Страница 9 из 32
К концу учебного года Северус всегда оказывался в окружении других ребят. Учитывая их возраст, девочки в их круг не допускались. Друзей у Северуса не появилось, зато была огромная толпа приятелей, которые старательно копировали манеру поведения умного, физически сильного мальчика, который мог дать отпор любому. Когда Северус в первый раз пришел домой с синяком под глазом, Виктор включил в обязательные ежедневные тренировки элементарные приемы рукопашного боя, которые ребенок мог усвоить. Пользоваться магией отец Северусу категорически запретил. Виктор скоро понял, что для его ребенка худшим наказанием было остаться дома и не поехать с отцом в то место, где он учился драться и метать свой нож - чем мужчина и пользовался совершенно беззастенчиво. В случае каких-то проступков Север этих поездок лишался. Срок варьировался в зависимости от того, насколько Северус проштрафился, а запрет на магию включал одно ужасное слово, которое отец пригрозил произнести в случае, если Север будет колдовать вне дома. Это слово было «Навечно».
Защищаться же однако было надо, и Северус впитывал эти знания как губка. В конце второй недели ребенок пришел домой без синяков и довольный, зато буквально через час в дом Снейпов попытался ворваться грузный отец того мальчишки, с которым подрался Северус. Виктор мужика в дом не пустил, заблокировав ногой вход.
— Я не понимаю, что вы от меня хотите, — спокойно прервал он брызжущего слюной папашу.
— Вы должны наказать своего неуравновешенного сына!
— За что?
— Он избил Эдварда!
— Да что вы говорите, — Виктор только руками не всплеснул. – И что с того? Мальчишки постоянно дерутся. Недавно Север пришел домой с таким фонарем, что мы могли бы здорово на свете сэкономить, и я не побежал к вам за сатисфакцией.
— Вы и ваш сынок просто…
— Никто не смеет оскорблять моего сына, — прошипел Виктор. Мужик попятился. Создавалось впечатление, что он пришел сюда, чтобы поддразнить льва, но в последний момент заметил, что зверь не привязан. – На вашем месте я бы всыпал сынуле по первое число: за то, что проиграл, за то, что начал плакаться папаше, и за трусость, раз захотел решить свои житейские проблемы подобным образом. А теперь – убирайтесь.
— Да я…
— Ничего вы не сделаете. Ваш сын третировал половину школы, и есть куча свидетелей, которые видели и первую драку, после которой Север с синяком ходил, и вторую, причем обе драки спровоцировал ваш сын! – Виктор продолжал шипеть. Все это ему рассказала миссис Браун, которая не вмешивалась в драки, учитывая индивидуальность Северуса, чтобы не спровоцировать реверс аутичного состояния. – Если вы посмеете еще раз раскрыть рот, то я вас вначале по судам затаскаю, а потом сделаю с вами то же, что Северус сделал с Эдвардом. Хотя нет, я сделаю гораздо хуже. А теперь выметайтесь из моего дома и больше не смейте появляться!
— Папа, кто там? – раздался из глубины дома голосок Северуса. Виктор резко захлопнул дверь.
— Да никто, сектанты какие-то, я их уже с крыльца спустил, не волнуйся.
Связки и мышцы укрепились настолько, что руки Северуса уже не выкручивало в те редкие случаи, когда он стрелял. Хотя стрелял, это было громко сказано: стрелял Виктор, крепко фиксирующий руки сына в своих и служа надежной опорой для спины мальчика. Но Северус самостоятельно спускал курок, что давало ему право говорить, что он «стрелял из пистолета». То обстоятельство, что пистолет все еще (спустя почти год, после того как отец стал нормальным) держался в четыре руки, заставляло ребенка полдня дуться на Виктора. Конечно, сам он себя считал уже взрослым, нож же ему уже разрешали носить в ножнах и не отбирали при возвращении домой, а пистолет отец ему даже подержать самостоятельно не давал. Нож метать Северус пока не умел. Весь год Виктор посвятил тому, чтобы научить сына правильно его держать, ухаживать и не хвататься за режущую кромку.
Помучившись несколько дней сомнениями, Виктор решил немного увеличить нагрузку.
Хотя ничего особенного он не делал. Жизнь сына теперь походила на его собственное детство, проведенное на плацу и в казармах. Но в отличие от Северуса, он сам в этом возрасте все же был крепче. Поэтому Виктор увеличивал нагрузки медленно и неохотно.
Вроде бы все шло неплохо; даже проблемы, связанные с либидо, удавалось решать с одной из клиенток их фирмы, которая славилась тем, что любила мужчин. Точнее, она любила секс, а так как Тобиасу Снейпу ничего другого и не нужно было, то он вполне ее устраивал, и они время от времени расслаблялись на складе в окружении товаров ее магазинчика.
Но что-то не давало Виктору покоя. Появилось чувство, что время утекает сквозь пальцы, а вот как это изменить – он не знал.
Случай, позволивший Виктору наконец познакомиться с магом, который не являлся его бывшим тестем, выпал неожиданно. Все началось, можно сказать, буднично – с обычного ограбления обычного магазина, куда Виктор приехал, чтобы забрать выручку. Пока хозяин складывал деньги в специальный пакет, покупатели терпеливо ждали окончания процедуры немного в стороне. Напарник Виктора в это время отошел к машине, чтобы получить особые указания от шефа, которому именно сейчас, в нарушение всех инструкций, захотелось выдать их своим подчиненным.
Грабить магазин среди бела дня приспичило трем отморозкам в лыжных масках. Они вошли в магазин по одному, а когда напарник Виктора вышел, натянули на головы маски и ринулись к прилавку. Последний вставил в ручки двери металлический прут, чтобы ее нельзя было открыть снаружи. У одного из них, по всей видимости главаря, в руках был пистолет, двое других были вооружены ножами. Вообще, Виктору показалось, что ограбление не планировалось. Скорее всего, эти придурки просто осматривались, но увидели, что инкассатор остался один, и решили рискнуть.
Виктор стоял очень неудобно, спиной к грабителям. Чтобы что-то предпринять, нужно было хоть немного развернуться, но тот, который с пистолетом, не давал этого сделать, начиная палить на каждый шорох. Уже был ранен продавец, и на очереди стоял сам Виктор. В зеркале, висящем над прилавком, он случайно увидел, как старик в длинном плаще начал вытаскивать из кармана палочку.
Дальнейшее происходило стремительно. Виктор даже не подумал о том, что можно воспользоваться магией. Он вообще не думал. Мозг и тело действовали на рефлексах. Отморозок с пистолетом всего на пару секунд отвлекся на старика, и этого Виктору хватило. Развернувшись, он перехватил руку с пистолетом и направил ее на второго грабителя. Отморозок, приготовившийся стрелять, не смог удержать курок, и пуля досталась его напарнику. Самого отморозка Виктор вырубил точным ударом в шею. Но он выпустил из виду третьего. Тот стоял слишком близко от Виктора. Того мгновения, пока нож летел в незащищенное тело, хватило только для того, чтобы подставить руку, защитив от ножа живот.
Это было больно. Виктор уже забыл, как это бывает больно, а Тобиас никогда не знал. Но второго удара Виктор допустить не мог, поэтому приказал себе не обращать на боль внимания, перехватил руку грабителя здоровой рукой и вывернул на болевой. Грабитель заорал и выпустил свое оружие, а затем прилег рядом с главарем и уже не шевелящимся приятелем, словившим пулю - как оказалось впоследствии, в сердце. Виктор бросил взгляд на часы. Вначале он не мог поверить своим глазам и даже поднес часы к уху, чтобы убедиться в том, что они не стоят. С того момента, когда идиоты заблокировали дверь, прошло всего пять минут.
Кое-как перетянув рану, Виктор осмотрелся. Прибывшие на место полицейские, вызванные его напарником, опрашивали очевидцев и вызывали бригаду медиков. Напарник с красным лицом что-то объяснял полицейским, размахивая рацией. “Похоже, у шефа будут проблемы, как бы его лицензии не лишили”, - подумал Виктор, и, отмахнувшись от медика, который хотел его осмотреть, подошел к старику.
— Вы бы палкой не светили, здесь только магической полиции не хватает.
— Вот, значит, как, — старик задумчиво посмотрел на Виктора. — Магическая полиция называется Аврорат. Вы правы, проблем с Авроратом мне не хотелось бы, — прошептал старик. – У вас родственники? – он кивнул на палочку.