Страница 46 из 61
Поначалу сахелянтроп заставил задуматься многих палеоантропологов, так как он сочетал в себе «продвинутое» плоское лицо и крошечный мозг объемом до 350 миллилитров. Однако компьютерная реконструкция черепа с учетом всех найденных осколков и обломков показала, что его лицо все же сильнее выдавалось вперед, чем казалось изначально. Кроме того, в результате реконструкции стало очевидно, что большое затылочное отверстие располагалось в нижней части черепа, что указывало на бипедальность. Несмотря на то что верхние клыки сахелянтропа были довольно острыми, его зубная система в целом соответствовала представлению о ранних гоминидах. Разумеется, ни один из этих факторов не помешал Пикфорду и Сеню оскорбительно сравнивать сахелянтропа с гориллой, а авашской группе полностью игнорировать его при обсуждении происхождения человека.
Полуостров Боури
Нужно сказать, что группе из Среднего Аваша и так было чем заняться. После находки в Арамисе команда Уайта начала раскопки на расположенном южнее утесе под названием «полуостров Боури». Здесь присутствовали слои, четко разделенные на три эпохи, самый старый датировался временем 2,5 миллиона лет назад. В 1999 году группа сообщила о находке частично сохранившегося черепа и других костей гоминида, которого она окрестила Australopithecus garhi. Споры о том, относятся ли эти материалы к очень похожему, но чуть более раннему виду из Хадара или представляют собой отдельную форму, идут до сих пор. Как бы там ни было, самым интересным аспектом этой находки была археология. В том же слое были обнаружены кости млекопитающих с явными следами царапин, нанесенных острыми камнями при разделке туш и извлечении костного мозга. Все это даже в отсутствие самих каменных орудий указывало на их применение. При этом единственным существом, имевшим возможность разделать туши животных, а также питавшимся мясом, был австралопитек. Более того, Боури и расположенное поблизости место раскопок под названием Гона относились примерно к одному и тому же временному периоду, а в Гоне было найдено множество олдувайских орудий. Собрав все эти факты воедино, группа из Беркли заявила, что отныне умение создавать каменные орудия не может считаться отличительной чертой рода Homo (хотя по крайней мере с философской точки зрения они все еще придерживались идеи, что их новый гоминид мог быть нашим прародителем).
Окаменелости, действительно принадлежащие роду Homo, были найдены в Боури несколько выше, в месте под названием Дака, датированном одним миллионом лет назад. В публикации 1992 года свод черепа из Даки был ожидаемо приписан Homo erectus, хотя казался не похожим ни на одну из яванских находок. Впрочем, насколько мне известно, он все время находился в распоряжении группы из Беркли, которая не подпускала к нему других ученых, так что разобраться в этой загадке было довольно сложно — хотя многие пытались, и не раз. В 2002 году мы с моим коллегой Джеффри Шварцем посетили Национальный музей Эфиопии в Адддис-Абебе, вооруженные письмом от Министерства культуры страны, на основании которого нам разрешалось взглянуть на образец из Даки и останки других гоминидов из Среднего Аваша. Но техник, отвечавший за сейф с окаменелостями, отказался его открывать, и ни один из его начальников, включая даже старшую администрацию, не посмел оспорить его решение. Судя по всему, за этим отказом стояла весьма влиятельная поддержка. Тем не менее, основываясь только на данных, опубликованных группой Уайта, Джорджио Манци из Университета Рима и двое его итальянских коллег в 2003 году написали работу, в которой утверждали, что череп из Даки и другие африканские материалы были крайне не похожи на восточно-азиатских Homo erectus. Судя по фотографиям, череп из Даки также существенно отличался и от черепа из Буйи, найденного одновременно с ним в эритрейской части Афара к северу и востоку от Среднего Аваша. Как бы там ни было, до сих пор ни один палеоантрополог не имел возможности сравнить эти две окаменелости.
Еще выше в отложениях Боури, рядом с деревней Херто, авашская команда обнаружила вторые самые старые из известных останков Homo sapiens (первые по возрасту окаменелости современного человека были найдены в Кибише Ричардом Лики за 30 лет до этого и в 2005 году отнесены ко времени 195 тысяч лет назад). Кости из Херто имели возраст около 160 тысяч лет или немногим менее и представляли собой черепа двух взрослых особей (один достаточно полный) и череп ребенка. Уайт и его коллеги заключили, что найденные ими гоминиды отличались от неандертальцев, живших в одно время с ними, хотя в этом выводе не было ничего удивительного. Чтобы обозначить некоторое отличие своих находок от всех современных им человеческих популяций, они дали им собственное подвидовое имя — Homo sapiens idalty (от афарского слова, означающего «старейший»). Этот вид, по их словам, «вероятно, являлся прямым предком анатомически современных людей». Авашская группа также указывала на то, что находка из Херто представляла собой убедительное свидетельство эволюции человека в Африке. Таким образом, опровергалась гипотеза Милфорда Уолпоффа (вдохновленная идеями Вайденрайха) о «мультирегиональной» эволюции, к которой мы еще вернемся позже.
Любопытно, что на черепе ребенка были обнаружены следы порезов, аналогичные тем, которые Уайт заметил на черепе Бодо. Это означало, что после смерти его тело разделали. Более того, череп был странно отполирован, как если бы его долго носили в сумке, например, из религиозных соображений. Ритуальное поведение является характеристикой современного человека, но археологические находки рядом с костями гоминидов из Херто не указывали ни на какие поведенческие изменения по сравнению с предшественниками. Совсем наоборот, среди артефактов из Херто были обнаружены одни из самых старых в Африке каменных топоров.
Дикика
Противостояние Хадара и Среднего Аваша закончилось в 1999 году, когда Зерай Алемсегед из Калифорнийской академии наук начал раскопки в Дикике — безлюдном районе, находившемся на противоположном от Хадара берегу реки Аваш. Осадочные породы здесь были более или менее идентичны тем, которые находились на другой стороне долины, и ландшафт здесь был точно таким же — леса, переходящие в заросли кустарников, между которыми вились притоки реки, впадающие в древнее озеро. В ходе второго года раскопок здесь был обнаружен великолепно сохранившийся скелет ребенка Australopithecus afarensis. Эта маленькая девочка, которой дали прозвище Селам («мир» по-афарски), жила 3,3 миллиона лет назад (то есть за 120 тысяч лет до Люси) и умерла в возрасте чуть старше трех лет. Чтобы определить это, исследователи применили более усложненную методику датировки зубов, использовавшуюся ранее при анализе мальчика из Нариокотоме. Очевидно, что Селам передвигалась на двух ногах, но ее лопатки были похожи скорее на кости гориллы, чем человека. Молодые гориллы почти все время проводят лазая по деревьям, и, как показали исследования, юная Селам мало от них отличалась в этом отношении. Ранее на основании костей взрослых афарских австралопитеков ученые уже делали предположения, что эти гоминиды проводили часть жизни на земле, а часть — на ветвях деревьев. Теперь же у них в руках оказалось убедительное доказательство этой гипотезы. Удивительно, но в скелете Селам также сохранилась подъязычная кость — единственная твердая часть голосового аппарата гортани. Она выглядела очень похожей на обезьянью, что подтверждало наличие у афарских австралопитеков соответствующих вокальных способностей.
Археологические находки в Дикике тоже были достаточно необычными. До этого момента самые ранние каменные орудия были обнаружены в Гоне и насчитывали 2,6 миллиона лет. Однако отложения в Дикике были куда старше, и местные исследователи были поражены, обнаружив кости млекопитающих возрастом 3,4 миллиона лет, носившие следы царапин. Судя по всему, когда-то тела этих животных были разделаны с использованием острых каменных осколков. Археологи направили все усилия на поиски орудий, аналогичных инструментам из Гоны, но до сих пор ничего не обнаружили. Существует предположение, что австралопитеки из Дикики могли разделывать туши животных с помощью острых камней, образовавшихся естественным образом. К примеру, они могли заостриться в реке за счет соприкосновения с камнями на берегу. Другая версия гласит, что отметки, похожие на порезы, могли оставить острые копыта животных, проходивших по останкам. Однако исследователи Дикики считают, что этот вариант можно исключить.