Страница 138 из 155
Не до шуток было Альбусу Дамблдору, который метался по кабинету и выдерживал нападки чистокровных магов, которые весьма и весьма активно осаждали его, требуя наказать Поттера. Однако, Дамблдор не мог этого сделать, но тем не менее, выслушивал идиотские выкрики с места, так сказать. И на следующий день, когда в пророке вышла статья, весьма сдержанная и нейтральная, Дамблдор был спасён. Он находился в холле приёмной министра, когда к нему подошёл Люциус Малфой.
– Мистер Дамблдор, я вынужден требовать отчисления Гарри Поттера из Хогвартса! – громко заявил Малфой.
Но Дамблдор не успел ничего сказать.
– По какому же поводу, Мистер Малфой?
За спиной Люциуса стоял Гарри. Во всей своей красе. Блондир резко развернулся и впился в Поттера взглядом, присутствующие тут высшие чиновники общества, собрались посмотреть на бесплатное шоу. Люциус прищурился:
– Вы оскорбили множество достойнейших людей.
– Чем же? – Гарри поднял бровь, – своим заявлением, что так называемые чистокровные уступают маглорождённым?
– Да, – Малфой держал маску аристократа не в пример лучше Амикуса. Поттер порадовался за это и ухмыльнулся нагло:
– Бремя доказательств лежит на обвиняющем, как говорили римляне. Я лишь сказал людям свои наблюдения. И подтвердил их действиями. Хотите доказать мне превосходство чистокровных волшебников? Миллион галеонов, если сможете. И учтите, что я прямо заявил, что всё, что вам надо – это доказать. А вы, требуя, чтобы меня исключили, доказываете лишь то, что никаких внятных доказательств у вас нет и победить меня в магической дуэли вы не можете. При всей своей чистокровности, сэр.
– Когда-нибудь этот миллион у вас уведут, Поттер…
– Это вряд ли, мистер Малфой, – Гарри мягко улыбнулся, – как говорил один политик, глупость – это не отсутствие ума, это и есть такой ум. Если вы уверены в превосходстве чистокровных – к барьеру. Цена проигрыша – Род Малфой перестаёт существовать, а вы – будете вынуждены покинуть Англию навсегда и более не возвращаться на Альбион ни при каких условиях. Готовы?
Тут то Люциус Малфой и понял, что скользкость пора применить снова.
– Я не готов к сражению, Поттер. То, что вы родились сильным магом, не делает вас автоматически правым во всём.
– Лишь в том, что сила и ум – вот две добродетели волшебника. Я могу бросить вам вызов официально и вы вынуждены будете его принять. Ну что, Люциус, есть убедительные доказательства вашей стороны? – Гарри скосил глаза на присутствующих тут. Министр выглянул из кабинета, тут же были невыразимцы и служащие, – Нет? Тогда не смею вас больше задерживать. И передайте своим друзьям, тем, кто особенно верит в эту чепуху, что я никому не затыкаю рот. Если у них есть какие-либо внятные доказательства – буду рад их выслушать, и не пробуйте больше доставать достопочтенного Дамблдора, всем, как я надеюсь, понятно, что этим лишь показывает правильность моих выводов. Было бы что сказать – сказал бы. Не смею вас больше задерживать.
Поттер отвернулся к директору, а Люциус ушёл, держа абсолютно безэмоциональную мину на лице.
Гарри улыбнулся директору и осмотрел собравшихся:
– Судари, и часто к вам захаживают такие вот личности?
– Малфой тут постоянно работает, – сказала пышная женщина с добродушным лицом, – крутовато ты его, он в последнее время сам не свой.
– Ничего, он взрослый мальчик, переживёт.
Люди, поняв, что шоу не будет, начали расходиться. Дамблдор поблагодарил Поттера:
– Мальчик мой, спасибо тебе. Честно говоря, уже в последнее время отбоя от них нет.
– Ерунда, – Поттер улыбнулся шире, – говорите примерно то же самое каждому просящему. Если хотят доказать свою точку зрения – могут доказать. Если нет – пусть заткнутся и проваливают.
– Нельзя же так, – тихо сказал директор, – Гарри, ты слишком резок. Зачем сразу так с корабля на бал?
– Увы, – Поттер развёл руками, – потихоньку можно, но это всё равно что потихоньку вытаскивать зуб. Только больнее будет. В итоге всё заглохнет на старте, нет, мистер Дамблдор, тут нужно действовать резко и сразу, а недовольных заставить уйти от всей власти. Кстати… – Поттер показал объёмистый портфель, – у меня тут есть крупный пакет исков на министерство к визенгамоту, поэтому передаю его вам. Это копии, конечно же, оригиналы будет поданы в соответствии с законом…
Дамблдор взял в руки портфель Поттера и улыбнулся:
– Хорошо, что ты так энергичен, Гарри. Но скажи, зачем тебе эти девочки?
– Флора и Гестия? – выгнул бровь Поттер, – они живут и обучаются в клубе. Со временем, скорее всего, станут моими сторонницами.
Дамблдор кивнул и посмотрел вокруг. Приёмная, в которой был вход в кабинеты советников министра и некоторых весьма уважаемых чиновников – это не то место, где следует обсуждать важные вещи. Он махнул рукой и вместе с Поттером зашёл в свой кабинет.
Гарри тут же сел на диванчик и, потерев руки, сообщил:
– Директор, как вы знаете уже, мой клуб – открытая образовательная организация, уже действует активно. Мы обучаем молодняк, скоро будут публичные лекции на тему теории магии. Было довольно сложно создать переходные лекции, которые могли бы быть восприняты местным магическим сообществом. Но мы справились, приглашаю вас, – Гарри положил на стол стопку флаеров, – это одноразовые портключи в холл нашего штаба. Третьего сентября в полдень они сработают и перенесут касающихся их.
Дамблдор посмотрел на стопку листков:
– Сколько здесь?
– Три десятка. Я прошу вас, раздайте их тем, кто может быть заинтересован в лекции.
– Хорошо, Гарри, – Дамблдор улыбнулся в бороду и сгрёб стопку бумажек-артефактов, – впрочем, у меня сейчас от тебя немало головной боли. И помимо чистокровных – вот взять к примеру отдел по зачарованию магических вещей. У них проблемы из-за твоих статей, особенно против них настроились маглорождённые. Бедный Артур уже ко мне ходит жаловаться ежедневно. Не мог бы ты сбавить пыл?
– Нет, – Гарри понурил голову, – я не виноват в том, что этот отдел в большинстве своём приносит вред обществу. Поэтому я останусь непреклонен. Конечно, деятельность этого отдела может быть положительной, но в основном они пытаются запретить магам касаться магловских вещей, что по определению глупо.
Дамблдор только вздохнул:
– Я подумаю, что с этим можно сделать, – он потёр виски, – да, Уизли это меньшая из проблем. После разгромного дела Блэка авторитет министерства пошатнулся, после излечения Лонгботтомов – пошатнулся авторитет Мунго… Сейчас все бегают с чемпионатом по квиддичу, который пройдёт послезавтра…
Гарри задумался:
– Сэр, вы же не планируете затянуть меня на это…. Действо?
– Знаю, мальчик мой, ты ненавидишь квиддич.
– Смотреть, как люди, особенно парни, гоняются за золотым мячиком? Увольте. А уж когда они на мётлах себе хозяйство отбивают – у меня невольно пробегает дрожь по телу. Бррр.
– Это да, это да… – директор посмотрел на Гарри поверх очков-половинок, – но это не главное. Там будет первая встреча лидеров государств, которые участвуют в турнире – Франции, Англии и Болгарии. Поэтому…
– Нужно работать лицом, – догадался Поттер, – сэр, учтите, что моя политика и политика министерства во многом разнятся. Я не оппозиционер, но министерство сейчас стоит в оппозиции ко мне. Уверены, что это хорошая идея?
– Уверен, Гарри, – твёрдо сказал Дамблдор, – кто если не ты, как одна из самых ярких персон магической Англии, должен предстать как представитель общества перед министрами? Правда, там же будет и Люциус с женой, но это неудобство придётся потерпеть…
– Со мной пойдут трое, – кивнул Поттер, – это не обсуждается. Сириус, Лайза, Драко.
Дамблдор улыбнулся:
– Юный Малфой будет там очень кстати. Я планировал пригласить Уизли…
– Эту ораву? – у Поттера глаза на лоб полезли, – очень… необдуманный шаг. За старших не скажу, но Артур – рассеянный чудик, его жена – крикливая толстушка, Рональд – глуп и завистлив, так что может оконфузиться по какой-нибудь мелочи, близнецы… непредсказуемы.