Страница 16 из 82
Во-первых, Андрей сообщил, что у них появились конкуренты Из пояснений следовало, что на объект поздно вечером въехала "девятка" номер 44-56 ЮЖР, ранее не регистрируемая наблюдением. Однако по тому, как ее впустили, ясно, что эта машина базируется на объекте. Вслед за "девяткой" подошел "Ауди" 18-18 ЮЖР, и из него явно ведут наблюдение за дачей Абаса.
В этом сообщении Сергей не нашел ничего тревожного и необычного. Он только приказал не фиксировать "Ауди" в отсчете-хронометраже, не фотографировать и вообще забыть, что такую машину видели.
Приказание это не очень удивило Залужного.
старый хитрюга и сам догадался, что к чему. А вот второе сообщение Алексея было нерадостным: на даче Абаса последний час наблюдалось непривычное оживление. В окнах горел свет, во дворе суетились люди, и в подвале шла непонятная возня.
По образному выражению Жоры Литовченко, который слышал разговор, "вселенский кипиш может означать только одно - щупают ноги".
Сергей, с трудом сохраняя спокойствие, дослушал Залужного до конца, но едва тот отключился, что есть силы хрястнул кулаком по столу.
Еще минуту сидел в нерешительности, покусыва губы...
Решение могло быть только одно. Времени больше не оставалось. Сейчас, немедленно - или все равно уже когда...
Сергей снял трубку телефона, набрал домашний номер Горского...
К пяти часам утра в распоряжении Надеждина были: Южанский ОМОН в полном составе, отдельная группа по борьбе с организованной преступностью, все спецгруппы захвата Управления, техническая служба, транспорт и даже особая рота из состава армейского корпуса. Кроме того, Сергей получил все полномочия: на время операции все силы переходили под его непосредственное руководство.
Такое великодушие со стороны Горского можно было истолковать двояко: с одной стороны, как полное доверие своему подчиненному, а с другой - в случае неудачи большая часть вины упала бы именно на голову Надеждина.
Что ж... Сергей этого не боялся. Даже наоборот - несколько успокоился. Теперь, когда он выставлен на виду, так сказать "урби эт орби", даже если результат операции окажется скромнее, чем запланировано, Надеждину грозит лишь административная ответственность, а даже не служебное расследование. И это означает, как предполагал Сергей, что Горский уже определился, что делать с кассетами допроса Меченого.
Возможность самого жесткого варианта - полного устранения "группы Надеждина" - отменялась. Или, по крайней мере, отодвигалась...
Операция началась в пять часов тридцать минут.
9
Захват виллы Абаса поручили Жоре Литовченко - и бравый казак справился с задачей почти блестяще. Возможно, если бы этот этап операции возглавлял кто-то другой - например, Волод Бачей, то оценка была бы просто "блестяще", без "почти". Но так уж у Жоры выпало на роду - за что ни брался, все выходило у него "почти блестяще".
Дачу Абаса атаковали одновременно с нескольких сторон. К тому времени ее обитатели угомонились, и спецгруппе ОМОНа удалось приблизиться незаметно почти вплотную. А затем омоновцы в пятнистых робах, бронежилетах, вооруженные до зубов, ворвались в здание. Оруду ломиками, ногами и прикладами, в мгновение ока высадили двери и железные ставни. Жоре оставалось только отметить высокий класс работы.
Когда же он наконец и сам попал в здание, там все гудело, вибрировало и громыхало. Шум стоял, словно в ковбойском салуне во время всеобщей потасовки.
Жора зорко огляделся по сторонам - со всех сторон зловещий полумрак, из которого доносились вопли, изощренный русский мат и выкрики на незнакомом гортанном языке. И тут Литовченко с ужасом понял, что за не столь уж продолжительный период оперативной работы он сам, казак лихой и бывший офицер ОМОНа, совершенно Потерял боевую форму, ощущение ритма боя утратил и теперь не знает, куда ему бежать и что делать. Человек не на своем месте, да и только.
А между тем где-то коротко хлопнул пистолетный выстрел, затем еще два, вслед дробно раскатилась автоматная очередь. Дело разворачивалось не в шутку, и Жора испугался - Надеждин настрого приказал брать всех живыми, а тут того и гляди прикончат кого в кутерьме.
Когда глаза Георгия привыкли к темноте, он рассмотрел прямо перед собой лесгницу, ведущую наверх. А наверху, судя по звукам, шла отчаянна потасовка Литовченко рыкнул, одним прыжком покрыл сразу пять ступеней и... кубарем покатился вниз, сверкнув подошвами.
Сверху, со скоростью японского экспресса, прямо на него скатился клубок сцепившихся те i Жора грохнулся затылком так. что искры, посы павшиеся из глаз, осветили поле боя. И тут Жора прямо под носом обнаружил волосатую ногу с задравшейся брючиной. Безотчетно и машинально он вцепился в нее руками, а затем и зубами Хватке Литовченко в тот момент мог позавидовать любой титулованный бультерьер Доказагепьством тому послужил истошный вопль, исторгшийся из чьей-то глотки. Георгий, в силу положени не рассмотрел из чьей Он уже праздновал победу, как сверху навалилось тяжелое тело Не растеряв шись, Жора выпустил искусанную ноз у, вывернулся и резко саданул локтем назад, целя противнику иод дых. Увы! Промазал - и сразу очутился в самом невыгодном положении чокш попали ь железные клеши и руки выверну ли во всех суета вах сразу Боль была настолько пронзительной, что Жора заорал, вплетая и свой юл ос в общий хор И тут невидимая, железная рука поймала eго за шиворот, оторвала почти на метр от пола и по тащила к выходу.
Брыкающегося Литовченко выволокли на улицу, кто-то ловко вывернул карманы. Щелкнули наручники - и его отпустили. Георгий недоуменно вытаращился на свои скованные руки, затем на физиономии омоновцев, которые от изумлени стали вытягиваться под масками, в изнеможении сполз на траву и залился тихим идиотским хохотом. Глядя на него, вначале робко, а затем во весь голос зашлись и омоновцы. Всеобщее веселье длилось минуты две. Наконец один из парней, метра под два с хвостиком, наклонился к Литовченко и, смущенно бормоча что-то, снял наручники и помог ему подняться.
- Вы уж извините, - бормотал он, - понимаете, я вижу, что Толян с Серегой ломают кадра в подштанниках, а на ноге у Толяна висит какой-то ко... гм .. тип. А тут вы еще брыкаться начали...
Ну... малость и перестарался. Рука очень болит, Георгий Васильевич?
- А... катись ты, - неосторожно отмахнулся Литовченко и скривился от боли. Во всяком случае, стало хоть не обидно - двухметровый омоновец, бывший Литовченкин сослуживец, прапорщик Севрюга, славился тем, что укладывал троих своих сотоварищей в течение нескольких секунд.
Так что пострадать от его рук не слишком зазорно.
А вот Толик Гончаренко в общем разговоре не участвовал - сидел молча в сторонке и деловито бинтовал правую ногу. Жора одернул пиджак, потрогал шишку на затылке, ссадину под глазом и строго вопросил:
- Всех живьем взяли?
- Так точно, - подскочил щеголеватый лейтенант Тыртыпшый. - Одного только подранили малость, да он, сука, из автомата шмалять начал.
- Хорошо, - благосклонно кивнул Литовченко. - Пошли посмотрим на орлов, - развернулся на каблуках и направился к автобусу.
Предназначение этого, по спецзаказу изготовленного автобуса становилось понятным при первом же взгляде на салон. Бронированный, без наружных окон, он был разделен бронированными же плитами на маленькие кабинки - вроде миниатюрных тюремных камер. Охрана помещалась в коридорчике, между рядами камер, и наблюдала за подопечными сквозь крохотные смотровые оконца. Наружная и единственная дверь блокировалась как изнутри, так и снаружи. Изготовила это чудо техники фирма "Вольво" и в порядке дружеской помощи подарила Южанску в канун трехсотлетия. Вмещал в себя автобус двадцать "пассажиров" и десять человек конвоя. Сейчас камеры заполнились не до отказа - на даче взяли четырнадцать человек.
Среди них оказался сам Абас - тощий чечен с рожей рассерженного верблюда.
Абас, по данным Меченого, числился у Сени Императора левой рукой, и Литовченко отправил его в Управление отдельно, на служебной "Волге".