Страница 105 из 119
Зайдя на подобие сцены, я взял стульчик, поставил его на центр сцены и посмотрел как там дела у Калила. Он уже закончил пристраиваться к инструменту и ждал только моей команды. Мне же надо было что-то держать в руках, меч или еще что, ну не комфортно мне будет без этого. Оглянув по быстрому зал и увидев стоящего рядом со сценой того самого воина, у которого за спиной висел большой двуручный топор, я быстро быстро побежал к нему.
— Простите, можно на песню ваш топор взять, ну очень надо, — попросил я его.
— Песня хорошая? — громким серьезным голосом спросил он.
— Вам понравится, — подмигнул ему.
— Ну на, бери, — хмыкнул он, доставая из за спины эту огромную хрень. — Если не понравится, то я тебя этим же топором и того. В деревню твою отправлю.
— Договорились, — усмехнулся я, возвращаясь на сцену.
Вообще сценой это место было сложновато назвать, небольшая площадка, выше остального зала сантиметров на тридцать, да установленные на ней всякие инструменты и стулья. Плюс по бокам портьеры, надо признать шикарные, да возможность затемнять сцену. Вот и все.
В зале уже стал раздаваться недовольный ропот. Девушка там, что-то кому то выговаривала, иногда бросая в мою сторону насмешливые взгляды. Ну, сейчас и я над тобой пошучу.
Подойдя к мужичку, с которым сперва разговаривала девушка, убедил его сделать так как я хочу, чтоб сначала на меня свет практически не падал, оставляя мой силуэт во тьме, но чтоб при моем знаке, свет резко подавался на меня. А знаком будет удар рукоятью топора об пол.
Сев на стул, я поставил топор рукоятью в пол, а сам облокотился на него и закрыл глаза. Закрыв глаза, я собирался по максимуму выпустить своего зверя. Чтобы нечеловечески черты лица фактически доминировали.
— Начали Калил, — очень тихо сказал я, но полуэльф услышал.
Заиграла музыка, сразу же задавая ритм.
При первых словах в зале повисла тишина, все таки здесь уважали чужое творчество, но вероятнее всего, это было из-за того, к кому песня была обращена и какие слова звучали. А девушка эта отнюдь не простая прохожая стервочка.
Когда я начал петь про огонь, то не открывая глаз, почти визуализировал огнешары у себя в руках. Именно что почти, от чего мои руки как будто загорелись огнем. На последней строчке я по максимуму выпустил зверя и открыл глаза. В зале раздался шум, какие-то не понятные крики и ругань. Некоторые дамы попадали в обморок, многие мужчины стали руками шарить по поясам, пытаясь найти оружие. Даже Калил мне показалось, но немножко сбился с мелодии. Мне уже весело. Представляю, что они увидели. Вертикальные зрачки, что горят ярким золотым светом, острые длинные клыки, заостренное лицо, да полыхающие пламенем руки.
Пев все это, я, не переставая, смотрел прямо в глаза этой миленькой стервочке, а она же не смела отводить их от меня. На последних словах она судорожно вздохнула и крепко сжала свое ожерелье.
Исполняя этот куплет, я позволил себе слегка ироничную улыбку. Замолчав, я сильно сжал челюсти, чтоб было видно, как заиграли желваки.
Здесь я позволил злости вырваться наружу, а уж на последних строках я сощурил глаза и чутка стал грубое петь, чтоб был слышен то ли хрип, то ли шипение. Ох, надеюсь, эти строки не примут в серьез. Девушка же на них практически побелела, а в глазах стал зарождаться не страх, нет, а самый настоящий ужас.
Ну а последний куплет, после длинного проигрывания музыки Калилом, я уже исполнял спокойно, с все той же ироничной ухмылкой. За все время я ни разу не оторвал своих глаз, от глаз этой девушки. Надеюсь, не переборщил.
Но вот музыка закончилась, и свет снова меня покинул. Я остался сидеть в тишине, а в зале сначала ничего не происходило, а потом раздался оглушительный шум, как вскоре я понял, это были хлопки, только вот не в ладоши, а по телу.
Прыгнув на сцену, ко мне рванул тот мужик, у которого я одолжил секиру.
— Вот это порадовал! — воскликнул он, буквально подхватив меня и до темноты в глазах, сжимая своими огромными ручищами. — Да после такого я сам любого обезглавлю, кто рискнет к тебе полезть! — захохотал он на весь зал.
Это, как я успел заметить, ощутимо охладило пыл некоторых личностей, что видать чувствовали себя оскорбленными. В основном, это были прихлебатели девушки, которые вечно вились возле нее. Кстати ее саму я заметил уходящую быстрым шагом.
— Пошли, выпьем в каком-нибудь трактире нормальное пойло! — прервал мои размышления здоровяк. — У меня такое настроение, что голову кому-нибудь хочется открутить, шутки ради.
— Я только за, — засмеялся я.
Своей энергетикой он буквально завораживал. Здоровый веселый мужик, с которым так и хочется набухаться да поговорить о жизни.
— Виктор, Виктор Кеннет, — представился он, протягивая мне руку.
— Дарт, — ответил я пожимая его огромную лопату, в которую бы поместилось штук десять моих маленьких ладошек. — Калил погнали с нами.
— Сейчас погоди, — махнул он рукой.
Полуэльф стоял возле мужичка, который был видать главным сцены и что-то ему упорно доказывал, тыкая пальцами на инструмент, которым он играл.
— Ты долго? — крикнул я.
— Мне не хотят отдавать это чудо! — чуть ли не в голос зарыдал полуэльф.
— Так, это не дело, — хмыкнул Виктор. — Этот инструмент должен быть в достойных руках. Эй ты, хрен лысый, ты хочешь сказать, что не горишь желанием отдать этот инструмент моему другу? — повышая тон и подходя к ним, буквально проревел Виктор.
В ответ мужичок, что-то проблеял, и уже смирившись, просто махнул рукой.
— Дарт с тебя еще что-нибудь похоже, — довольно улыбаясь, сказал Виктор.
— Только место бы хорошее найти, я не очень тут ориентируюсь, — попросил я.
— О, об это не переживай, я знаю такое шикарное место! Там так готовят, а какое там пиво, ууууууууу, можно бочками пить, — засмеялся здоровяк. — А девочки там, ох жил бы там. Вот честное слово.