Страница 40 из 71
Он закатывает глаза.
— Звучит многообещающе, не могу дождаться, — сарказм распирает его хриплый голос. — Я делаю это только для тебя, Хейлз, — бормочет он, и я улыбаюсь, благодарная ему за это.
О, существует так много вещей, которые я бы хотела сделать для тебя. Ты был бы весьма удивлен, Ди. Я постаралась выкинуть из головы его недавнее грубое поведение.
Свет потух, когда загорелся экран, и чувствую себя слегка взволнованно, потому что смотрю этот фильм с ним. Он делает глоток охлажденного вина и протягивает мне бутылку. Я делаю то же самое. Развалившись на уютном диване, так здорово наблюдать за Ширли Маклейн, которая превосходно играет свою роль в этом фильме. Я беру руку Дэниела, переплетаю наши пальцы, за что награждаюсь безумно нежной улыбкой.
Я делаю еще один глоток вина, которое стало уже не таким холодным. Мои глаза стали глянцевыми от непролитых слез, которые сдавили мое горло, и еще чуть-чуть и они польются нескончаемым потоком. Это уже двадцатый раз, когда я смотрю этот старый фильм, и я до сих пор надеюсь, что, возможно, на этот раз ее дочь не будет болеть.
— Хейлз, я сейчас начну истекать кровью, — нашептывает мне Дэниел, кивая на свою невинную руку, в которую я вцепилась ногтями.
— Прости, — бормочу я, не отрывая глаз от экрана. Кажется, он улыбается в этот момент.
Не прошло и минуты, как я слышу душещипательный голос Дэниела:
—К черту это все! — я смотрю на него с любопытством, в конце концов, оторвав свой взгляд от драмы на экране, которая только-только достигла своей кульминации. — Просто оседлай и оттрахай меня!
Мои глаза расширяются от изумления, и я не могу удержаться от смеха на его столь глупую просьбу.
— Бешенство гормонов? Это фильм так на тебя повлиял? Ни каких объятий, ни прелюдий, просто взять и оседлать тебя? — я хихикаю. — Не пойми меня неправильно, не то, что бы у меня есть какие-либо проблемы с запрыгиванием на тебя в любой момент, хоть 24 на 7, без разницы, но если серьезно, в чем дело, Ди?
— Ну, я, правда, старался быть хорошим, чувствительным парнем и смотреть это дерьмо с тобой, но это сущий ад. Ну, серьезно, это все равно, что лишить меня мужского достоинства. Я должен загладить свою вину здесь и сейчас. Как можно скорее.
Я начинаю хохотать.
— Я не шучу, давай, не теряй время, оттрахай меня, Хейлз, пожалуйста, — командует он, глядя на меня вполне серьезно.
Мой живот уже болит от смеха, но параллельно я чувствую другую сладкую боль, образующуюся внутри моего тела.
Тем не менее, продолжая забавляться, я спрашиваю:
— Эй, может, ты собираешься снова начать беситься и ругаться матом?
Теперь его черед недоумевать, хотя на его губах появляется небольшая кривая улыбка.
— Поясни-ка, пожалуйста, дорогая, — он посмеивается хриплым, низким голосом.
— Я просто могу найти более сексуальный способ исполнить вашу просьбу, мистер Старк, — я многозначительно моргаю, а он в ответ разражается громким веселым смехом, но быстро берет себя в руки, сжав челюсти и губы в тонкую линию, хотя в его глазах все еще танцуют чертики.
— Черт возьми, Хейлз, теперь ты просто обязана оседлать меня сейчас же, — рычит он.
И я с удовольствием исполняю его просьбу.
Когда я ложусь спать, укладываясь в его объятиях, я говорю:
— Завтра после работы я иду домой. Ян придет. Ты тоже можешь присоединиться к нам, если хочешь.
— Не думаю, что смогу. У меня плотный график, и ты, вероятно, хочешь побыть наедине со своими друзьями.
— Я всегда рада видеть тебя, — говорю я, поцеловав его.
Я глубоко укутываюсь в его объятиях и закрываю глаза.
Глава 21
— Дамы, если мы собрались сегодня здесь, чтобы конкретно потусить, то я просто обязан просветить вас относительно кое-чего, — Ян останавливается на мгновение, добавляет драматическую нотку своему голосу и продолжает: — Ведь я правильно понимаю, мои дорогие дамы, что цель нашей встречи — хорошенько взбодриться, прийти в себя и т.д. и т.п. Поэтому вы все должны помнить, что алкоголь принимается только в чистом и прозрачном виде, и никак иначе!
Мы обе смотрим на Яна, который сидит рядом с нами на нашем белом мраморном полу, потом друг на друга. Я кусаю губы, пытаясь скрыть широкую улыбку, и делаю все возможное, чтобы выглядеть серьезной. Я вижу, что Таша пытается сделать то же самое. Роб, с другой стороны, смотрит на нас троих скучающе, как бы говоря «Что я делаю здесь среди этого странного трио?»
Это только ради нее, моей лучшей подруги, Роб, только ради нее.
— Дамы, — говорит Ян, привлекая наше внимание снова к нему. — Если вы, конечно, предпочитаете темные крепкие напитки, помните, что я вас предупреждал — вы можете лишиться содержимого своего желудка.
Мы обе киваем, изображая восхищение столь глубоким философским учением, которое Ян проповедует своими красивыми полными устами.
— Просто держитесь подальше от темного алкоголя. Все, что вам нужно делать, мои обожаемые дамы, это держать его подальше от ваших замечательных ротиков. Это проклятое пойло! — он кивает, тем самым подчеркивая важность своего учения. — Безусловно, этот запретный плод так сладок, но даже не пытайтесь. Он парализует вас и ваши умные головки навсегда. Уж я-то знаю, что говорю.
— Ну, теперь наш любимый священник наконец-то закончил зачитывать проповедь? — спрашивает Таша.
— Позвольте мне кое-что уточнить, если я правильно поняла, — говорю я, пытаясь все еще выглядеть серьезной, что дается мне очень тяжело, хотя бы благодаря ухмылке на лице Таши. — Если мы решим употреблять сегодня алкоголь, то нам следует всегда выбирать прозрачный напиток, так как он содержит меньше калорий?
Ян посылает мне свою мегаваттную ослепительную улыбку.
— Верно, дорогуша.
Я начинаю хихикать. Я не могу представить никого, кто может поднять мне настроение лучше, чем это делает Ян. Он мой собственный солнечный лучик — ну ладно, наш — мой и Таши. Хотя теперь я думаю, что в моей жизни появился еще один такой человек, пускай он и делает это совершенно по-другому.
— Итак, что же ты в итоге заказала, Хейлз? — вопрошает Таша, в то время как Роб массажирует ей плечи.
Почему я считаю это ненормальным? Он ничем не отличается от любого другого парня Таши, которые у нее были до этого. Возможно, загвоздка в том, что он ее босс? Или тот факт, что он уже находится в серьезных отношениях с другой? Или, может быть, то, что Дэниел неосознанно изменил мое отношение к нему...
Я качаю головой, чтобы прогнать эти мысли прочь и отвечаю:
— Дешевых китайцев.
Ян качает неодобрительно головой в мою сторону, бормоча себе под нос:
— Гидрофобные углеводы на наших ляжках сведут нас всех в могилу.
— Дешевые китайцы? Это что еще такое? — спрашивает Роб, и мы все трое смеемся в режиме стерео.
— Просто жирный, дешевый китайский фаст-фуд. Это наша фишка, — отвечает Таша.
— Мы обедаем по высшему разряду, — комментирует Ян нелепо, прокручивая свой оранжевый браслет Scuba на запястье.
Роб улыбается и оставляет поцелуй на голове Таши.
Только бы не забыть: мне нужно спросить позже Ташу о том, как странно это для них, чтобы вести себя, как будто это просто бизнес, как обычно в офисе после того, как, ну, это...
— Время трапезничать! — Ян реагирует на стук в нашу дверь, ожидая еду и хлопая в ладоши с энтузиазмом, как маленький мальчик.
Я улыбаюсь ауре, которая, кажется, постоянно окружает его. Он всегда такой активный.
— Я угощаю. Пойду, оплачу, — я хватаю свой кошелек в коридоре и иду к двери.
О, дерьмо, Дэниел. Не к добру. Разве он не упомянул вчера, что он будет занят на работе? Блин! Я приветствую его, пытаясь скрыть свое удивление, смешанное с улыбкой, говорящей о том, как я рада его видеть. По-видимому, не сработало.