Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 43 из 84

- Замечательная дверь, - Иваненко посмотрел на часы. - Он будет с минуты на минуту. Расходимся.

- Я надеюсь, вы сработаете чисто? В прямом смысле слова: не будете стрелять, крушить мебель, ковер заливать кровью во время задержания? спросил Лаврентьев.

- Конечно. И все же я не советовал бы вам находиться в ка бинете. Преступник может быть вооружен.

- Спасибо за совет... за несовет, но я не только буду в кабинете, но и прошу вас не спешить врываться туда. Хочется, как следует разглядеть этого смельчака.

- Этого я вам не обещаю, - резко сказал Иваненко.

Колготин сунул отмычку в замочную скважину, осторожно пок рутил замок тихо щелкнул. То же самое случилось и со вторым. Действительно, за такой дверью можно прятать бабки только от дураков. Он осторожно распахнул дверь, прижавшись спиной к сте не. Говорил с ребятами, спецами по этим делам, знает, что вся кое бывает за вроде бы простой дверью - и газ может прыснуть в глаза, и сирена завыть так, что душа в пятки уйдет. И током трахнуть может...

Тишина.

И это уже хорошо. Кажется, ростовская сучка не обманула его насчет сигнализации.

Он быстро шагнул в прихожую, осторожно прикрыл за собою тяжелую дверь, безошибочно определил дверь в кабинет, где лежа ли деньги, и решительно шагнул вперед. Теперь нужно действовать быстро. Взять и уйти.

Взять - и уйти!

Колготин вошел в кабинет и замер. За столом сидел врач, который избил его пару дней назад. Елки-моталки! Он сидел и смотрел на него, как будто знал, что сейчас войдет грабитель, как будто ждал!

- Сука! - скривившись, прошипел Колготин, доставая из кар мана пистолет-зажигалку.

Но это злобное шипение было адресовано не хозяину кварти ры, а той, которая уговорила его прийти сюда. Все-таки, обдури ла, подставила, сука!

- Не может быть... - пробормотал Лаврентьев.

И эти слова не относились к незваному гостю. Лаврентьев узнал его тот самый хам, который гнался за Юлей, кого он бил в темном переулке! Выходит, Люда была права? И эта девчонка, эта Юля... Не может быть!

- Заткнись! - крикнул Колготин, одним прыжком оказавшись у стола.

Вадим посмотрел на грабителя с тоскливой усмешкой, не пы таясь защититься, и презрительно сказал:

- Дур-рак!

И в то же мгновение Колготин с размаху опустил тяжелый пистолет на его голову. Только так можно было взять из стола деньги, а если их там нет - уйти.

Ни то, ни другое он не успел сделать.

- Брось пистолет! - послышался за спиной жесткий приказ.

Колготин судорожно дернулся на окрик, не выпуская зажигал ку из пальцев, и в ту же секунду прогремел выстрел. Пуля проши ла его руку чуть выше локтя, разбила стеклянные листья паль мы-настольной лампы, и застряла в стене. Зажигалка упала на ко вер, следом за ней с хриплым криком повалился Колготин, сбитый сильным ударом тяжелого ботинка. Еще несколько ударов отбили у него желание пошевелиться, но когда руки завернули назад и за пястья опоясала холодная сталь наручников, Колготин завопил от боли в раненой руке.

Еще один удар ботинком по ребрам показал, что его вопль был услышан.

- Заткнись, гаденыш! - крикнул Иваненко. - Дима, что там с Лаврентьевым? Живой?

- Да хрен его знает, - ответил Дима. - Похоже, пистолетом по башке получил. Хорошо, хоть эта падла стрелять не стала!

Вадим без движения сидел в кресле, уткнувшись лицом в лужу крови на столе. Дима осторожно приподнял его, легонько шлепнул по щеке. Вадим застонал, открыл глаза.





- Живой, - сказал Дима.

Третий парень, Володя, поднял с ковра пистолет Колготина, повертел его в руках и сказал:

- А он и не мог выстрелить, Саня. Это зажигалка.

- Живой! - сообщил Дима. - Надо "неотложку" вызвать.

- Я же не хотел, чтобы он здесь торчал, как чувствовал! - со злостью крикнул Иваненко. - Дима, займись им. Голова - дело серьезное. Веди на улицу, остановишь любую машину, отвезешь в больницу.

Лаврентьев уже пришел в себя. Дима помог ему подняться на ноги. Гримаса боли исказила лицо Вадима. Но никто не знал, что причина этой страшной, невыносимой боли - не удар Колготина, а предательство девушки по имени Юля.

Иваненко одним рывком оторвал Колготина от пола, поставил на ноги.

- Ну? - спросил он голосом, не предвещающим ничего хороше го. Сейчас скажешь, кто дал наводку, или потом?

- Рука болит, начальник... Скажу, все скажу, только руку освободи... Это она, сучка, уговорила меня вломиться сюда, она, Юлия Малюкова из Ростова. Сговорилась с этим хмырем и подстави ла меня...

Иваненко всадил кулак в его солнечное сплетение. Колготин раскрыл рот, вытаращил глаза и свалился бы на ковер, если бы Володя ударом в плечо ни выровнял его.

- Вы знаете Юлию Малюкову? - резко спросил Иваненко, пово рачиваясь к Лаврентьеву.

- Не знаю, - тихо сказал Вадим.

Боль пульсировала в висках, но её можно было терпеть. А от боли в душе мутилось сознание.

- Зн... знает, - хрипло выдохнул Колготин. - Они здесь тра хались...

Лучше б он не говорил этого. После очередного удара и Во лодя не помог Колготину удержаться на ногах. Иваненко в упор посмотрел на Лаврентьева.

Вадим осторожно отвел со лба влажные от крови волосы, ус мехнулся. Юля? Это его личное дело. Этот дебил заставил её прийти к нему, а теперь хочет убедить всех, что они сговори лись? Пусть попробует!

- Не знаю и знать не хочу, - твердо сказал он.

27

Юля дрожала от холода, спрятавшись за деревянной башенкой на детской площадке неподалеку от подъезда Лаврентьева. Эта дрожь началась ещё утром, когда увидела в глазах Колготина за таенную злобу, на губах - льстивую усмешку, а в словах и жестах

- странную суетную мягкость. Он что-то задумал, что-то нехоро шее, и мысли об этом пугали Юлю. Может, решил затащить в квар тиру и ее? Подставить под кулаки милиционеров? Устроить скан дал? Опозорить в глазах Сани и Вадима? Да он на все способен, этот негодяй! Она дрожала от нервного напряжения всю дорогу, но Колготин так и не выдал своих намерений. Он велел ей ждать на лавочке у подъезда, а сам пошел к лифту.

Юля вздохнула с облегчением - теперь он ей не страшен. Те перь она уже никогда-никогда не встретится с этим злобным и подлым человеком! Не будет каждый вечер со страхом и отвращени ем думать, о том, как его грязные, грубые руки начнут шарить по её телу, корявые пальцы больно вцепятся в нежную кожу грудей... Как тяжелые пощечины будут обжигать её лицо, если что-то ему не понравится... Все это - в прошлом. Он думал, можно безнаказанно издеваться над беззащитной девушкой? Нет, нельзя! И скоро пой мет, на своей шкуре почувствует! Минутное облегчение сменилось томительным ожиданием. Напряжение не спадало, но теперь к нему добавился ещё и холод. В Москве потеплело, снег, падавший в ту ночь, когда она была с Вадимом, таял, но сырой ветер, сменивший легкий мороз, пронизывал тело до мозга костей.

Как же трудно было ждать, когда же Колготина, наконец, арестуют, и Вадим останется один в квартире! Чтобы можно было зайти к нему и все объяснить. Наверное, он будет злиться внача ле... Кому же понравится, если к нему в квартиру забирается грабитель? Но Юля верила, что когда он все узнает, поймет её. Поймет и простит. Он же так хотел увидеться с нею вчера вече ром, а она дала неправильный номер телефона. И об этом расска жет. Вадим умный мужчина, поймет её, и потом... Им же так хоро шо было вдвоем! И, может быть, это повторится. А с Иваненко они останутся хорошими друзьями.

Напряженное ожидание сменилось ужасом, когда она увидела Вадима с окровавленной головой. Его придерживал под руку креп кий парень в светлой куртке. Наверное, подчиненный Сани. Спустя мгновение, Саня и ещё один парень в куртке вывели согнутого Колготина. Рукав его пальто был влажным, похоже, в крови. Кол готин поднял голову, посмотрел по сторонам. Искал ее! Юля маши нально спряталась за деревянную башенку.

Что там случилось? Почему голова Вадима в крови? Иваненко не хватило времени, чтобы остановить, обезвредить Колготина? А что делали эти крепкие ребята в кожаных куртках? Куда смотрели, о чем думали?! Сердце гулко колотилось в груди, ладони стали потными. Колени дрожали от страха. За себя, за Вадима... Но разве можно было подбежать и спросить?