Страница 40 из 66
— Интересно было…
Вот только рассказывать, что же такого интересного я нашел в таком поведении — не стал. Пусть сам додумывает.
Не учел я только того, что предо мной не подросток, с повышенной любознательностью, а человек, который в политике, как говорится на моей родине, съел не одну собаку.
— Ты знаешь, зачем я пригласил тебя? — поспешил перейти к делам, а то еще начну рефлексировать. Оно мне надо?
— Договор! — подтвердил свою осведомленность мой собеседник.
Понимая, что подтверждать его слова никому не нужно, ни мне, ни ему, просто протянул ему кулон с кристаллом, на котором находились уже подготовленные документы.
Ничего не говоря, он зажал кулон в кулаке, а его зрение расфокусировалось. Видимо, полностью погрузился в работу через нейросеть. В таком положении он простоял около минуты.
Не думаю, что все это время он занимался документами. Есть такое предположение, что в это время шел активный разговор, предметом которого был я, и то положение, в которое они сами себя загнали. Вы ведь понимаете, что щелкнуть по носу мальчишку, пусть даже он будет трижды принцем — это одно, а поглумиться с правителя суверенного государства, чем очень активно занимался мой собеседник — это совсем иное.
Наконец представитель Императора вернулся в реальность и протянул мне кристалл с уже подписанными документами. Я же сделал вид, что не замечаю протянутую руку, в которой зажат кулон.
— Мне вот интересно. Телохранитель моей сестры еще жив? Или с него уже содрали шкуру?
В задумчивости постучав пальцами правой руки по подлокотнику кресла, продолжил:
— Хотя, снимать с него шкуру бессмысленно. А вот сделать рабом — самое то. Я бы так и сделал. А вы?
От последовавшего вопроса господина Ли просто перекосило. Если даже я не угадал, то был очень близок к истине. Так мне показалось в тот момент.
— Через четыре часа я покидаю вашу гостеприимную станцию. И очень надеюсь, что ноги моей здесь больше не будет.
Намек, если сказанные слова можно было бы воспринять именно так, был не только прямым, но и довольно конкретным.
— И уверен, что сестренка не будет расстроена его отсутствием. Не так ли?
Даже не думал, что командовать подобными людьми будет настолько противно. Ведь я четко помню глаза этого убийцы. Это был лев! Сейчас же предо мной сидит поджавший хвоста пес. И не важно, кто дал ему пинка. Важно то, что он разрешил своему хозяину это сделать.
В ответ он просто кивнул. Вот только его внешний вид был настолько жалким, что я даже заподозрил неладное. Не сделали ли они с дядей Вовой нечто непоправимое. Будем надеяться, что нет.
— Еще меня интересует судьба моей корпорации.
Продолжать не пришлось, так как на нейросеть тут же упало извещение о том, что была допущена ошибка, а теперь все в порядке.
За что мне «нравится» государство — так это за то, что там нет крайних.
Вернее, крайних всегда можно назначить, но обычно их нет. Устроили беспредел, а когда запахло жаренным все пожимают плечами, мол я не я — и хата не моя. Ладно, проглотим и это.
— И последний вопрос. Какой подарок вы готовы предложить своей будущей жене?
И только он открыл рот, как я его оборвал. Точнее, сделал вид, что не заметил его поползновений.
— Учтите! Согласно указу своего правителя, — скромно не стал указывать на себя пальцем, — до двадцати пяти лет она должна получить хорошее образование. Не дело это отдавать первую красавицу королевства необразованной. Думаю, я смогу забыть все, что увидел в вашем доме, если вы согласитесь проспонсировать ее образование.
Понимаю, что это прямой шантаж, но этому покойнику уже завтра будет все равно.
— Например, откроете для нее кредитную линию. Можно даже оговорить, что ни под какие иные цели она не сможет использовать эти деньги.
Хотя… Нейросеть ведь нужно установить нормальную.
По скривившейся физиономии стоящего предо мной человека понял, что он согласен на все, лишь бы я исчез из Империи как можно быстрее. Даже на то, что обучение будет продолжаться до двадцати пяти лет — ему было плевать. Как мне кажется, он тоже не в восторге от будущей жены. И причина, вероятно, не в самой кандидатуре, а в том, как эту свадьбу навязали. Но — это политика. А в ней интересы государства, или своего правителя, должны быть превыше всего. Иначе он может и обидеться.
Я прекрасно понимал, что мои слова и действия можно отнести к шантажу. И отчет в том, что он будет мстить — также себе отдаю. Нет, сейчас он все проглотит. Но потом, когда подвернется такая возможность…
Очень надеюсь, что слова неизвестного о том, сколько осталось жить этому, довольно неприятному для меня, типу — окажутся реальностью.
Вместо ответа на мою нейросеть пришло еще одно сообщение, что обучение госпожи Мии Ас'ман берет на себя клан господина Ли. И отменить или разорвать данный документ невозможно ни одной из сторон.
Только после этого решил «заметить», что он так и не опустил руку с подписанными документами. Кулон все также висел в его вытянутой руке.
Видимо у меня тоже есть совесть. Определил это по тому, что не смог больше игнорировать этот жест, и забрал назад подписанные «документы».
Наше общение закончилось как-то неправильно. В душе остался осадок…
Даже не знаю, как его охарактеризовать. То ли неудовлетворенность. То ли подсознательное ожидание очередной подлянки. Не знаю.
На фоне произошедшего стоило задать себе один вопрос — все ли я учел?
Не осталось ли чего-то такого, что может поломать все мои планы?
Вопрос-то я себе — задал. С ответом было очень туго. А ко всему этому еще и паранойя активизировалась.
Время, затраченное на анализ текущей обстановки, ничего не дал. Было несколько источников беспокойства, и сказать, какой из них самый опасный — у меня не получалось.
На первом месте стоял господин Ли. Вряд ли такой человек, как он, простит сопляку выходку, поставившую столь уважаемого человека в столь нелепое положение. И что можно ожидать от него?
Однако не стоит забывать и самого Императора, который, как мне подсказывает шестое чувство, также держал свою руку на пульсе. Что он может сделать в текущей ситуации? Ведь его план, который воплощал в жизнь господин Ли пошел прахом.
Да и сам посол со своими подопечными показался мутным типом. Хотя эту мысль гнал от себя всеми силами. Но дурные вопросы — типа, что он делал на том секторе, то ли в виде бомжа, то ли маскируясь под оного — пока что остаются без ответа.
Когда пришло время расставаться — даже вздохнул с облегчение. И причин для этого было две. С моей шеи снимался груз ответственности за мелкую, с ее королевством, что можно оценить как положительный результат. И я успел сделать все запланированное до назначенного срока.
Дядю Вову привезли в… очень плохом состоянии. Что с ним делали выяснить не удалось. Причина проста — я улетаю на «своей» яхте, а принцесса с послом и своим телохранителем — на посольском курьере. И вылетают первыми — они. Я решил удостоверится, что никакой подставы с боку местных не предвидится.
Осталось лишь придумать, что буду делать, если таковая произойдет.
Подозреваю, что запинать ногами из не получится. Так что эта мера — всего лишь успокоение собственной совести.
Перед самым отлетом сестренка вышла на связь, уже находясь внутри курьера, и некоторое время помолчав, просто сказала, что будет ждать моего возвращения. Единственное, что мне не понравилось — это взгляд посла, который он бросил в мою сторону. Не знаю, знает он ли он, что я увидел его взгляд, или нет, но… Снова моя паранойя.
Когда они ушли в гипер — вздохнул с явным облегчением. Ведь до последнего был уверен, что не может пройти все так просто. Ну, не может, и все тебе!
Когда же вышел сам, и лег на указанный незнакомцем курс, со мной связался господин Ли. И, посмотрев на меня своим фирменным взглядом, от которого шерсть на спине стала дыбом, улыбнулся, и пожелал счастливого прибытия.