Страница 5 из 116
– Тебе нравится твой новый дом? Нравится жить рядом с чистокровным волшебником, ощущать его присутствие? – спросил он с напускным интересом.
Ответа не последовало, только тишина резала слух своим голосом…. Гермиона лишь подтянула к себе худые ноги и обняла их тоненькими ручками, надеясь, что в скором времени будет избавлена от ощущения «присутствия аристократа».
– Или сырой подвал тебе больше был по душе, Гермиона? Там больше друзей, верно? Хозяин был рад от тебя избавиться… Ты, наверное, залежалась. Ох, бедная, бедная грязнокровка. Совсем никому не нужна…
Драко начал медленно приближаться к кровати, смакуя каждый шаг навстречу наслаждениям, ждущим его так близко… Слизеринец пробирался вперед широкими неуклюжими шагами… Он говорил до боли знакомым тоном, растягивая слова, стараясь ранить в самое сердце. Прямо как в школе, как в шумном коридоре старого Хогвартса, как на уроке защиты от темных сил…
– Каково это, когда ты никому не нужна, Грейнджер? Когда все твои друзья подыхают, борются за хваленую свободу… А ты прячешься, как испуганная пятилетняя девчонка, трясешься в углу.
– Лучше расскажи, каково это, когда тебя все ненавидят, Малфой?! Сырой подвал куда лучше, чем твое общество, – прошипела Гермиона.
Драко глухо усмехнулся и впился взглядом в слегка подрагивающую девушку. От холода? Нет. Она боится, трясется, словно пугливая мышь. Девчонка знает, что ждет ее в скором будущем, она чувствует угрозу, что режет воздух своим присутствием… Гермиона уловила и легкий запах алкоголя, но это страшило ее меньше всего…
– Ты никогда не была дурой, Грейнджер. Я знал… Я всегда знал, что тебе не место на Гриффиндоре. Вся твоя храбрость внезапно исчезла, да? Когда на кону жизнь… Ты не такая, как Поттер и его дружки. Вовсе не бесстрашная львица, какой хочешь казаться. Ты боишься смерти… Боишься меня.
– Я не боюсь тебя, Малфой, я ничего не боюсь и никогда не боялась! Я ничего не боюсь!– закричала она.
Гермиона вскочила с кровати и ринулась к двери, торопливо одернув ночную рубашку. «Он же что-то сказал, заходя! Она открылась, когда он что-то сказал, когда вякнул что-то…» – подумала гриффиндорка. Вдруг, девушка замерла и улыбнулась, словно сумасшедшая… Как же это комично, как глупо с ее стороны… Заявить, что ничего не боишься и убежать, в поисках укрытия, спасения… Сердце все стучало в груди, билось о ребра…
– Грейнджер, Грейнджер, Грейнджер… – послышался знакомый голос.
Пока гриффиндорка тщетно пыталась открыть дверь, Драко незаметно подошел к ней сзади, подкравшись к загнанной в тупик жертве. Не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что он стоит прямо у нее за спиной, буравя взглядом стройное тело, плохо прикрытое прозрачной сорочкой.
– Ты меня не боишься? – хмыкнул Драко. – Ты боишься смерти. И ведь ты права, грязнокровка! Смерти стоит бояться… Человек не уходит из жизни, словно из дешевой гостиницы. Он покидает дом. Единственный и родной ему дом…Человек уходит… В никуда. Свет гаснет, звуки молкнут, грязнокровка… А что дальше? Ничего. Плачущие родственнички, сырая земля и дешевый гроб.
– У тебя даже гроба не будет, – прошипела она в ответ. – Ты подохнешь, исполняя прихоти Темного Лорда, подохнешь, словно пес… Ты действительно думаешь, что сможешь прожить до глубокой старости, всю жизнь гоняясь за могущественными волшебниками? Тебя убьют, Малфой! Убьют как собаку, оставят гнить где-нибудь в трясине. Что ты знаешь…
– Я знаю, что проживу дольше, чем ты, – перебил Драко.
Юноша коснулся ее запястья. Теплая, мягкая кожа… Такая желанная, такая приятная и родная. Как часто Драко хотел обнять ее, поцеловать эти нежные губы, приласкать это тело, узнать… Насколько ласковы ее касания, как заботливы эти руки в моменты истинной нежности.
Гермиона потянулась к руке Драко, чтобы скинуть ее с себя, но ловкий юноша перехватил ее ладонь и резко завел за спину. Боль кольнула плечо, крадучись приближаясь к спине, обволакивая лопатку…
– Тихо, тихо. Будь послушной девочкой, Грейнджер, и я не буду слишком груб сегодня, –прошептал Драко.
Малфой наклонился ближе и аккуратно, стараясь не испугать, поцеловал тонкую шею девушки. Мало… Этого было так мало… Драко принялся целовать ее нежную кожу, вдавливая хрупкое девичье тело в холодную железную дверь. Он так хотел растянуть удовольствие, насладиться ее страхом, наказать за долгие годы пренебрежения… Но сейчас им управляла лишь дикая страсть, которой Драко был не способен сопротивляться. Алкоголь бурлил в крови, мешая успокоить желание, а руки так неохотно следовали зову разума… Нет сил противиться желаниям.
Гермиона вся дрожала от страха и отвращения. Вот снова… Сердце бьется прямо в горле, готовое выпрыгнуть наружу и убежать, пуститься во все тяжкие. Ноги подкашиваются, но сильные мужские руки не дают ей упасть. Малфой властвует над нею так просто, словно играет с домашней кошкой, заставляя ее следовать за пером… Он так аккуратен, но так силен в своем величии…
– Ты просто жалок, – прошептала она.
Кровь словно начала передвигаться по венам чуть быстрее, гоняя с собой растущую страсть. Драко резко и грубо развернул трясущуюся девушку к себе лицом и прошептал ей прямо в губы:
– Сейчас я покажу тебе, кто из нас жалок.
Он подхватил ее почти невесомое тело на руки и бросил на кровать, наслаждаясь нескромным видом. Темные волосы растрепались, упали на это хорошенькое личико в надежде прикрыть его… Кто из эльфов придумал нарядить ее? Неужели не ясно, что хозяин желает видеть свою «игрушку» голой?
Малфой навис над хрупкой девушкой и наслаждался… Наслаждался ее страхом и обидой, этим ужасом в дрожащих карих глазах… Слезами, что брызнули из прекрасных шоколадно-карих очей… Легкий румянец залил ее щеки, и Драко невольно улыбнулся, что напугало бедняжку еще сильнее, острее… Слизеринец пытался снять с нее сорочку, но, встретив сопротивление, решил просто разорвать такой ненужный сейчас предмет гардероба.
Взгляд его холодных серых глаз задержался на небольшой девичьей груди совсем ненадолго. Да, особо сильного впечатления девушка не производила, но вид ее обнаженного стройного тела заставил Драко покрыться липкой испариной. В животе его скрутило узел, а по телу прошла волна легкого дразнящего наслаждения, заставляющего желать большего.
Он настойчиво сжал ее тонкие руки, впечатывая их в мягкую пуховую кровать. В юноше проснулся дикарь, движимый одним единственным инстинктом. Он припал к ее розовому соску, облизывая, оттягивая ее нежную кожу. Гермиона слишком чувствительна, чтобы лежать неподвижно…
Девушка изогнулась в пояснице. Страшно признаться, но Драко был первым мужчиной, вытворявшим с ней такое… Ненавистный Драко, слизеринец, что так долго портил ей жизнь! Как это грязно! Как унизительно, неправильно… Сильные руки юноши сцепили запястья девушки мертвой хваткой, скрутили их, точно наручники. Все попытки вырваться – тщетны. «За что? Почему это происходит со мной? Почему я отправилась в Хогвартс? Почему не осталась в маггловской школе?…» – спрашивала себя Гермиона, стараясь хоть как-то отвлечься.
Очень трудно думать о прошлом, когда обворожительный с виду юноша целует тебя так… Вы никогда не пытались повторить ухищрения Гермионы? Занятное зрелище. Мысли вытесняют друг друга, ощущения обостряются, и по телу словно льется ледяная вода, оглушающая, пьянящая…
Жаль, что обворожительный юноша – мерзавец и негодяй… Гриффиндорка отвернулась, пыталась не смотреть на Драко, но Малфою было наплевать, что в ее голове. Какая разница, видит она его или нет, чувствует ли влечение? Главное, что он сейчас здесь, что это он сейчас наслаждается этим девственно чистым телом. Он. Не какой-то там Уизли…
Драко начал спускаться все ниже, проводя по телу девушки мокрую дорожку из поцелуев, пока не спустился прямо к трусикам Гермионы. Ну, вот еще.. Они додумались напялить на нее нижнее белье. В порыве страсти Драко их вовсе не заметил, пропустил мимо, решив, что важнее начать с самого верха…
Рука юноши метнулась вниз, пытаясь стянуть с девушки последний предмет одежды. Гермиона, улучив момент, когда слизеринец отпустил ее руки, начала яро вырываться. Ее ладони все настойчивей старались освободиться из плена, она бессознательно тянула их к себе и выдергивала, чтобы наконец освободить. На этот раз старания жертвы оказались не напрасны, они вознаградились проведением. Малфой не смог удержать девушку… Гермиона скатилась с высокой кровати и в порыве отчаяния метнулась к широкому окну.