Страница 7 из 65
Священник неожиданно громко рассмеялся.
- Ты действительно желаешь ЭТОГО? Думаешь, сможешь спокойно жить после всего случившегося?
- А что мне остается?
- Может, стоит встретить опасность лицом к лицу и сразиться?
Слова старика были верными. Но разве могу я как-то изменить этот мир? Тьма здесь распространяется очень быстро. Сможет ли хоть что-то ее сдержать?
- Я не воин, святой отец. И никогда им не был.
- Для того, кто силен духом, всегда найдется наставник. Если ты захочешь ступить на путь познания воинского искусства, я буду ждать тебя завтра утром у ворот собора. А пока что - ступай. Обдумай все хорошенько, юноша. И сделай правильный выбор.
Не успел я сказать хоть слово, как оказался на улице. Багровое солнце уже клонилось к горизонту. Это сколько же времени я там провисел? Никак не меньше пяти часов. И куда теперь идти? Жилья у меня нет, еды тоже. Остается вернуться в лечебницу и спросить насчет моих припасов и оружия. Ну и про Аро тоже. А насчет слов священника можно поразмыслить и позже.
Решив так, я зашагал вниз по улице, прямо навстречу заходящему солнцу. Вот только прохожие слишком пристально глядели на меня, а дети смеялись и тыкали пальцами.
Ускорив шаг, я почти бегом добрался до ворот лечебницы и скользнул на территорию. Здесь было безлюдно и, присев на скамейку возле дерева, я тихонько рассмеялся.
Ну да, теперь правая половина моего тела уродлива. И ни один лекарь мира не сможет этого изменить. И если мне плевать, пускай, главное, чтобы боли не было, то окружающие не смогут пропустить такого урода мимо себя.
Преображение внешности сулит мне большие проблемы в ближайшем будущем. И я совершенно не готов к таким ударам судьбы.
Стадия четвертая
Мне разрешили остаться на ночь и даже выделили небольшую каморку под лестницей. Немного хотелось есть, но я не стал наглеть и, поблагодарив лекарок, устроился на ворохе старого тряпья и сомкнул глаза. Сон не шел, зато представилась возможность обдумать все произошедшее.
Начнем с Аро. Этот тип сразу показался мне подозрительным, а уж после того, как он объявился на дороге и спас мне жизнь...Он явно ведет какую-то свою игру. Привез меня в город, но даже не соизволил назначить плату за спасение. Значит, на мне висит долг.
Да и глаза его - холодные, умные и безжалостные. Он смотрел на меня, как на игрушку. Будто бы ждал: умру или нет. Опасный человек. Да и человек ли? В этом мире можно ожидать всего.
Далее - священник. Старик сильно мне помог, излечив от заражения, но вместе с тем здорово изуродовал мою тушку. Омертвевшая кожа не красит никого, а значит - в общество мне войти будет крайне трудно. Придется что-то придумать. Однако стоит как-то отблагодарить святого отца - он все же здорово рисковал. Что, если бы тьма завладела мной окончательно? Священник пострадал бы первым. Возможно, он сумел бы справиться с одержимым, но поплатился за это здоровьем.
Третий вопрос - предложение старика. Он сказал, что я могу стать воином. Сражаться с тьмой и все такое. Вот только надо ли оно мне? Учитывая здешнюю живность вроде тех же змееклювов, безопаснее всего будет сидеть в городе и не высовываться. Поступлю подмастерьем к какому-нибудь кузнецу или плотнику, благо люблю работать с деревом и металлом. Постепенно заработаю деньжат, куплю домишко на отшибе и заведу семью.
Прокрутив в голове эти мысли раз десять, фыркнул, полный отвращения сам к себе. Теперь, когда испытал действие тьмы на свой шкуре, смогу ли я спокойно отсиживаться здесь? Разве это правильно? Да и лучшей благодарностью священнику будет служба на благо Церкви. А Церковь здесь сражается с тьмой, ну или делает вид, что так оно есть.
Вот только быть воином, находиться на лезвии ножа...это слишком опасно. Смогу ли я справиться со своим страхом и взглянуть смерти в лицо?
Нет.
Но я должен хотя бы попытаться, ради тех людей, что помогли мне.
Проснулся я довольно рано - только начало светать. Сквозь маленькое оконце под потолком в каморку заглянули первые лучи солнца, заставив меня открыть глаза. Потянувшись, я поднялся и выглянул в коридор. Вроде никого. Только сейчас, утром, до меня дошло, что рубашка превратилась в пепел, а штаны выглядели сильно потасканными. Ладно хоть куртка осталась цела, есть чем прикрыть голый торс.
Выйдя из лечебницы, столкнулся с крепким молодым парнем лет двадцати. При столкновении меня снесло слегка в сторону, тогда как парень даже не шелохнулся. Лишь покосился на меня и пошел дальше. Скотина! Небось аристократ какой-нибудь - вон какой надменный.
- Не все воины Святого Конклава благородны в своих поступках, - раздался рядом знакомый голос. Обернувшись, я увидел старика. Священник выглядел усталым, но чуть бодрее вчерашнего.
- Доброе утро, отче! Так это был паладин?
- Один из юных воинов Церкви, - качнул головой старик. - Он молод и горяч, и пока не научился заботиться о чувствах других.
- Я заметил, - хмыкнул я. - Погодите, а почему вы здесь? Договорились ведь встретиться у собора?
- Решил еще раз осмотреть тебя. Следы тьмы могли остаться, незаметные глазу. Однако вижу, что зря беспокоился - все чисто. Как себя чувствуешь, юноша?
- Отлично, святой отец. Благодарю вас за помощь, - искренне сказал я. Священник улыбнулся лишь уголками губ, но было видно, что благодарность ему приятна.
- Так ты все же подумал над моим предложением?
- Да. Я решил, что стоит попытаться, - кивнул я. - Хотя мне все равно страшно...
- В страхе нет ничего плохого, - мягко улыбнулся священник. - Это естественно для человека - бояться опасности. Со временем ты научишься контролировать свои эмоции и сможешь использовать во благо. Страх помогает нам выжить, юноша. Даже самые храбрые рыцари испытывают страх перед сильным противником. Вопрос лишь в том, сможешь ли ты преодолеть его и взглянуть смерти в глаза.
Я смешался, слегка озадаченный словами священника. Страх можно заглушить - это мне знакомо. Когда идешь темной ночью по глухому переулку и кажется, что вот-вот сзади набросятся толпой...и всеми силами сдерживаешь себя, успокаивая тем, что сотни раз проходил здесь прежде, и все будет хорошо. Но вот взглянуть в глаза смерти...это другое. Здесь нужно иметь смелость. Пусть я выступил против тех придурков на даче, но там меня окончательно накрыла ярость и большую часть боя не помню. Да и перед смертью не успел ничего понять. Здесь же от меня потребуется иное - прямо принять бой с темными тварями. Да и не только с ними. Конечно, меня научат драться, но что толку от умения махать мечом, если ты слаб духом? Я должен избавиться от сомнений.
Последнюю фразу я повторил вслух. Святой отец понимающе кивнул.
- Все мы когда-то сомневались в себе, юноша. Если у тебя хватает смелости взглянуть правде в лицо, то сможешь и выстоять против тьмы. Просто верь в свои силы и в Девятерых. А теперь, если ты решил, идем со мной.
Я качнул головой, прикрыл на мгновение глаза, глубоко вдохнул, с шумом выдохнул и взглянул на священника.
- Я готов.
Мы снова отправились в собор, только на этот раз мы миновали само здание и по узкой гравиевой дорожке прошли к зданию поменьше.
В три этажа, длинное, почти на всю территорию, с несколькими входами. Здесь были даже стражи - стояли у дверей, глядя прямо перед собой. Лица равнодушные ко всему. На нас даже не взглянули, похоже, старика здесь прекрасно знали.
Сразу за дверью оказался просторный холл, по обе стороны от которого расположились коридоры. Старик повернул направо и повел меня мимо множества дверей.
- Что это за место?
- Это рыцарская академия при соборе Святого Конклава. Здесь обучают будущих паладинов, не только как уметь сражаться, но и многим другим вещам.
- Вот как, - протянул я, разглядывая позолоченные таблички рядом с дверьми. На них были выбиты имена и звания: рыцарь-капитан, рыцарь-сержант, рыцарь-капрал и так далее. Похоже, здесь у них строгая система рангов и наверняка имеется свой устав. Своего рода военная академия, где все подчиняются установленным правилам.