Страница 113 из 223
Думаю: логично. «Ну, и что предлагаете?» Он отвечает: «Надо от силовой электроустановки к приборам управления поставить стабилизатор, тогда напряжение на приборы будет ровнее, а сейчас напряжение от сгорания чистого спирта большое, и приборы управления дают отклонение».
Немцы пожали плечами и были не уверены, что это даст результат. Но Зубович, Королев, Рязанский и я согласились попробовать, так как других предложений не было. Мы решили это проделать на следующей ракете.
Когда все было готово, в 4 часа утра поставили ракету на стол и опять отсчеты и пуск! Смотрим, голубушка пошла. Мы на пункт управления, отвечают: «Идет по заданному курсу».
Минута полета нам показалась вечностью. Спрашиваем: «Как?» Наблюдатели боятся сразу сказать. Подсчитывают, сверяют робко данные с теодолитом. Наконец говорят: «До конца по курсу». Мы опять с Д. Ф. на самолет и туда.
Да, забыл сказать, летчики тоже сообщили, что упала, и назвали квадрат.
Прилетели к месту цели, увидели воронку, шагами вымеряли отклонение, оказалось всею лишь 700 метров. Ура! Дальность 260 км.
Это была уже пятая ракета, донесли в Москву. Когда вернулись, решили устроить в вагоне обед для немцев. Поставили водки полно и сухих закусок, шпротов и т. д. Пришли немцы, мы им сказали: «Молодцы!», особенно технику, который предложил стабилизатор, и сели за стол в 8 часов вечера.
Когда немцы уже набрались порядочно, один из них сказал, что в Пенемюнде, когда приехал Гитлер на запуск ФАУ-2, то эсесовцы предупредили их (инженеров), чтобы все было в порядке, но когда выпустили ракету, то она начала крутиться, а затем взлетела и разорвалась. Гитлер едва успел скрыться в бункер.
«Мы все перепугались и не знали, что нам будет, но выручила вторая ракета, которая пролетела 265 км в заданном направлении, так что, герр генералы, и у нас так было, как у вас», — закончил он. Правда, нам от этого не легче. Нам хотелось, чтобы все ракеты пошли в цель.
Я посидел с час и говорю: «Завтра в 4 часа утра пуск, не задерживайтесь», и мы ушли.
Ночью я проснулся от шума в вагоне, где был обед, посмотрел на часы — 2 часа утра. Это немцы начали выползать из вагона. Позже, в 4 утра, я их увидел на КП все еще не в себе. Ну, а дальше запуски пошли удачно.
Доложили тов. Сталину, и нам разрешили вернуться в Москву (вернее, сами внесли предложение нам вернуться, а остальные ракеты пустить в экспериментальных целях позже). Получили ответ от тов. Сталина: «Возвращайтесь».
Наши инженеры теперь поверили в эту ракету и активно включились в ее освоение. Наиболее толковыми были Королев С. П., Глушко по двигателю, Рязанский по радио, Воскресенский* по приборам, Бармин* и др. Эти ребята, я думаю, дело двинут.
На один из последних пусков прилетал маршал артиллерии Воронов Н. Н., с которым мы сходили пару раз на охоту.
Из более поздних записей
После войны американцы окружили СССР военными базами. Их самолеты из Турции могли сбросить атомные бомбы на такие города, как Киев, Одесса, Севастополь. Поэтому Сталин и решил искать новое решение. Наши бомбардировщики не могли достичь Америку. Ставка была сделана на создание межконтинентальных ракет и ракет ПВО.
За этот проект отвечал лично Маленков, а я был членом этого комитета[391].
И наша заслуга в том, что мы масштабные работы по МБР и ракетам ПВО развернули раньше Америки и вложили в это дело в процентном отношении больше в своем бюджете, в сравнении с затратами на авиацию. Не помог американцам и Вернер фон Браун.
В 1948 году прошли испытания первых наших ракет. А в 1950 году был принят на вооружение первый отечественный ракетный комплекс. Была выполнена огромная программа и решена важнейшая для страны оборонная задача[392].
В ракетной эпопее были мало кому известные драматические моменты. Сотрудник отдела режима запил, влез в долги и в 1952 году подбросил в машину атташе американского посольства копии документов и отчеты бюро Королева с предложением о сотрудничестве. Американцы расценили это как провокацию. Мы его быстро вычислили и расстреляли[393].
О его аресте я сразу сказал Королеву, что претензий к нему нет, документы вынес сотрудник, который должен был обеспечить сохранность гостайны (он был вольнонаемным инженером).
Но этот случай не нарушил атмосферу полного доверия на объектах. Королев и его ближайшие сотрудники были ранее репрессированы и реабилитированы только в 1956–1957 годах. Кстати, своей реабилитацией они были искренне удивлены, потому что считали, что их освобождение уже означало полную реабилитацию. И тогда я объяснил им, что разница есть. Реабилитация подтверждает юридически то, что уже состоялось фактически[394].
Денежная реформа
Мне позвонил министр финансов СССР А. Г. Зверев* и спросил, получил ли я решение Политбюро по вопросу обмена денег[395]. Я ответил, что не получил.
Тогда он сказал, что меня включили членом правительственной комиссии, поэтому, «если хочешь <знать>, как это было, — приезжай, расскажу».
Когда мы встретились, он мне поведал следующее. Вчера на Политбюро обсуждался вопрос об обмене денег, так как рубль после войны обесценен. Решили создать комиссию из членов Правительства, которая должна подготовить предложения.
Когда комплектовали комиссию, то в конце Сталин сказал: «включить туда Серова, чтобы он взял под контроль эту работу, особенно по выпуску новых денег и секретности о предстоящем обмене и особенно дне обмена». Все согласились, так что ты сегодня получишь решение. Затем он сказал, что в день обмена у населения будут принимать старые деньги и давать за них новые знаки в пределах 3000 рублей. У кого денег собралось больше, остальные пропадут.
Вечером я получил решение ЦК, частенько приходилось ездить в т. н. Монетный двор (Госзнак), где печатались деньги, там собиралась правительственная комиссия для обсуждения текущих дел по обмену. Предварительно, перед печатаньем денег, нам специалисты доложили, как готовится бумага для денежных знаков, как делается водяной знак на деньгах, а затем уже процесс печатанья различных изображений на рублях, на 3, 5, 10 и т. д. бумажных. Самый сокровенный и ответственный момент был в конце изготовления денежного знака — это печатанье серии, чтобы исключить подделку денежных знаков.
На все основные процедуры я посадил толковых работников МВД, которые работают по распознаванию подделки денег, а работникам Госзнака сказали, что это специалисты по красителям, по бумаге, по печатанью и т. д.
Когда работа стала подходить к концу, мне доложили, что на предпоследнем этапе, когда уже денежный знак был готов, осталось поставить серию, пропало несколько знаков 50 и 100 рублевого достоинства. Видимо, воры рассчитывали серию сами нарисовать. Я приказал во что бы то ни стало найти воров.
Через несколько дней мне доложили, что при обыске нашли у двух сотрудников Госзнака эти бумажки. У одного из них был знакомый художник, который не раз рисовал серию на денежных знаках очень искусно.
Ну, естественно, они были задержаны, привлечены к ответственности и признались во всем, а также и в том, что и ранее они уносили денежные знаки, а их приятель художник проставлял серии. Мы на заседании правительственной комиссии решили огласить этот факт перед сотрудниками Госзнака, чтобы и другие не повторили этого.
Когда деньги были отпечатаны, А. Г. Зверев доложил о готовности Сталину, и нас вызвали в Кремль. Там мы все доложили. Тов. Сталин сказал, чтобы деньги отправили по республикам и областям с указанием «посылки не вскрывать до особого распоряжения».
Затем тов. Сталин сказал, обращаясь ко мне: «Вы, тов. Серов, пошлете начальникам областных и республиканских управлений совершенно секретное письмо, в котором тов. Зверев приложит инструкцию об обмене денег. В письме скажете, чтобы эту инструкцию они сразу передали бы в Госбанк области, республики. На пакете укажете, чтобы они его вскрыли по особому вашему распоряжению».
391
Постановлением Совмина от 13 мая 1946 г. Серов был включен в состав Специального комитета по реактивной технике при СМ СССР (с 10 мая 1947 г. — Комитет № 2 при СМ СССР).
392
Созданные на базе ФАУ первые советские ракетные комплексы Р-1 были приняты на вооружение 25 ноября 1950 г. Ученые под руководством главного конструктора Сергея Королева значительно усовершенствовали немецкую разработку, повысив дальность полета до 270 км и изменив ряд агрегатов. Без ракет Р-1 через 10 лет не было бы ракет космических.
393
Судя по всему, Серов имеет в виду историю Александра Орлова, но путает дату: вместо 1950-го называет 1952 г. В июле 1950 г. в типографии Государственного комитета по оборонной технике в количестве 5 экземпляров отпечатали документ особой важности — проект плана работ в ракетно-космической области на 15 лет. Старший редактор Александр Орлов (действительно склонный к алкоголизму) кроме готовых отпечатанных брошюр забрал и отбракованные листы, из которых сформировал полный документ. После этого он, уловив момент, бросил в машину американского дипломата конверт, но не с самим секретным документом, а только с предложением его продать. Американцы не отреагировали на эту записку, видимо, сочтя её провокацией. В ночь с 15 на 16 сентября 1950 г. Орлов посетил английское посольство, сделав там соответствующее предложение, но на этот раз он не остался незамеченным, был арестован и приговорён к расстрелу. Собранный им экземпляр королёвского плана был изъят. (Сыромятников Б. А. Измена на «фирме» Королёва // Независимое военное обозрение. 29 марта 2002.).
394
С. Королев был осужден Военной Коллегией Верховного Суда СССР 27 июня 1938 г. на 10 лет ИТЛ по обвинению во вредительстве. Освобожден в 1944 г. Реабилитирован 18 апреля 1957 г. То же самое касается и многих других его соратников, например, академика Андрея Туполева, под чьим руководством Королев работал в тюремной «шарашке»: ЦКБ НКВД № 29. Туполева арестовали в октябре 1937 г., в мае 1940 г. за вредительство и контрреволюционную деятельность осудили на 15 лет лагерей, в июле 1941 г. освободили. Окончательно реабилитирован он был лишь 9 апреля 1955 г.
395
Решение о проведении денежной реформы было принято совместным постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 13 декабря 1947 г. Обмен старых купюр на новые проходил с 16 по 23 декабря. Главным идеологом и организатором реформы выступал именно министр финансов СССР Арсений Зверев.