Страница 43 из 72
Он вздохнул, словно размышляя о том, что бы что-нибудь добавить, но потом передумал.
― Спасибо, Хайден, ― прошептала она, и после этого попрощалась, прежде чем отключиться.
Узнав о том, что Хайден не имел отношения к зловещим проделкам Каллей, Лиз почувствовала себя так, будто с ее плеч спал груз. На самом деле их разговор казался нормальным – или настолько нормальным, насколько это могло быть в ситуации с Хайденом.
Глава 20
Начало
За несколько дней до того, как началась агитационная компания Брейди, они с Лиз бездельничали в их квартире в Вашингтоне. Она начала называть ее «их», после того как Брейди снова и снова ей напоминал о том, что теперь они жили вместе и теперь она принадлежала не только ему. Если она там жила, тогда они была их общей. Остальное не имело значения.
На следующее утро они вылетали в Роли. Лиз нервничала из-за ее первого официального мероприятия, на котором она появится вместе с Брейди. Как репортер она посетила десятки политических мероприятий. Она присутствовала на парочке из них в Вашингтоне, вместе с Брейди, но мероприятие, которое относилось к предвыборной кампании – это была совершенно другая история.
Она беспокоилась о том, какой будет ее жизнь, когда Брейди будет заниматься подготовкой к выборам. Недавно она получила письмо о ее зачислении на первый семестр в Университет Мэрилэнда, от чего она была в восторге, ведь это был ее самый желаемый выбор. Не говоря уже о том, что это было недалеко от Вашингтонской ветки метро, что позволяло находиться поблизости к Брейди, пока она была сосредоточена на учебе. Ей понравилось, что так они могли быть ближе, но если он уедет после выборов в ноябре, ей все равно придется очень по нему скучать.
К тому же, ее беспокоило то, как она будет успевать с написанием статей. Она только недавно начала самостоятельно работать для интернет изданий, и получив похвалы от Джастина, она начала больше публиковать статей в его блоге.
На самом деле, она начала проводить много времени сидя за компьютером, общаясь с людьми, которые теперь следили за ее постами в блоге. Даже если речь шла о рейтингах видео с YouTube, или о других смежных темах современного искусства, она была той, кто писал статьи, и ей нравилось общаться с людьми, которым нравились ее работы. Это был другой уровень ее личной деятельности, которая совершенно не была похожа на то, что у нее когда-либо было в ее карьере журналиста.
Она просматривала комментарии на сайте, пока Брейди писал свою речь на завтра. Она слышала, как он пересказывает ее самому себе перед зеркалом последние пару дней. На самом деле, наверное, теперь она уже смогла бы сама повторить некоторые части его речи.
― Что ты думаешь про эту строку? ― внезапно спросил Брейди.
― Хмм? ― Лиз оторвала взгляд с монитора. ― Какую именно?
― Вот эту, ― сказал он. ― Лично я считаю, что работа ради народа в Конгрессе – это была самая запоминающаяся часть моей жизни. ― Он опустил листок на стол. ― Думаешь, это звучит как из выступления школьника, который оканчивает школу?
Лиз рассмеялась.
― Нет. Думаю, это звучит хорошо до тех пор, пока ты произносишь это со своей привычной харизмой. Но если ты спрашиваешь моего мнения, думаю, что часть про Криса, и про то, что ты остаешься работать в Северной Каролине – это уже повторение, особенно после предыдущей предвыборной кампании.
― Да? Я думал, что с последовательностью у меня все хорошо.
Она закрыла свой ноутбук и взяла листок с речью со стола. Она просмотрела абзац, о котором она говорила, после чего продолжила:
― Ладно. Понимаю о чем ты – здесь действительно есть последовательность – но завтра будут люди, которые тебя знают, и, наверное, уже слышали твою речь два года назад. Они поддержат тебя, не смотря ни на что, но тебе же захочется их мотивировать с новой силой, правильно?
На лице Брейди появилась улыбка, когда она посмотрела на него снизу вверх.
― Правильно.
― Что? ― спросила она.
― Просто продолжай, ― призвал он.
― Поэтому, я думаю, что тебе нужно это пропустить. Ты говоришь о том, почему ты решил работать здесь, и почему наш штат для тебя очень важен, и для убеждения ты использовал личный пример. Это разумный ход, чтобы заставить людей тебе сопереживать.
― Я не понимал, что ты до такой степень разложишь мою речь по полочкам.
Брейди обошел стол и занял место рядом с ней. Он скрестил ноги и завел руку за спину. Ему удавалось выглядеть совершенно поглощенным тем, что она говорила и полностью непринужденным. Она могла поклясться, что политиков этому обучали.
― Я видела все твои выступления. Когда я изучала тебя два года назад, я посмотрела одну из твоих гонок в Сенат штата. В основном формулу изобрел твой отец. Она работает. Очень эффективно. Но я думаю, здесь ты кое-что упускаешь. Ты не призываешь этих людей голосовать за тебя. Они и так это сделают. Ты в основном призываешь их работать заодно с тобой, не смотря на время и деньги.
― Хорошо. Я понимаю, о чем ты. Что бы ты предложила? ― спросил он, наклоняясь вперед, и убирая выпавшую прядь волос с ее лица.
Он провел рукой по ее подбородку и смотрел на нее так пристально, что ей стало трудно сделать следующий комментарий.
Она на самом деле помогала ему с речью. Речью, над которой работал его профессиональный спичрайтер. Тот, кто знал его и работал на него годами. О, ну, теперь она не могла отступить.
― Я бы сосредоточилась на том, чтобы начать с того, что поддерживает в людях мотивацию, а не на том, что мотивировало тебя заняться этим. Что поддерживает твою мотивацию? Твоя работа в Комитете Образования, твои обязанности по отношению к Исследовательскому Треугольнику, сбор средств на поддерживание образования. Я бы сосредоточилась на этом, начиная с выполнения этих аспектов, а не на существующих проблемах, и затем подтвердила бы это личным примером… может, политическим коллоквиумом, на котором ты был во время своей службы.
Она тихо рассмеялась, хотя подумала, что это была хорошая идея, ведь коллоквиум был способом показать его преданность народу и студенческой программе, которая, была так важна для его округа.
― Есть другие примеры, которые ты мог бы использовать. Это было просто как вариант.
― Ты же знаешь, что ты гений, детка.
Он накрыл ее губы своими, и она забыла обо всем, о чем они говорили. Они двигались в унисон, его руки запутались в ее волосах, их языки сплелись. В этот момент все замедлилось, и она наслаждалась ощущением ее красивого, успешного парня, который считал ее гениальной.
Они на машине подъехали к входу места, где проходило собрание. Мероприятие совершенно не походило размахом на то, что проходило на День Независимости, где она была два года назад, но, тем не менее, здесь была относительно большая сцена, с толпой журналистов. Лиз видела вспышки папарацци, которые с нетерпением хотели получить кадр с Брейди… может даже с ней.
Их отношения не были секретом, но у них было не писаное правило всеми силами избегать прессы. В ходе предвыборной кампании, этого было не избежать. Их отношения уже прошли самые тяжелые беды, но у них по-прежнему была история, особенно теперь, когда Брейди баллотировался на второй срок. Округ Колумбия был Голливудом для политиков, а Брейди был новоиспеченной молодой звездой.
Недавно Лиз уже видела статьи о том, что они теперь живут вместе. Они не делали из этого секрета, но все равно, было странно увидеть это в интернете. Ей захотелось выцарапать себе глаза, когда она прочла комментарии. Шлюха, проститутка, золотоискательница, и разлучница, были самыми хорошими из всего, что про нее написали. По-видимому, у них была такая спешка, потому что она была в положении, и через несколько недель они с Брейди собирались по-быстрому пожениться, чтобы это скрыть. Не говоря уже о том, что Брейди было не по себе из-за нее, и он использовал их отношения, чтобы утаить свои другие вопиющие делишки. Интернет на самом деле был очень милым местечком.