Страница 41 из 61
У каждого метода имеются свои погрешности, так что внушительный разброс дат, связанных с Чжоукоудянем, следует оценивать объективно. Пара черепных коробок, очень похожих на чжоукоудяньские и найденных на расстоянии всего в паре сотен миль от Нанкина, были датированы с применением метода ЭСР временем примерно 400 тысяч лет назад, в то время как другая методика (ураново-ториевое датирование, измеряющее накопления стабильного тория из нестабильного предшественника в пресноводных известняках, которые часто образуют натечные камни в известняковых пещерных отложениях) показывала, что они значительно старше. Для сравнения, разбитый череп, найденный южнее, в местечке под названием Ланьтянь, согласно датировке, имел возраст более миллиона лет. Так что, несмотря на все неточности, существует вероятность, что Homo erectus довольно долго кочевал по просторам Китая и Явы.
И все же не все среднеплейстоценовые гоминиды из Китая относятся к Homo erectus. В 1978 году в Дали был найден череп с достаточно крупным мозгом (около 1200 миллилитров) и высокими надбровными дугами, очень схожими с теми, что украшают африканский череп из Кабве. Изначально описанный нашедшими его китайскими исследователями как Homo erectus, он позднее получил собственное видовое имя Homo daliensis («человек из Дали»). Аналогичная форма надбровных дуг обнаружилась как минимум у еще одного из нескольких черепов, найденных в Юньсяне, в провинции Хубэй, возраст которых составлял 400 тысяч лет.
Некоторые из ранних материалов. По часовой стрелке, начиная с левого верхнего угла: череп 5 из Сима-де-лос-Уэсос в горах Атапуэрка, Испания; череп взрослого неандертальца из Амуда, Израиль; череп 1 Джебель Ирхуд из Марокко; череп 9 Джебель Кафзех из Израиля. В масштабе. Рисунки Дона Макгрэнэгана, автор правого верхнего рисунка — Дженнифер Стеффи
Для сравнения: черепной свод, найденный в месте раскопок под названием Маба, имеет очень изящные изогнутые надбровные дуги, удивительно похожие на брови европейских неандертальцев. Статус этого образца обсуждается до сих пор. Независимо от того, каким образом все эти окаменелости будут рано или поздно классифицированы, уже в 1980-х годах виды гоминидов среднего плейстоцена, найденные в Китае, демонстрировали все признаки и многообразия, и долголетия.
Что-то похожее происходило и в Европе. В 1960 году в пещере в Петралоне на севере Греции был найден хорошо сохранившийся череп. Как и в случае черепа из Дали, его высокие и загибающиеся назад надбровные дуги и объем мозга, приблизительно равный 1200 миллилитрам, напомнили многим череп из Кабве в Замбии. К сожалению, его возраст до сих пор точно не определен, хотя, скорее всего, составляет от 150 до 250 тысяч лет. В 1972 году в пещере Араго в восточной части французских Пиреней были найдены ископаемые фрагменты лица, немного превышавшие петралонский череп по возрасту (датировка показывала 450 тысяч лет), но морфологически очень с ним схожие. Когда его сверили с вероятно совпадающей с ним черепной коробкой, данный образец продемонстрировал вероятный объем мозга между 1100 и 1200 миллилитрами. В ходе раскопок в Араго также были обнаружены несколько челюстей, найденных в глубинных археологических слоях, которые изобиловали останками животных и каменными орудиями — преимущественно довольно грубыми сколами, среди которых затесалась пара каменных топоров. Французские ученые, описывавшие гоминидов из Араго, отнесли их к Homo erectus, что в то время являлось предпочтительным обозначением ископаемых подобного типа в континентальной части Европы. Англоговорящие исследователи, с другой стороны, отдавали предпочтение выражению «архаичный Homo sapiens». Важно отметить, что окаменелости из Араго и Петралоны, как и другие им подобные, были не особенно похожи ни на Homo erectus, ни на Homo sapiens. Но этот факт, очевидно, немного значил в мире, где наука по-прежнему находилась во власти линейной синтетической теории. В конце концов, нельзя было ожидать, что промежуточное звено между двумя этими видами не могло выглядеть точно так же, как один из них, и то, какое имя вы выбирали, в значительной степени зависело от того, на кого из них найденный образец был похож меньше. Для теории синтеза имела значение только генеалогия.
Однако кем бы ни был этот гоминид, во время его существования определенно происходили интересные вещи. Прежде чем начать работать в Араго, французский археолог Анри де Аюмле раскопал стоянку гоминидов на древнем пляже в Терра-Амата на окраине Ниццы. Его команда обнаружила остатки того, что, судя по всему, было сезонным охотничьим лагерем. Его обитатели приблизительно 380 тысяч лет назад сумели построить достаточно продуманные убежища. Лучше всего из этих жилищ сохранилась похожая на хижину овальная конструкция из молодых деревьев, которые были срезаны, воткнуты в землю и собраны вместе вверху. Периметр был усилен кольцом камней, разрыв в котором с одной стороны обозначал вход. Сразу возле входа внутри находилось мелкое, выкопанное вручную углубление, содержавшее обгоревшие камни и кости животных. На тот момент это был самый ранний обнаруженный пример древнего очага, и он представлял собой первое по-настоящему убедительное свидетельство, что гоминиды могли использовать огонь.
Пара намного более ранних стоянок в Африке содержала некоторые намеки на строительство жилищ и применение огня, но все они горячо оспаривались. До совсем недавнего времени явных доказательств того, что миллион лет назад в Африке умели использовать огонь, не существовало. Немаловажным является то, что хронологически стоянка в Терра-Амата совпадает с тем временем, когда огонь стал регулярно встречаться в археологической летописи. Это отчетливо показывает, когда зависимость от огня прочно обосновалась в списке навыков гоминидов. Позднее мы сможем увидеть множество косвенных оснований верить, что применение огня могло играть ключевую роль в жизни гоминидов намного раньше, но что касается вещественных доказательств, то именно Терра-Амата находится в ключевой временной точке или по крайней мере рядом с ней.
И все же даже в начале 1970-х годов такие стоянки, как Араго и Терра-Амата, не были самыми ранними свидетельствами присутствия гоминидов в Европе. Фрагмент челюсти из Мауэра, найденный Отто Шетензаком задолго до этого, датировался возрастом более чем 500 тысяч лет (проведенное недавно абсолютное датирование, хоть и никем не принятое, показало 600 тысяч). Еще раньше были организованы археологические раскопки, в ходе которых были обнаружены примитивные каменные инструменты, хоть позже и выяснилось, что на самом деле они не документировали самое раннее присутствие гоминидов в Европе. Мы доберемся до этого вопроса позже, но в то время всем казалось, что гоминиды покинули свой родной континент — Африку — достаточно поздно. Самым ранним надежным доказательством присутствия гоминидов за пределами Африки является место раскопок в Израиле под названием Убедил, где были найдены каменные топоры возрастом чуть более миллиона лет. Столь внушительный возраст представлялся чем-то вроде аномалии, ведь в Европе каменные топоры появились достаточно поздно (и были абсолютно неизвестны в Восточной Азии). Но тем не менее это было довольно убедительное доказательство того, что к тому времени производители этих топоров путешествовали за границы Африки, где данная технология появилась более чем на полмиллиона лет раньше.
Настолько же неполноценно было понимание того, как, где и когда производство орудий путем скалывания куска камня до получения осколка определенной формы стало более аккуратным. Было известно, что в какой-то неустановленный момент времени создатели каменных инструментов начали бережно придавать форму камню-заготовке перед раскалыванием, чтобы один последний удар отделил от него осколок, который потом легко можно было доработать до готового инструмента — наконечника, скребка или даже тонкого топора. Огромным преимуществом этого приема было то, что полученный осколок имел режущий край по всему периметру. Как всегда, старые инструменты продолжали использоваться (особенно в регионах, где камень хорошего качества не был широко доступен) параллельно с более новыми, начавшими появляться приблизительно 300 тысяч лет назад. Новый подход должен был означать, что качественные материалы стали важны как никогда и производители инструментов начали беречь их, затачивая и в процессе дорабатывая форму, размер и предполагаемое предназначение. В 1970-х годах было известно лишь несколько мест раскопок, представлявших собой ранние очаги подобного промысла, так называемого среднего палеолита в Европе и среднего каменного века в Африке. Но уже тогда было понятно, что процесс перехода от производства простых каменных топоров к «заготовкам» не был гладким и непрерывным и появление нового способа работы не было связано с развитием какого-либо нового отличного от других вида гоминид.