Страница 164 из 241
Для сравнения: первая моя операция на аппендицит длилась более двух часов, вторая — ещё полтора часа, на следующий день после первой операции я начал вставать, сначала ходил по палате, потом по коридору, постепенно увеличивая расстояние и продолжительность прогулок, на пятый день после второй операции стал делать зарядку.
Уже после того, как вышла в свет моя книга «Солженицын: прощание с мифом», у меня тоже в паху была удалена опухоль, причём подготовка к операции, заключавшаяся в сдаче необходимых анализов, потребовала всего двух приходов в поликлинику. Операция, как и у А.И. Солженицына «длилась около получаса» и тоже «под местной анестезией», после чего я собственными силами на общественном транспорте добрался до дома (это заняло у меня более часа), два или три раза являлся на перевязку, через пять дней с меня сняли бинты, и я отправился на работу.
Исходя из всего сказанного, считаю возможным утверждать, что А.И. Солженицыну нечего было делать в больнице две недели до операции и две недели после неё, а затем еще как минимум полторы недели находиться на «бюллетене». Если он действительно пробыл в больнице и на «бюллетене» почти полтора месяца, то находился в лагере на особом положении и держали его в больнице не из-за операции, а чтобы уберечь от возможной расправы[960]'.
В связи с этим заслуживают внимания некоторые другие факты, содержащиеся в «Архипелаге», в частности тот факт, что после больницы А.И. Солженицын не вернулся в свою бригаду. По его утверждению, последний год пребывания в лагере он работал литейщиком[961]. Однако, как обратил внимание B.C. Бушин, бывший литейщик только четверть века после этого узнал, что такое вагранка[962].
Рассказывая о строительстве Беломоро-балтийского канала, в первом издании «Архипелага» (1974 г.) А.И. Солженицын писал о том, что там многое делась вручную. Не хватало колёс для тачек и «и тачечные колёса тоже отливают в самодельной вагранке»[963]. Однако вагранка — это «шахтная печь для плавки чугуна, а также для обжига руд цветных металлов»[964]. Получить металл, необходимый для изготовления колес, в вагранке было можно, но отливать в ней металлические изделия невозможно.
После выхода этой книги в свет бывшему литейщику указали на допущенную им ошибку. Поэтому во втором издании он исправил её так: «И тачечные колеса тоже отливают из самодельной вагранки»[965]. Если быть точным, то колеса, конечно, отливали из расплавленного металла, причём не прямо из вагранки. Да и «самодельная вагранка» звучит не очень удачно.
Проработав год в литейном цехе, А.И. Солженицын плохо представлял не только, что такое вагранка, но и что такое литьё.
«Солженицын, — пишет со слов своего героя Л. Сараскина, — не вернулся на должность бригадира, чтобы не быть на виду, сам попросился в литейное производство, подсобником, и попал на тяжёлую физическую работу, в жаркий цех. Там, полагал Солженицын, он и заработал метастазы: вдвоём с напарником приходилось носить литьё, по 75 килограммов на каждого, и разливать его в формы». По 75 кг на каждого, т. е. 150 кг на двоих.
Оставляя для онкологов вопрос о влиянии переноса тяжестей на появление и развитие метастазов, нельзя не обратить внимания на такую деталь как «литьё», без которой так же нельзя представить металлургический процесс, как и без вагранки.
Если исходить из приведённых выше слов, получается, что литьё — это расплавленный металл. Я был в литейном цехе один раз на экскурсии. Поэтому, не имея на этот счет личного опыта, вынужден обратиться к справочной литературе, в которой мы может прочитать: «Литьё — технологический процесс изготовления заготовок (реже — готовых деталей) заключающийся в заполнении предварительно изготовленной литейной формы жидким материалом». «Литьём называют также продукцию литейного производства, художественные изделия и изделия народных промыслов, полученные с помощью литья».
Какое же «литьё» носил с напарником Александр Исаевич? Поскольку «технологический процесс» сразу же следует исключить, речь может идти только о продукции литейного производства, т. е. о предметах, получаемых с помощью литья. Но каким образом им удавалось «разливать» их в формы, об этом мы уже никогда не узнаем.
Как тут не вспомнить незабвенного автора «Гаврилиады» Ляписа Трубецкого, который писал: «Волны перекатывались через мол и падали вниз стремительным домкратом»[966].
Однако дело не в том, насколько «великий писатель» владел русским языком, а в том, где Александр Исаевич провёл свой последний год в ГУЛАГе и чем действительно занимался. Неужели человек, 12 месяцев проработавший в литейном цехе, пусть даже подсобным рабочим, так и не усвоил, что такое вагранка и литье?
Реабилитация
В 1956 г. с А.И. Солженицына была снята судимость, после чего он подал на реабилитацию[967].
«Летом в Москве, — пишет А.И. Солженицын, — я позвонил в прокуратуру: как там моя жалоба? Попросили перезвонить — и дружелюбный простецкий голос следователя пригласил меня зайти на Лубянку потолковать»[968]. Голос следователя был дружелюбным потому, что после XX съезда КПСС началась реабилитация необоснованно репрессированных. «14 июня 1956 года, — говорится к книге К.А. Столярова, — помощник Главного военного прокурора полковник юстиции Прохоров обратился в КГБ с просьбой выполнить некоторые следственные действия, необходимые для принятия решения по жалобам Солженицына»[969]. Это дело было поручено капитану КГБ Орлову, от прокуратуры его курировал подполковник юстиции Горелый[970].
По всей видимости, именно с капитаном Орловым и встретился А.И. Солженицын на Лубянке 6 июля 1956 г.[971] В первом издании «Архипелага» Александр Исаевич так описывает свой разговор со следователем: «Он даже смеётся над моими остротами 44-го года о Сталине. “Это вы точно заметили”. Он хвалит мои фронтовые рассказы, вшитые в дело, как обвинительный материал. “В них же ничего антисоветского нет. Хотите — возьмите их, попробуйте напечатать”. Но голосом больным, почти предсмертным я отказываюсь»[972].
Во втором издании «Архипелага» этот разговор изображён несколько иначе: «Он даже смеётся над моими остротами 44-го года о Сталине. “Это вы точно заметили”. Всё ему ясно, всё он одобряет, только вот одно его забеспокоило; в “резолюции № 1” вы пишете: “выполнение всех этих задач невозможно без организации”. То есть, что же, вы хотели создать организацию?
— Да не-ет! — уже заранее обдумал я этот вопрос. — “организация не в смысле совокупности людей, а в смысле системы мероприятий, проводимых в государственном же порядке.
— Ах ну да, ах ну да, в этом смысле! — радостно соглашается следователь. Пронесло.
Он хвалит мои фронтовые рассказы…». И далее по тексту[973].
И здесь мы видим, что «Резолюция № 1» появилась только во втором издании «Архипелага».
Читая приведённый диалог, нельзя не отметить, что, по словам самого же А.И. Солженицына, в упоминаемом документе не только давалась характеристика советской политической системы как феодальной, но и обосновывалась необходимость её ликвидации, причём вопрос об организации рассматривался именно «в смысле совокупности людей»: «Выполнение этих задач невозможно без организации. Следует выяснить, с кем из активных строителей социализма, как и когда найти общий язык»[974].
960
Требует проверки свидетельство М.Н. Полторанина, что операцию А.И. Солженицыну делали не в Экибастузе, а в Спасске (Запись беседы с М.Н. Полтораниным. Москва. 2 октября 2012 г. // Архив автора)
961
Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ // Малое собрание сочинений. Т. 7. С. 185.
962
Бушин B.C. Неизвестный Солженицын. С. 274.
963
Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ. Париж, 1974. Т. 2. С. 90.
964
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4-е изд. М., 1998. С. 67.
965
Солженицын А.И. Собрание сочинений. Т. 6. Архипелаг ГУЛАГ. Вермонт-Париж, 1980. С. 87.
966
Ильф И., Петров Е. Двенадцать стульев. С. 180.
967
Сараскина Л.И. Александр Солженицын. С. 409.
968
Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ // Малое собрание сочинений. Т. 7. С. 297.
969
Столяров К.А. Палачи и жертвы. С. 355.
970
Викторов Б.А. Без грифа «секретно». С. 308.
971
Решетовская Н.А. Хронограф // Архив Н.А. Решетовской.
972
Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ. Т. 3. Париж, 1976. С. 464–465.
973
Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ // Малое собрание сочинений. Т. 7. 297–298.
974
Там же. Т. 5. С. 102. Солженицын А.И. Телеинтервью компании «Останкино» (интервью ведет Станислав Говорухин). Кавендиш. 28 апреля 1992 гг. / Солженицын А.И. Публицистика. Т. 3. 1997. Ярославль. С. 377.