Страница 29 из 37
Значит, он нравится Чоко. О. Кавабе хороший парень. Точно. Нужно помочь ей, даже если я не знаю как. Да.
Или так подумал Харухиро и начал предпринимать шаги в этом направлении. Чоко хотела, чтобы он передал Кавабе записку? Семья Кавабе была довольной строгой, поэтому у него не было сотового телефона. Но если Чоко напишет ему записку, Харухиро уверен, что Кавабе прочтет ее. И он наверняка ответит ей, потому что он был хорошим парнем.
Харухиро спросил Чоко, хочет ли она это сделать, но она отказалась, сказав, что все в порядке, и она не собирается делать ничего подобного. Когда Харухиро слабо отреагировал, она сказала, что он ей просто нравится.
Просто нравится..? Ну, не то, чтобы Харухиро не пытался. Он пытался. Пытался сделать так, чтобы Чоко и Кавабе поговорили друг с другом, устраивал так, чтобы они оказались одни и т. д. Когда он думал об этом сейчас, все это выглядело глупо, но тогда все казалось серьезным. Кавабе был хорошим парнем, и Чоко… ну, Харухиро она нравилась.
Во всяком случае, сейчас летний день шестого класса, когда Чоко подошла к торговому автомату. Харухиро спросил ее, что она делает, но она сказала ему только «Ничего. Просто так». Потом она сказала, что было жарко, поэтому она захотела газировки, но дома в холодильнике ее не оказалось, так что она пошла к торговому автомату. После этого они болтали минут десять — пятнадцать, и с этого дня они, время от времени, натыкались друг на друга у торгового автомата.
Чоко нравилась газировка, но во время зимы, она покупала кукурузный суп в банке. Когда она пила газировку, она комментировала это так: «Ой, мое горло болит», и когда она пила кукурузный суп, она вскрикивала: «Ваа, горячо», и дула на него, чтобы тот остыл. Да, такая Чоко ему нравилась. Однако это не было чем-то наигранным, а скорее… естественным, чем-то самой собой разумеющимся. Да, ему это нравилось в ней, и это продолжалось долгое-долгое время.
С ее стороны, Чоко была из тех, кто, естественно, привлекает парней. Это не видно на поверхности, но у нее временами были истории, в которых упоминалось, каким хорошим был парень А или Б, и никто другой, кроме него. Она осознавала, что ей нравится человек, только после того, как она признавалась самой себе, что он ей действительно нравится. Поэтому ее отчаянная любовь к человеку росла, когда она думала о том, как сильно он ей нравится.
Харухиро спрашивал, хочет ли она встречаться с этим человеком, и Чоко отвечала, что она не хочет встречаться с ним, да и ей он не нравится так уж сильно. Нет, не так уж сильно…
И не то, чтобы Харухиро сам не хотел встречаться с ней, если бы мог, но Чоко всегда влюблялась в других парней, и Харухиро неосознанно спрашивал, кто ей сейчас нравится. Не смотря на то, что ему на самом деле было не слишком интересно знать, она всегда отвечала ему искренне, что заставляло его прикладывать усилия, чтобы свести этих двоих или хотя бы помочь им узнать друг друга поближе, даже если он на самом деле никогда не намеревался. Чоко, конечно же, никогда не просила его об этом; Харухиро делал все это по своей воле.
Он очень часто задавался вопросом, почему он делает это, и не мог найти ответа. Наверно потому, что он идиот. Он думал, что это единственное объяснение.
Чоко всегда была бесстрастной и не слишком эмоциональной, но когда говорила о парнях, которые ей нравились, она внезапно оживлялась. В конце их разговора, ее щеки слегка розовели, заставляя Харухиро поверить, что она наслаждалась разговором, из-за чего он становился счастливее. Они были друзьями долгое время, но даже так, он всегда пытался придумать, как сделать ее счастливее. Он даже сам не понимал, почему.
Чоко была настоящей загадкой. Она не любила читать книги, она никогда не слушала музыку, не смотрела телевизор, и даже если у нее появлялось хобби, она вскоре теряла к нему интерес и бросала его. Когда он спрашивал ее, есть ли что-то, чем ей нравится заниматься, она быстро отвечала «нет, ничего». Харухиро не мог найти ничего, что бы ей понравилось, и это заставляло его стараться еще сильнее, чтобы он смог увидеть ее улыбку, но что бы он ни делал или ни говорил, ничего не работало.
Этой ночью он снова бродил у торгового автомата, глядя в пустоту, когда пришла Чоко. У него было ощущение, что Чоко придет… но всякий раз, когда раньше у него возникало такое ощущение, она никогда не приходила. Хотя этой ночью, она пришла, и он подумал про себя, ДА! От этого он хотел принять победную позу прямо здесь и сейчас, но сдержался, заставляя себя успокоиться.
— Привет, — небрежно поприветствовал он.
Чоко помахала ему рукой.
— Привет.
Ее ответное приветствие было прелестным, и он снова вспомнил, что она ему нравится. Хотя на данный момент Чоко влюбилась в одноклассника, парня с редким именем, Хидемаса. Хидемаса был достойным парнем и выглядел хорошо, что заставляло Харухиро задуматься, что Чоко нравятся красавчики.
Хидемаса не был очень популярным у девушек, но с точки зрения парня, он был из тех людей, которых ты признаешь крутыми, даже если не хочешь, из-за чего задумываешься, почему девушки не видят в нем это. Нет, на самом деле одна, две, несколько девушек тайно были в него влюблены. Чоко права, что ей нравится такой человек. И Харухиро не мог винить ее.
На самом деле, он поддерживал ее и желал ее добра. В конце концов, Харухиро просто не мог выиграть у такого, как Хидемаса. В долгосрочной перспективе, кажется, Чоко будет счастлива с таким парнем.
Чоко купила газировку. Что-то вроде фруктовой. Она открыла крышку и немного глотнула из банки. Затем она поморщилась, когда небольшой вздох сорвался с ее губ.
— Ой. Мое горло болит, — сказала Чоко
— Правда? — спросил Харухиро.
— Да, болит.
— Если оно болит, тогда зачем ты ее пьешь?
— Потому что мне хочется.
— Ладно.
— Я слышала, что газировка не слишком полезна, — сказала Чоко.
— Да, — подтвердил Харухиро. — Вот почему звезды спорта не пьют ее. Газировку.
— Я не занимаюсь спортом.
— Тогда, наверно, все нормально, что ты пьешь газировку.
— Я не пью ее так часто, — заметила Чоко.
— Я вижу, что ты пьешь ее постоянно, — сказал Харухиро.
— Я пью ее, только когда я здесь.
— О.
Затем Чоко скучающим тоном рассказала, как она недавно ходила в караоке с Хидемасой. Казалось, караоке не интересовало ее. Харухиро тоже выглядел так, что он не столь заинтересован тем, что слушает, но на самом деле он внимательно слушал, как Чоко говорила, какие песни выбирал Хидемаса. Это все были песни популярных певцов, потому что все знали мелодии, и они им нравились.
По-видимому, таким человеком был Хидемаса, как сказала Чоко. И когда Чоко устала после караоке, Хидемаса спросил ее, все ли с ней хорошо. Этот Хидемаса… действительно классный парень.
— Видишь ли, — внезапно сказала Чоко. — Я не очень хорошо обращаю внимание на то, что чувствуют другие люди, поэтому я думаю, что парни, которые могут сделать это, очень хороши.
— Значит, это как искать в других то, чего у тебя нет? — спросил Харухиро.
— Хиро, ты тоже думаешь, что я бесчувственная?
— Я никогда не говорил этого. Не похоже, что ты встречаешься с кем-то, чтобы доставить людям дискомфорт.
— Наверно да, — согласилась Чоко.
— Да, ты не такая.
— Ты тоже, Хиро.
— Правда? Ты думаешь, я чуткий человек? — спросил Харухиро.
— Для меня?
— Да. Мы знаем друг друга уже давно.
— Хиро, у тебя нет никого? — внезапно спросила Чоко.
— Никого?
— Кто бы тебе нравился. Ну, девушки.
Харухиро понятия не имел, как ответить, и пока он думал об этом, его сердце сильно стучало в его груди. Даже сейчас, когда он думал, что это шанс сказать ей, часть его говорила Шанс? Какой шанс? Это совсем не шанс!
Он думал, что ему нравится Чоко, но что если он ошибается? Он не ошибался, но мог. Он не знал, как это объяснить. Или может быть то, что он чувствовал, было больше, чем просто симпатия. Может, превосходит простую симпатию. Наверно, что ему нравится, а что нет, вряд ли имеет значение, пока Чоко счастлива. Он чувствовал себя идиотом, думая об этом, но он действительно так чувствовал… или так думал. Может быть.