Страница 20 из 119
На что Ариант просто пожал плечами.
— Ладно, ты можешь идти, я посижу тут с ним. А то вдруг очнется, в незнакомой обстановке, нужно что бы кто-нибудь был рядом, — сказал Ариант.
— Спасибо спаситель ты мой! Пойду пропьюсь, эм в смысле проветрюсь, не каждый день видишь такие ужасы, — он быстро вышел из комнаты и направился в ближайший кабак.
Ариант достал из своей сумки, которую всегда носил с собой, книжку, и погрузился в чтение. Изредка бросая взгляд на парня, способного напугать полуэльфа. Что сказать редко, кому удается. Но если он оборотень, то этот страх оправдан. Думается, что оборотней всех истребили, но это не так. Невозможно истребить целый народ. Их истребляли, потому что боялись, потому что не знали разницу между истинным оборотнем и проклятым. Истинный оборотень полностью контролирует обращение. Они могут использовать промежуточные стадии, обратить только руки, для защиты, или уши, для улучшения слуха. Только при первом обращении, возникают сложности. Молодому оборотню, нужно бороться со своей звериной половиной, нужно взять над ней контроль. В принципе, если рядом есть старший товарищ, он поможет. Даже если его нету, очень редко когда истинный не справляется. Истинный оборотень, даже в человеческом обличие сильнее и быстрее обычного человека. Проклятые же, это в основе своей звери, монстры. Они не контролируют себя, мало того, человеческая часть проклятого практически мертва, если он сам не дал согласие на превращение себя в чудовище. Проклятый не контролирует превращение, даже в образе человека он ужасен и, как правило, безумен. Проклятыми они становятся, как понятно из названия, из-за проклятия. На таки проклятьях специализируются некроманты, черные маги. Проклятые оборотни, в своем полузверином обличии очень сильны и быстры. Без магии, с ними могут справиться только мастера боя.
Оборотней не видно было уже более ста лет. Скорей всего они живут в какой-нибудь глуши, отрезанными от мира, чтоб сохранить свой род.
Глава 9. Тварь я дрожащая или право имею?
В следующий раз, я пришел в себя, когда меня захлестнуло то же ощущение, что было при эльфе, только оно было больше. Мне стало намного легче, помня, какое впечатление я произвел в прошлый раз, решил маленько полежать с закрытыми глазами. Я слышал, как в комнате разговаривали двое мужчин. Незнакомые мне голоса и они говори обо мне.
— Как он? — спросил один их мужчин.
— Как как, нормально все с ним, подумаешь выжег свой источник, да зачерпнул немного жизненных сил, поправится, — ворчливо сказал второй голос.
Покряхтев, видать для порядка, он вышел из комнаты, громко хлопнув дверь.
Я открыл глаза и осмотрелся. Я лежал на кровати, которая стояла в углу, в противоположном углу находилась дверь, рядом стояло кресло, в нем сидел мужчина и смотрел на меня.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он меня.
Я прислушался к себе, пошевелил руками, попытался сесть, но у меня ничего не вышло, все еще слабость в теле ощущалась.
— Довольно таки не плохо, но сесть не могу. Слабость в теле дикая, — ответил я ему.
— Это нормально. Тебя разве не учили, что нежелательно тратить свою жизненную силу на магию? — после небольшой тишины спросил он меня.
В ответ я лишь пожал плечами.
— Все, что я знаю про магию, так это несколько плетений и все, — ответил я ему.
На что мужчина удивился.
— Да ладно, как тебе тогда удалось пробить щит шамана? Знаешь плетение способное на это? — спросил он меня с иронией.
— Ну, выходить знаю, — усмехнулся я ему. — Где я? И кто вы? — спросил его.
— Сейчас ты на постоялом дворе «Усталый солдат» в городе Индариал, — ударение он сделал на втором слоге. — Меня можешь звать Ираитом. Я командир того небольшого отряда, который ты спас.
— Эм и каким образом я кого-то спас? — в недоумении спросил я его. — Я вообще старался просто забрать как можно тварей с собой, — тут перед глазами промелькнула картина деревни, и я стиснул зубы. — Последнее что я помню, это зеленую травку.
Ираит тяжело вздохнул и рассказал мне все, что произошло там.
— Если бы не ты, мы бы все там и остались, — этими словами он закончил свой рассказ. — Я смог договорится с нашим целителем, он приходил, осмотрел тебя, сказал, что жить будешь. Мы в долгу перед тобой, так что поможем, чем сможем. Твоя сумка лежит под кроватью, меч, кстати весьма не плохой, там же. И да, сейчас принесут поесть, — усмехнулся он, услышав крики моего живота.
— Спасибо, — это все что я смог ответить, потому что перед глазами так и стояла картина с телами из деревни.
В это время в комнату вошла девушка, лет двенадцати, с подносом и мисочкой еды. По комнате сразу же поплыл ароматный запах мясного бульона.
— Это Эмили, дочь хозяина, она покормит тебя, — сказал мне Ираит. — Не о чем не волнуйся, я буду внизу, как она закончит, я приду, и мы еще поговорим с тобой.
На что я просто кивнул, а он встал и вышел.
Девочка же, немного смущаясь, поставила поднос на тумбочку, которая стояла возле кровати и села рядышком, начав кормить меня с ложечки. Кормила она меня безумно вкусным и очень наваристым бульоном. Я съел все, потом она напоила меня из кружки, слегка горьковатой настойкой и так же молча, ничего не говоря пошла на выход.
— Спасибо тебе, — сказал я ей в след.
— Поправляйтесь господин, — улыбнувшись, ответила она.
Когда она ушла, я решил оглядеться. Комната была примерно метра четыре на четыре, как я говорил, в одном углу стояла кровать, рядом с ней стояла небольшая тумбочка, чуть дальше по этой стене было небольшое окно, в противоположном углу находилась дверь, рядом с которой стояло кресло, еще одно кресло стояло у меня в ногах. И все, больше ничего в комнате не было, голые деревянные стены, такие же потолки и пол, никаких ковров и картин. Простая жилая комната, хорошо хоть кровать застелена не соломой, а довольно таки мягкой тканью.
Я снова попытался пошевелится, руки уже почти слушались, голова поворачивалась, только вот до сих пор не было сил, на то чтобы приподняться и сесть.
Когда я очередной раз рухнул на кровать, после попытки подняться, в комнату вошел Ираит, насколько я помню, так его зовут.
— Не торопись, — попенял он мне, — через пару дней думаю, встанешь. Целитель оставил тут тебе настойки, он хоть и вредный, но дело своей знает.
Он подошел к тумбочке и поставил на нее что-то вроде бутылки, только она была не стеклянная, а деревянная на вид.
Потом я посмотрел на Ираита, он был взрослым мужчиной, лет наверно 30, гладко выбрит, лицо какое-то породистое что ли, прямо нос, длинные черные волосы до плеч и коричневые глаза. Ростом он был, наверно, метр девяносто, высокий, крепкий. И движения были то плавные то резкие, как у хищников. Определенно отличный боец.
— Сколько я был без сознания? — спросил я, чтобы хоть с чего-то начать разговор.
— Три дня, день пока мы скакали сюда от деревни, и два дня ты провалялся тут, — о чем-то задумавшись, ответил он мне. — Вещи мы твои не трогали, все в целости и сохранности. Хотелось бы узнать, где ты нашел кожу Ихши?
— Кого кого? — не понимая, спросил я его.
— Большая такая змея, с тремя костяными гребнями, — пояснил он мне.
Я вспомнил эту змейку и меня неосознанно передернуло.
— Я убил ее, по пути сюда, — на что Ириат поднял одну бровь, как бы прося продолжения, ну я и рассказал ему все, что было тогда.
И про змейку и про орков.
— Значит, у тебя еще в сумке есть ее шипы? — задумчиво спросил он. — Что ты собираешься делать с этой шкурой?
— Не знаю даже, у вас есть варианты? — спросил я его.
Вообще еще было легкое недоверие к ним, видать привык никому не доверять там, у себя дома, но ведь надо доверять хоть кому то, сомневаюсь, что они тащили меня ради каких-то злых целей, даже вон сумку не тронули.
— На что вообще эта шкурка годна? — спроси я у него.
— Да за эту как ты выражаешься «шкурку» тебя убить могут, — хмыкнул он. — А вообще из нее получаются не плохие кожаные доспехи, она прочна, ее очень сложно порезать или разрубить, так же уменьшает воздействие магии на носителя. Очень дорогая шкурка и не каждый сможет ее правильно обработать, — все так же задумчиво проговорил он.