Страница 12 из 40
Понадобилось еще полчаса, чтобы найти хоть один колодец, и когда они нашли его, то сразу же столкнулись с 4 кобольдами-рабочими. После того, как группа разобралась с ними, перед ними встал вопрос — что делать дальше?
— О чем тут думать? Конечно, надо спускаться ниже, — в момент, когда Ранта закончил высказывать свое мнение, остальные пятеро решали иначе.
— Давайте закончим на сегодня и пойдем назад, — сказал Харухиро, обращаясь ко всем остальным. — Это место новое для нас, и я не думаю, что это хорошая идея, считать, что мы можем справиться со всем на пути. Кроме того, нам все еще нужно вернуться на поверхность. Пойдем назад, обдумаем все, что мы узнали об этом месте, и придем сюда завтра.
Только Ранта был против возвращения в Алтану, но Харухиро это не волновало.
Потому что сейчас огромная проблема, подумал он, выяснить то, что нам с тобой делать.
Глава 5: Контейнер
Они вернулись в Алтану перед закатом и продали весь дневной лут в магазине рядом с рынком. Талисманы, которые они собрали с 5 низших кобольдов и 7 низкоранговых кобольдов-рабочих, стоили чуть больше 7 серебряных.
— Это немного грустно, — вздохнула Юме с покорным выражением лица, смотря на 7 серебряных и кучу медяков.
— Это не грустно, — сказал Ранта, сильно нахмурившись. — Это чертовски ничтожно! Серьезно, какого черта?!
— Полагаю, я тоже ожидал немного побольше, — сказал Могзо, с трудом посмеявшись.
— Да… — Шихору опустила голову. — Это меньше, чем то, что мы получали, сражаясь с гоблинами…
— А… — Харухиро хотел сказать что-нибудь, чтобы все расслабились, но он не мог думать позитивно.
— Мы сражались только с обычными кобольдами, — Мэри немедленно компенсировала отсутствие слов Харухиро своим холодным и спокойным голосом. — Мы сможем заработать больше денег, когда начнем сражаться со старшими кобольдами.
Харухиро, немного растерявшись, энергично кивнул:
— Д-да, точно. И не похоже, что бои были трудными. В самом начале, бои всегда немного неуклюжие, но позже мы будем разбираться с кобольдами быстрее и не получать раны, наверно. Сражаясь с низкоуровневыми кобольдами, мы не сможем много заработать на них, так ведь?
— Лучше бы ты оказался прав, — усмехнулся Ранта. — Если завтра не будет лучше, приготовься, Харухиро!
— Что это должно означать? — потребовал Харухиро.
— Это означает то, что если все получится не так, как ты думал, то ты отдашь мне свою долю.
— Почему я должен делать нечто подобное?
— Что? Это же твоя идея пойти в Шахты Сирен, не так ли?
— Но ты согласился, верно?
— Это не моя идея. Все что я сделал, так это дал свое одобрение. Тормоз, который предложил эту идею, несет больше ответственности. Так было квинтилион лет!
— Как скажешь, — сказал Харухиро, сдавшись.
— Чертовски мудро, как я и сказал! — ответил Ранта.
Это было именно так. Неспособность Харухиро ответить Ранте заставила его приуныть, несмотря на то, что не было никаких причин чувствовать себя так. Может быть он просто устал — но даже так, это все вина Ранты.
Даже пока все вместе ужинали у стенда (который, хоть и был дешевым, но имел хорошую репутацию), Ранта произносил глупости каждый раз, когда открывал рот. Это впервые — именно когда Харухиро был не в настроении разговаривать — когда Ранта безостановочно его провоцировал. Просто Ранты был таким. Ладно. Если он собирается быть таким, то Харухиро просто будет полностью игнорировать его.
— Эй, Харухиро, — начал Ранта.
— …
— Эй, Харухиро.
— …
— Ээй, — сказал Ранта, растягивая слова, — Харухиро.
— …
— Эй, эй, эй. Харухиро.
— …
— ТУПОЙ ИДИОТ!
Держа во рту недоеденный шампур с курицей, Ранта начал странный танец вокруг него:
— Эй эй эй! Хой хой хой! Эээй эээй, хооой хооой! Йооо! Эй эй эй! Хой хой хой!
Черт. Ранта отплясывал ногами и безумно крутил бедрами, но почему его верхняя часть тела оставалась на месте? Это было невероятно отвратительно, но необычно смешно в одно и то же время. Харухиро отвернулся. Он полагал, что все стараются не смотреть в сторону Ранты, но затем… смех.
Он прозвучал сдержанно, но Харухиро определенно слышал легкое хихиканье. Не от одного человека, а от нескольких. Внезапно, Юме разразилась смехом.
— Вуху! — ликование Ранты было очевидным. — Хой хой хой!
Не в силах больше сдерживаться, Шихору тоже начала смеяться. Ранта начал серьезно пошатываться.
— Хой хой хой! Хо хо хо хой! Хой хой хой!
Следующим сдался Могзо, и остались только Харухиро и Мэри. Харухиро посмотрел на нее и увидел, что ее взгляд был устремлен в землю, а плечи начали дрожать. Ранта подошел поближе к ней и затанцевал еще безумнее, чем раньше, обрушивая на нее всю силу своего «Хой Хой» Танца.
Мэри! Нет! Но, похоже, она исчерпала свой самоконтроль. Ее лицо было направлено на прилавок — эта поза говорила Харухиро, что она держалась только на силе воли.
— Хой хой хоооооой! Хой хой! Хой хой хооооой! Хой хой хой! Хой хой! Хой хой хооой! Хой хой хой! Хой хой хооооой!
Мэри боролась, чтобы подавить смех.
Держись Мэри! Не сдавайся, сопротивляйся! Сопротивляйся ему! Как до этого дошло? Почему даже Харухиро сражается до последнего?
Внезапно, его желание смеяться пропало, а затем полностью исчезло. Харухиро быстро маневрируя оказался за Рантой и ударил пяткой ему под коленку. Ранта, прервав на середине свой хой, развернулся к Харухиро, пока тот возвращался на свое место у прилавка.
— Какого черта ты делаешь, тормоз! — воскликнул Ранта. — Я почти заставил ее!
— Хватит плеваться на меня, это отвратительно, — спокойно ответил Харухиро.
Ранта ответил плевком в него.
— Эй! Прекрати!
— Ты прекрати, идиот! — он продолжил плеваться.
Плевательные атаки Ранты были беспорядочными и превратили сцену в полнейшую катастрофу, в то время как остальные со своей едой стали жертвами. Настроение с веселого перешло в злое из-за неадекватного поведения Ранты. Поэтому все были в дурном настроении, когда они возвращались в жилище.
— Оооотлично! — произнес Ранта, когда они добрались до своих комнат. — Девушки принимают ванну первыми, поэтому сегодня мы идем подглядывать!
Как Ранта мог думать об этом в такое время? Харухиро поражался его отсутствию хороших манер. Не желая тратить на него больше энергии, Харухиро развернулся спиной к слишком возбужденному Ранте.
— Харухиро, в чем проблема? Ты идешь или что? — спросил Ранта. — Бесполезно слишком много думать о том, что случится, если нас снова поймают, поэтому не думай об этом, идиот! Эй, Могзо! Ты идешь?
— Н-нет, спасибо, — ответил Могзо после секундного колебания.
— Что?! — разозлился Ранта. — Ну же! Я не смогу использовать тебя как подставку, если ты не пойдешь!
— Я… не подставка, — ответил Могзо.
— Тогда стань ею! Ты будешь величайшей подставкой!
— Я не хочу становиться ею…
— То, что ты хочешь, не имеет ничего общего с этим! Просто сделай, как я говорю! Доверься мне! Я не доставлю тебе проблем, ладно?!
— Я-я останусь здесь.
Для Могзо это был довольно суровый отказ. Ранта отступил, если только чуть-чуть.
— Ладно! Я возьму на себя всю эту огромную ответственность. Только не плакайся мне, если будешь жалеть об этом позже, потому что я не буду тебе сочувствовать! Понял?!
— Окей, — ответил Могзо.
— Правда?! Просто окей?! Правда правда ПРАВДА?! — упорствовал Ранта.
— Я сказал, окей, — ответил Могзо.
— Это не окей! Могзо! Если ты не будешь моей подставкой, тогда вся моя стратегия провалится — нет, она будет бесполезна! Поэтому ИДЕМ! Меня не волнует, что ты говоришь, я беру тебя с собой! — Ранта попытался потащить Могзо, но не смог сдвинуть его ни на сантиметр. — Ты слишком тяжелый! Ну же, почему ты сопротивляешься?! Черт, сколько же ты весишь, толстяк?!
— Да, наверно, я очень толстый… — признал Могзо.