в буквальном значении — элементы счета («сфор» — на иврите «считать»; это корень слова «миспар», номер, см. «Сфират Аомер»). Этимологическая связь с греческим словом «сфера» остаётся неясной.
10 сфирот — 10 скрытий Высшего Света, существующих, чтобы творения смогли получить этот Свет.
Им соответствуют:
1 °Cвященных Имён Творца, упомянутых в Торе (Зоар, Ваикра п. 156–177).[10]Действующие лица Торы. Иерархии ангелов.5 бхинот (уровней): кетер, хохма, бина, тиферет (называемая также Зэир Анпин) и малхут. Каждая из этих 5 бхинот, в свою очередь, состоит из своих собственных 5 бхинот. Однако в бхине тиферет уровни сфирот уменьшились с уровня ГА" Р, поэтому в тиферет сфирот называются не КаХа" Б Ту" М, а ХаГа" Т Н" А (хесед, гвура, тиферет, нецах и ход), а сфира есод, объединяет их всех. 5 миров.
Кетер (כתר)
корона
Эке
Адам Кадмон
Хохма (חוכמה)
мудрость
Йя
Адам
Ацилут, мир эманаций
Бина (בינה)
понимание
Авая
Ева
Брия, мир сотворения
Хесед (חסד)
милость
Эль
Авраам
Михаэль
Ецира, мир создания
Гвура (גבורה)
строгость, суд
Элохим
Ицхак
Габриэль
Тиферет (תפארת)
красота
Авая
Яаков
Рафаэль
Нецах (נצח)
вечность
Цваот
Моше
Ход (הוד)
слава
Цваот
Аарон
Йесод (יסוד)
основа
Шадай
Йосеф
Малхут (מלכות)
царство
Адонай
Давид
Асия, мир действия
150
Приспособление для разделения жидкостей при фракционной перегонке. — Викисловарь
151
Вот как это можно сделать в ступке — нэ понимай! Золото ведь металл, а не минерал!!! Согласен, золото можно превратить в пыль осаждением, но механическим путем? Любые шлифовальные смеси в силу исключительной мягкости и ковкости золота просто не сработают. — Прим. перевод.