Страница 26 из 112
- Пока что я ни в чём не уверена, Мэйгин. Это – наиболее вероятная версия, только и всего. Но проверить ваших людей я должна. Не хватало бы снова проглядеть чёрного мага. Вы знаете, что случилось пять лет назад в Юнгироде?
- Кто же этого не знает? – невесело усмехнулся принц. – Шума история Файханасов наделала много. Я знаю, ваш Орден принимал непосредственное участие в том деле. Вы предполагаете, что история повторяется?
- Возможно, Мэйгин. Скоро я буду знать точно, а пока просто поищу следы.
- Так чем я могу вам помочь, Нидайра?
- Завтра я – в ином облике, разумеется – приду сюда с представителями городской стражи, занимающимися этим делом. Просто дайте указание вашим людям, чтобы нам не чинили препятствий и по возможности без утайки отвечали на наши вопросы. Вам лично присутствовать не обязательно, да и, насколько я знаю, вас ждут во дворце, - чуть улыбнулась драконна.
- Да, завтра мы планировали начать договариваться с королём Вэндором, - подтвердил принц.
- Его предупредят, всё будет так, как я вам обещала. И золото, и помощь.
Мэйгин медленно покачал головой, словно с трудом заставляя себя поверить.
- Это поразительно, мэора… - задумчиво сказал он, глубоко вздохнув. – Вы обладаете такой властью… страшно представить. Прошу прощения за дерзкий вопрос, но… она не способна затуманить вам разум? В смысле, не только лично вам, но вашему Ордену в целом?... Ведь это такое искушение… для многих, по крайней мере.
Он остро, внимательно впился взглядом в Айриэ, ожидая ответа.
- Не для нас, Мэйгин, - негромко ответила драконна. - Власть нам не нужна.
- Но почему? Мне просто любопытно, - пояснил он, распахивая глаза чуть шире, отчего его взгляд казался наивнее обычного. – Я знавал многих, кто за десятую долю вашей власти готов пролить реки крови.
- Видите ли, Мэйгин, вечная борьба за крохи власти над другими – это привилегия людей и орков. Ещё серпентесов, кажется, но их я знаю плоховато, разве что по книгам. Всем прочим расам не свойственна эта тяга к власти ради власти. Ни эльфам, ни гномам, ни… ушедшим драконам этого не нужно. Взамен у них имеется мудрость – истинная мудрость старших рас. Ни высокомерия, ни зависти, ни жажды власти в них нет и быть не может. Это только люди с орками постоянно чувствуют себя в чём-то ущербными, что ли, вот и не могут жить спокойно, да ещё вдобавок приписывают другим свои собственные недостатки. Одни эти дикие байки о высокомерии эльфов чего стоят! Ну как, скажите мне, как мудрое существо могло бы испытывать подобные глупенькие чувства?.. Они и не испытывают. Брезгливость к чужой подлости и зависти – это да, сколько угодно, но нечего их путать с высокомерной снисходительностью. Ну да ладно, свои недостатки в любом случае имеются у каждой расы, равно как и свои достоинства. Те же люди обладают массой замечательных качеств, так что моё ворчание не стоит принимать близко к сердцу.
- Нидайра, вы говорите так, будто сама к людям не принадлежите, - с любопытством отметил принц.
- Мэйгин, драконьи маги – это уже нечто большее, чем простые люди. Мы иначе и… чётче, что ли, видим мир, лучше понимаем его, обладаем большим могуществом и несём гораздо большую ответственность. Так что драконьих магов назвать людьми в полной мере уже, пожалуй, нельзя.
Драконна не лгала относительно её собратьев по Ордену, просто ради маскировки ей пришлось говорить вроде бы и о себе тоже. Действительно, драконьих магов уже сложно считать обычными людьми. И им в самом деле не нужна власть ради власти, только как средство хранить этот мир. Как шутил Саэдран, при посвящении в члены Ордена людям делалась прививка от жажды власти. Речь шла не о простых членах Ордена, вроде воинов или мастеров, над которыми ритуалов не проводили, а о тех, кто имел допуск к высшим тайнам. Шутки шутками, но в Орден отбирались люди определённого склада, и, пожалуй, драконьи ритуалы на самом деле навсегда избавляли их от остатков этой малопонятной и малопривлекательной человеческой страсти играть чужими жизнями и судьбами. Кто не избавлялся, погибал во время посвящения, не выдержав обжигающей честности драконьей магии. К счастью, такие ошибки случались крайне редко, однако же случались. Драконы ведь тоже не безупречны, хоть и видят немножко больше прочих…
- Понимаю, - протянул Мэйгин. – Благодарю вас, Нидайра, теперь буду знать. Возвращаясь к вашей просьбе, я, разумеется, отдам распоряжение оказывать вам всяческое содействие и отвечать на любые вопросы. Однако я искренне надеюсь, что вы ничего подозрительного не отыщете – потому, что искать нечего. Уж простите меня за подобные речи.
- Ну что вы, Мэйгин, я прекрасно понимаю ваши чувства, вам незачем извиняться, - любезно ответила драконна. – Но если виновник здесь, я его отыщу, рано или поздно.
Поговорив ещё немного, собеседники решили расстаться. Но перед этим Айриэ добавила в облик Уэллы несколько правдоподобных деталей: припухшие губы, раскрасневшиеся щёчки, измятое платье и растрепавшаяся причёска. Мэйгину посоветовала не хмуриться столь озабоченно и постараться выглядеть довольным. А то кто же поверит, что он только что был с роскошной и явно желанной женщиной, если принц смотрит исподлобья и морщится, будто у него зубы прихватило.
Вскоре ʺУэллаʺ удалилась столь же величественно, как и появилась.