Страница 5 из 15
Они сидели с совершенно потухшими глазами вдоль небольшой стенки общего барака, в котором, вероятно, и жили. В колодках, так как их побаивались. И старались игнорировать весь окружающий мир. Старались. Потому что приближение четырех крепких мужчин, идущих к загону с уверенным видом, пропустить они не могли. Все высоки по местным меркам и очень крепки, подтянуты. А в их необычных кафтанах опытный взгляд воинов безошибочно определял доспехи, непривычные, но все же. Этакий прогулочный вариант.
Георгий подошел к загону и потребовал у стоящего подле ворот охранника:
– Открыть!
Присутствие стоявшего на полусогнутых ногах рядом с нашим героем портового слуги вкупе с уверенным и довольно грозным видом четверки сделало свое дело. Охранник чуть помедлил, а потом услужливо открыл ворота, пропуская гостей внутрь. Из-под дальнего навеса к ним уже бежал управляющий… или торговец. Сложно сказать. Однако разговор не получился – от крепости к ним спешило полтора десятка бойцов. В кольчугах, с щитами.
– Стоять! – рявкнул на ромайке их предводитель и без того стоявшему Комнину со спутниками.
– Кто такой? – с некоторым интересом поинтересовался Георгий на койне, вновь невольно подчеркивая свой статус. Вид подошедших воинов его не впечатлил. Какие-то оборванцы в весьма посредственных кольчугах, сделанных явно без особенного искусства и мастерства, едва ли не из сырого железа. Все остальное снаряжение было под стать.
Кроме того, за спиной у Георгия и его людей была превосходная техника фехтования, основанная на тысячелетней практике. А эти вояки? Да чему их вообще могли здесь научить? Школы только-только проклевывались и были доступны исключительно элите. Очень состоятельной элите. Поэтому Комнин не сомневался в своем превосходстве.
– Кто ты такой?! – ответил вопросом на вопрос командир отряда.
– Ты мне нравишься, – усмехнулся Георгий. – Тебя я убью последним.
С этими словами он извлек свой клинок и отсалютовал им противникам. Все, и прибежавшие бойцы, и «отказники», скрестили свои взгляды на необычном оружии. Пользуясь этим, спутники нашего героя также, не торопясь, достали свои «железки». У одного бойца в руках оказался мощный цвайхендер, до этого просто висевший на перевязи за спиной. Остальные двое, как и Георгий, выхватили тяжелые боевые шпаги с развитым эфесом, которые казались чем-то совершенно выпадающим из контекста эпохи. Не викинг со смартфоном, но все же.
Возможно, читатель, воспитанный на советских фильмах про мушкетеров и гардемаринов, удивится. Зачем шпаги? Ведь противники с мечами! Но тут нужно пояснить. Дело в том, что в этих фильмах использовались современные спортивные рапиры, не имевшие к боевому оружию никакого отношения.
На самом деле боевые шпаги появились в период расцвета латных доспехов и изначально являлись весьма мощным, серьезным оружием. В сущности, они представляли клинки от мечей, на которые приделали развитый эфес. Он разительно увеличивал защиту кисти и открывал массу новых возможностей в фехтовании.
Еще бóльшим заблуждением будет считать, что шпаги были исключительно одноручные. Ничего подобного. Как и мечи, развитием которых они являлись, шпаги были и полутора-, и двуручные. Например, хорошо известные широкой публике рейтары использовали в своей боевой практике полутораручные шпаги.
К чему это отступление? К тому, что, когда Георгий извлек свой клинок, он отнюдь не выглядел хлипким и слабым. Напротив, мощный клинок произвел впечатление. Не меньше, чем эфес. Так в те годы не делали. На фоне этих шпаг даже двуручный меч Вячеслава не давал такого эффекта и несколько терялся.
Командир противников дернулся вперед, первым отойдя от шока, но его атака закончилась очень быстро. Легко парировав клинок нападающего, Георгий пробил его правое предплечье колющим ударом. Кольчуга пропустила острие так, словно ее и не было. Свободно. Завершая атаку, Комнин сделал полушаг назад, извлекая свой клинок и разрывая дистанцию.
– Не боец, – кивнул он своему визави. – Посиди пока в сторонке. Сейчас мы убьем твоих людей, а потом поговорим с тобой. Откуда ты такой дурной взялся.
– В атаку! – рявкнул морщащийся от боли командир, отскакивая за спины своих бойцов. Да, он не мог продолжать бой после этого удара незнакомца, буквально рассекшего ему часть мускулов правой руки. Но их было лишь четверо…
Отряд Комнина отреагировал очень быстро, перестроившись в ордер. Оно им было легко и привычно. После стольких-то тысяч повторений… Вячеслав со своим двуручным мечом стал основой построения. Георгий, Андрей и Петр с тяжелыми боевыми шпагами обеспечивали некое подобие фронта. Они, конечно, и сами были чрезвычайно опасны, но выступали все же с позиции сил поддержки. То есть тех бойцов, которые обеспечивают всесокрушающее действие воина с двуручным мечом.
Не прошло и пары минут, как от полутора десятков нападающих осталось всего три бойца. Да и те откровенно боялись приблизиться к гостям. Даже несмотря на то, что те откровенно улыбались и подбадривали своих противников. Никаких унижений или провокаций, как это обычно бывает. Нет, напротив. Казалось, что они просто развлекались. Может быть, так бы и было, если бы на земле вокруг не лежали, постанывая, те, кто еще недавно считались вполне здоровыми воинами местного гарнизона.
В общем, продолжения боя не получилось. Тем более что от крепости подошел еще один отряд. Человек в тридцать. Причем их командир был верховой.
– Что здесь происходит? – хмуро спросил всадник на довольно корявом койне, выдававшем потуги на высшее общество. Довольно спокойно спросил. Драться с людьми, что вчетвером положили без потерь полтора десятка, ему не хотелось. Совсем. К тому же, несмотря на весьма решительный успех, убить они пока никого не убили. Покалечили, ранили, выбили. Но не более того.
– Это твои люди? – поинтересовался Георгий, выступивший вперед.
– Да.
– Они напали на нас.
– Кто вы?
– Георгий Максимович Комнин.
– Серьезно? – с легким скепсисом переспросил всадник.
Тут нужно пояснить ситуацию. Дело в том, что фамилия Комнинов являлась высшей аристократией византийской традиции, почитаемой и местными. А отчество в те годы являлось характерным признаком славянской традиции, впрочем, тоже аристократической. Обычно фамилию и отчество не сочетали из-за некоторой аляповатости. Конечно, не мастер спорта майор Чингачгук, но все равно – било по ушам аборигенов это изрядно.
Если же идти дальше и пытаться осмыслить слова Георгия, то получалось, что, указав отчество, он явно намекал на наличие чтимых им славянских аристократических корней. Но это еще полбеды. Дело в том, что Комнинов осталось не так много. Буквально наперечет. И Максимов среди них не было, как и Георгиев.
Таким образом, наш герой, просто представившись, породил для местных изрядную головоломку. Она усугублялась еще и тем, что поведение и навыки Георгия выдавали в нем явного аристократа, притом довольно высокородного. Особняком стояло только снаряжение, которое было дорогим… но странным. Этакое легкое юродство. Но кто без закидонов?
– Хотите оспорить? – оживившись, поинтересовался Георгий, отсалютовав шпагой. Да так, что всадник слегка вздрогнул.
– Нет. Я верю вашим словам, – нейтрально произнес командир гарнизона. Драться ему совсем не хотелось. Да и вообще, он посчитал, что нужно просто сообщить вышестоящей инстанции, чтобы не ломать себе голову вопросами, выходящими за рамки его компетенции. Желания становиться разменной монетой в разборках высшей аристократии у командира гарнизона не имелось.
– Я рад это слышать. Кольчуги, шлемы, щиты и клинки ваших людей теперь мои.
– Конечно, – охотно согласился всадник и кивнул кому-то в отряде. Те сразу же, хоть и осторожно, подступились к раненым и стали аккуратно снимать с них трофейное снаряжение. Законы тех лет были просты и незамысловаты.
После такой демонстрации разговор с «отказниками» и торговцем прошел очень быстро, просто и конструктивно.