Страница 20 из 42
Рал выглядел обозленным.
– Выяснилось, что она не делала этого. Кажется, что мой брат связался с оволион.
– Как, черт тебя дери, ты только что меня назвал? – Тина зло уставилась на Рала. – И кем ты себя, урод, возомнил, чтобы так на меня таращиться?
– Оволион, – развернувшись, прорычал Ревер, – это человек, лишенный совести и чести, который говорит неправду, создавая массу неприятностей окружающим. Это наихудшее убожество общества, – зарычал он. – Сейчас же иди в нашу комнату.
– Да пошел ты к черту! – Тина смерила его взглядом. – Не смей говорить мне, что делать, и больше никогда не разговаривай со мной таким тоном!
Ревер взревел, сделав два шага в сторону Тины, выглядя взбешенным. Она закричала, развернулась и побежала по коридору в спальню. Он дрожал и тяжело дышал, когда остановился. Рал секунду колебался, прежде чем подойти и встать рядом с Ревером, положив большую руку на плечо брата.
– Успокойся.
– Она солгала.
– Знаю, – Рал вздохнул. – Я даже представить не могу, как тебе сейчас тяжело, но ты должен успокоиться. Она – женщина, и она – твоя связанная.
Голова Ревера опустилась, его плечи поникли, он не двигался и не говорил. Он казался таким сломленным, и это разрывало Бренде сердце. Он был таким хорошим человеком, а Тина его предала еще одним из возможных способов. Мужчины Зорна были гордыми и честными, Реверу, вероятно, было стыдно за Тину и ее действия. Унизительнее всего было то, что все произошло на глазах у других мужчин.
– Сейчас я заберу человека, – тихо сказал Волдэр. – Похоже, меня ввели в заблуждение.
Ревер вскинул голову, ощутив весь ужас Бренды. Она не хотела уходить с Волдэром.
Он был кретином, поверив в обвинения, он не позволил Бренде опровергнуть ложь, а просто сразу признал ее вину. Волдэр напал на нее, мужчины насильно удерживали её по его приказу, вероятно, нанесли ей синяки и ссадины от жесткого удара об стол, и сорвали с нее штаны. Он угрожал наказать ее, разделив со своими мужчинами, и, чтоб окончательно унизить, он назвал ее «этим». Она не хотела куда-либо уходить с этим мерзавцем.
Гнев отражался в его ярко-синих глазах, когда Ревер медленно повернулся.
– Ты не заберешь её из моего дома.
Бренда ощутила признательность.
– Слава Богу, - прошептала она.
Волдэр нахмурился.
– Ты не можешь запретить мне забрать то, что принадлежит мне. Она полностью оправдана от преступлений, и теперь, когда ей не грозит наказание, она больше не нуждается в твоей защите.
Ревер обратился к Бренде, гнев все еще отражался в его глазах, когда их взгляды встретились.
– Ты желаешь связаться с ним?
– Нет, – она покачала головой. – Пожалуйста, не позволяй Волдэру забрать меня. Я больше не хочу иметь ничего общего с ним.
Он резко кивнул ей, переводя своё внимание с нее, выражение его лица ожесточилось, когда он пронзил взглядом Волдэра.
– Она останется у меня.
– Ревер, – тихо сказал Рал. – Она обещана ему.
– Ощути запах ее ужаса, – прорычал Ревер. – Он собирался разделить ее со своими мужчинами, и он напал на нее, не дав ей шанса защитить себя от обвинений. Он вошел сюда, предположив, что она виновна, и позволил своим людям к ней прикасаться, принудительно раздел ее догола перед другими мужчинами. Она не покинет мой дом. Я расширяю свои защитные полномочия на нее, – Ревер не отводил взгляда от своего брата.
Рал глубоко вдохнул, уставившись на своего брата, а затем переключился на Волдэра.
– Возможно, тебе стоит уехать, пока все не утихнет. Человек, действительно, пахнет ужасом, а Ревер защищает ее, поскольку она находилась под его присмотром. Прогуляйся пару часов, пусть спадет напряжение, а затем ты сможешь забрать ее.
– Мой корабль ждет, и я хочу ее немедленно, – Волдэр был зол.
Рал направился к мужчине.
– Давай вместе выпьем и поедим. Ты довел Ревера до предела, и прежде чем забрать женщину, ты должен дать всем успокоиться. Как Арджис я настаиваю.
Выражая нечто вроде радости, Волдэр кивнул и повернулся к Бренде.
– Приготовься через несколько часов покинуть этот дом. Ты моя, и я забираю тебя с собой на мой корабль.
Бренда застыла и в ужасе уставилась на Волдэра.
Рал, когда выходил из комнаты, забрал также и всех охранников Волдэра.
Когда входная дверь громко закрылась, Али первая двинулась, преодолев расстояние между собой и Брендой, чтобы утешить ее, когда снова опустилась на колени.
– С тобой все в порядке? Они не причинили тебе вреда? Я чувствую на тебе запах крови.
– Кровь? – Бренда была удивлена. У нее немного болели спина и локоть, и она понимала, что была в шоке, но не знала, что у нее шла кровь.
– Ты уверена?
Прозвучал тихий рык.
– Отойди, Али. Ты отправишься следить за тем, чтобы Тина находилась в моей комнате, будешь удерживать ее на месте, даже если тебе придется в прямом смысле держать ее взаперти. Она не должна выйти, поняла? Я позабочусь о Бренде. Иди сторожить эту оволион, – прорычал он.
Бренда смотрела на Ревера, когда Али поднялась на ноги и выбежала из комнаты, направляясь в дальний конец дома. Ревер выглядел бледным, когда пригнулся. Он стал обнюхивать её, отчего его ноздри раздулись. Их взгляды встретились, и она не могла не заметить гнева, который отражался в его красивых глазах. Он протянул к ней руки.
– Иди ко мне.
Ему не надо было повторять это дважды. Горячие слезы заполнили глаза Бренды, когда она едва не кинулась на него. Две сильные руки обернулись вокруг ее тела, одеяла и всего прочего, затем Ревер поднял ее и, удерживая в своих руках, направился к той части дома, где проживала Бренда. Она повернулась, пряча лицо в его рубашку, и дала волю слезам, осознавая, что за всю свою жизнь ей никогда не было так страшно и что Волдэр вернется за ней.
– Я держу тебя, Бренда, – голос Ревера был хриплым.
– Пожалуйста, не заставляй меня уезжать с ним.
Его руки напряглись.
– Я чувствую запах крови на тебе. Куда они тебя ранили?
– Я не знаю. У меня болит спина. Они довольно жестко бросили меня на стол.
Ревер пришел с ней в ванную комнату, где осторожно переместил ее в своих руках и расположил на краю столешницы. Бренда посмотрела вверх на него, встретив его обеспокоенный взгляд. Он потянулся за одеялом, чтобы стащить его с ее тела.
Ее бедра были обнажены, а надетая на нее рубашка, едва прикрывала ее колени. Ревер стянул одеяло полностью, скинув его на пол. Он отвел взгляд от лица Бренды, когда потянулся к ее талии, его руки нежно сжали ее бедра.
– Я никогда не обижу тебя. Ты так сильно пахнешь страхом.
– Я не тебя боюсь, – она именно это имела в виду.
Когда их взгляды встретились, его губы приоткрылись, и он провел языком по нижней губе, Бренду охватило крайне сильное желание его поцеловать. Она отчаянно желала ощутить его губы на своих и жаждала узнать, был ли его рот столь же соблазнителен, каким ей казался.
Ревер нежно зарычал:
– Не смотри на меня так.
Она посмотрела в его красивые глаза.
– Я ничего не могу с этим поделать. Когда я смотрю на тебя, мне хочется прикасаться к тебе и чтобы ты прикасался ко мне в ответ.
Он отвел взгляд.
– Я связан с ней. Я застрял в ловушке, Бренда. Хотел бы я, чтобы это было не так, но я не могу освободиться от человека. Подобное необходимо для их защиты, и это была часть соглашения, которое я заключил, когда взял одного из людей с Земли.
Боль пронзила Бренду.
– На самом деле мне наплевать на ее защиту после всего того, что она нам всем сделала. Если бы ты вовремя не объявился, то Волдэр забрал бы меня отсюда, и у меня есть четкое представление о том, какое будущее меня ожидало, если бы он посчитал, что вся та куча лжи, что ему наговорили, была правдой. Она подвергла Али опасности из-за того, что та пыталась защитить меня, а один из тех придурков держал Али за горло. Тина лгала, и я знаю, что от того, что она повела себя подобным образом на глазах у всех этих мужчин, тебе действительно плохо.