Страница 6 из 51
– Не выкинешь один из стульев для Каллахан? – спросил Хартли.
Бриджер одним движением пальца отодвинул тяжелый деревянный стул в сторону. Он тоже был первоклассным спортсменом – с широкой грудью, обтянутой футболкой с логотипом студенческой хоккейной команды, и бугристыми, покрытыми веснушками бицепсами. Бриджер был почти таким же красивым, как Хартли. Когда Хартли представил нас, как своих соседок, он усмехнулся.
– Так вот кому я сбагрил Хартли. Мы с ним должны были быть соседями. Если вдуматься, я мог неосознанно столкнуть его с той стены, чтобы заполучить себе сингл.
– Как мило, – сказал Хартли. – Слушай, можешь после ужина оказать нам услугу? Этим дамам нужно купить диван в Старом кампусе. Нести совсем близко, по лестнице подниматься не надо. И ты сможешь заценить мое модное инвалидное обиталище.
– Хорошо. Кстати, а что ты делаешь вечером?
Хартли покачал головой.
– Что решит Стася. Завтра утром она уезжает.
– Ясненько. – Брови Бриджера приподнялись. – Чувак, только побереги ногу. Оставь акробатические позы на следующий раз. – Когда Хартли бросил в него скомканной в шарик салфеткой, Бриджер только расхохотался. – Тебе дают нормальные болеутоляющие?
– Да, но меня от них выворачивало, так что я оставил их дома. Есть старый добрый адвил, его я горстями и ем.
К нам подсел еще один парень – стильный блондин с прилизанной стрижкой.
– Нога так сильно болит? – спросил он.
– Болит абсолютно все, – сказал Хартли. – Здоровая нога из-за двойной нагрузки, бедро из-за гипса. Даже подмышки болят.
– У тебя ручки на костылях опущены слишком низко, – проговорила я, вытирая салфеткой рот.
– Серьезно? – оживился Хартли.
– Серьезно. Подними их на деление выше, а на подмышечники больше не опирайся.
Он показал на меня палочкой жареной картошки.
– Ты очень полезный сосед, Каллахан.
Я покачала головой.
– Если б существовала телеигра на тему физиотерапии, я бы дошла до финала.
Блондин бросил на меня странный взгляд. Но я к таким взглядам привыкла. И потому вместо того, чтобы расстроиться, доела свою булку с тефтельками. Она была очень вкусной.
***
После ужина мы с Даной заплатили сорок долларов за подержанный диван не слишком уродского оттенка синего цвета, а Бриджер и блондин, которого они называли Фэйрфакс, доставили его к нашей комнате.
– Спасибо, спасибо, спасибо! – воскликнула Дана, крутясь перед ними и открывая дверь. Дверной проем в комнате для инвалидов был настолько широким, что им даже не пришлось укладывать диван на бок, чтобы занести его внутрь.
– Симпатичная комната, – произнес Бриджер, опуская свой край дивана. – Давай теперь посмотрим твою, Хартли.
С открытыми настежь дверями мне было слышно, как друзья Хартли восхищаются его комнатой. У Хартли не было общего пространства, как у нас, но я заметила, что его комната тоже большая.
– Двуспальная кровать? Офигеть.
– Как невовремя твоя девушка решила уехать, – хмыкнул Фэйрфакс. – А где она, кстати?
– В торговом центре? В салоне? Короче, в каком-нибудь дорогом месте, – ответил ему голос Хартли. – Неважно. Кто хочет пива, пока она не вернулась?
***
Вдоволь навосхищавшись нашим новым предметом мебели и уложив перед ним в качестве журнального столика Данин чемодан, мы отправились через весь кампус на джем а-капелла. В концертном зале нам выдали по программке. Там было перечислено десять групп, каждая из которых должна была исполнить две песни.
– Они раздают их, чтобы желающие прослушаться могли запомнить, кто что поет, – объяснила Дана, пока мы пробирались к месту для инвалидов, где мое кресло не торчало бы из прохода.
У всех групп были забавные названия, вроде «Херувимов Хакнесса» и «Нежных Нот». Когда верхний свет погас, на сцену вышла первая группа – двенадцать парней в одинаковых футболках и шортах хаки. Я заглянула в программку. Выступали «Музыкальные Мародеры».
– Пение а-капелла немного ботанистое занятие, – шепнула мне Дана. – Но в хорошем смысле.
Через несколько минут я поняла, что склонна с ней согласиться. Один парень в дальнем конце достал камертон и издал одну ноту. Одиннадцать его друзей с закрытыми ртами подхватили ее. Затем лидер убрал камертон и поднял обе руки. Когда он их опустил, группа завела разложенную на четыре голоса «Up the Ladder to the Roof». Каким-то образом у них получилось сделать по-настоящему классной песню, которая играла по радио, когда мои родители были детьми. Я всегда считала, что предпочитаю спортсменов. Но сейчас была вынуждена признать, что дюжина зажигающих на сцене парней тоже выглядят довольно-таки привлекательно.
– Потрясающе, – прошептала я.
Дана кивнула.
– Они должны стать лучшей мужской группой.
Дальше выступала группа, где были и парни, и девушки. Они пели очень задорно, но им не хватало безупречности «Мародеров».
– А теперь… – прошептала Дона. Объявили следующую группу – под названием «Что-то с Чем-то», – и она, стиснув мое запястье, сказала: – Вот, куда я хочу попасть.
Девушки встали на сцене в идеально ровный кружок, взялись за руки и начали исполнять очаровательную версию «Desperado» Eagles.
Когда песня закончилась, их наградили бурными аплодисментами.
– Вау, – произнесла я. – Они очень крутые.
– Я знаю, – вздохнула Дана. – А ты заметила, какие они блондинистые? Вряд ли это чистое совпадение. Может, тебе все-таки прослушаться, Кори? У тебя почти нужный цвет.
– Ни за что, – на автомате ответила я, притрагиваясь к своим выгоревшим на солнце волосам.
Я задумалась о том, почему Дана не видит изъян в своей логике. Если «Что-то с Чем-то» настолько пеклись о своем внешнем виде, то представляете, как будет выглядеть среди их хорошеньких улыбающихся лиц некто в инвалидной коляске или на костылях? Неужели Дана искренне полагала, что любая из этих групп будет смотреться нормально со мной, припаркованной в центре?
Мне понравился джем, однако я знала, где мое место. В инвалидной коляске.
Глава 4
Думаешь, ты такая хитренькая?
Кори
На следующей неделе, пока мы с Даной сидели, погрузившись в конспекты, в нашу дверь постучали.
– Открыто, – крикнула я.
Деревянная дверь распахнулась, и из-за нее показался Хартли и его костыли.
– Приветик, – сказал он. – Все упорно трудятся, да? Я тогда зайду в другой раз.
Дана захлопнула свой учебник.
– Я через полчаса ухожу на прослушивание. Что такое?
– У меня есть одна странная и эгоистичная просьба.
– Интересно, – ответила Дана. – Я бы даже сказала – многообещающе.
– Ты умная девушка, Дана. – Он сверкнул своей ямочкой, и я почувствовала, что подпала под его чары еще чуточку глубже. От этой улыбки могло расплавиться даже стекло. – Короче. У меня есть «квиркбокс». Но нет телека. У нас с Бриджером была неплохая команда – но телевизор был его, а не мой.
– «Квиркбокс» это игровая приставка? – спросила я, и он кивнул.
– В общем, если вам когда-нибудь захочется поиграть, я могу подключить ее здесь. Дело одной секунды.
– Так неси, – сказала я. – Давай попробуем прямо сейчас.
– Ты лучше всех. – На его лице вспыхнула радость. – Скоро вернусь.
Дверь закрылась, и мы услышали, как костыли Хартли застучали по коридору.
– Увлекаешься видеоиграми? – спросила Дана.
– Нет. – Я усмехнулась. – Хотя…
Она расхохоталась.
– Думаю, с этого момента мы будем называть его Сердцеед. Ладно, мне пора собираться на прослушивание. – И она ушла к себе, чтобы впасть в модный кризис.
***
– Я просто посмотрю. Видеоигры, в общем-то, не мое, – сказала я Хартли, пока он возился со шнурами, подключая приставку. С дивана открывался неплохой вид на его зад.